Гладиаторы
Шрифт:
– Я не знал этого.
– И эти люди злы как демоны. Если их поднять, то сражаться они станут мужественно.
– Мужества очень мало для борьбы с римлянами, Келад. Нужно умение обращаться с оружием и драться в сомкнутом строю. Вот почему костяк нашего войска должен состоять именно из гладиаторов.
– Пойми, Децебал, что многие пойдут за нами из всех гладиаторских школ Помпеи. Да и не только Помпеи. Нужно только начать. Не стоит нам медлить.
– Еще рано. Нас слишком мало. А твои рабы если и поднимутся, то как ими командовать? Они станут грабить и убивать, и остановить их будет невозможно! А если применить силу, то это спровоцирует драку между рабами. А этого мы допустить не можем. Нам нужно сплачивать людей и назначать среди них командиров, из тех кому они доверяют. И эти командиры должны повиноваться мне или тому, кто будет назначен от меня.
– О тебе и так говорят очень уважительно.
– Хорошо. Но время еще не пришло. Да и оружия пока нет.
– Будет. Я сумею достать. Мы уже говорили об этом.
– Много? – удивился Децебал.
– Нет не много. Но нескольких мечей хватит для начала. Мы отберем оружие у охраны и разобьем склады. Смотри, какой сегодня день для восстания был бы? Все стражники перепились. Нужно было только удержать наших от вина. И мы могли бы начать!
– Стражники не так меня пугают как части местного гарнизона. Этих с сотней гладиаторов не одолеешь.
– А у Спартака было больше людей в начале восстания? – спросил фракиец друга.
– Много больше. Спартак отлично подготовил свое выступление. Он распространил свой заговор среди гладиаторов нескольких городов, – соврал Децебал. Он не знал, как действовал Спартак, но думал, что именно так.
Дак прекрасно понимал, что людям нужна вера в его непогрешимость. В то, что он общается с духом умершего вождя и тот наставляет его.
– Нам нужно много людей готовых на смерть ради нашего дела. Но времени у нас мало. Мы не должны больше убивать друг друга на потеху толпе. И нужно думать о заготовке оружия на крайний случай. Да и не только в оружии дело. Мы уже имеем не менее сотни конников, которых возглавляет Сармат. Он командовал панцирными всадниками у себя на родине. Но скажи где они возьмут лошадей и доспехи?
– Отберем у римлян! – решительно заявил Келад.
– А если нет? Да и как отобрать? Если на невооруженных рабов мчится сотня панцирных всадников. Попробуй их останови голыми руками. Нет! – дак решительно тряхнул головой. – Нет. Мы должны добыть для нашей конной сотни лошадей заранее. Пусть не доспехи, но кони у них быть должны.
– Но где же мы достанем сотню лошадей годных для кавалерии?
– Я думал об этом. Здесь есть купцы, что занимаются доставкой и перепродажей лошадей для римских ипподромов. Император Веспасиан любит такую забаву как состязания колесниц.
– И эти купцы станут покупать коней для нас? Но чем мы станем платить?
– Не покупать, а отобрать наша задача. И сделать это нужно в день восстания. Стоит продумать, как это осуществить. Больше того, необходимо обеспечить взаимодействие между всеми нашими отрядами и гладиаторами разных школ, и рабами сельских эргастериев, и рабами рыбозасолочных сараев, и городскими рабами.
– Как это все сложно, Децебал. Я думал, что восстание дело простое.
– Восстание восстанию рознь. А сигнал к его началу нам даст сам Спартак.
– Сам? – Келад удивленно посмотрел на друга.
– Именно сам! Но работу среди рабов не из гладиаторских казарм стоит продолжать. Однако старайся, чтобы тебя лично знали как можно меньше рабов. Кто-то может предать. Об этом не забывай. Ты мне нужен.
– Я буду осторожен.
– А я сам стану говорить с гладиаторами. Многие пойдут за нами. Я в это верю. И необходимо установить новый пароль, по которому братья станут узнавать друг друга.
– Но у нас уже есть слова, по которым братья узнают друг друга.
– Я боюсь, что старый пароль знают не только братья, но и те, кому его знать не следует. Поэтому в целях безопасности мы ведем новый.
– И что это за пароль?
– Две фразы. Первая «Гнев богов», вторая «Факел свободы». Первый произносит пароль, второй отзыв. Это значит что человек наш! Понятно? Так браться станут узнавать друг друга.
– Все ясно. Быстрее бы этот факел зажегся. Я готов драться за свободу и погибнуть за неё.
– Не торопись, Келад. Нужно не умереть, а победить. Умереть легко. Но мне пора спать. Хватит гулять на сегодня.
Он потянулся рукой в корзину, думая захватить с собой персик, преданный Юлией, но там ничего не было.
– Вот гнев богов!
– Что случилось? – не понял Келад
– Кто-то сожрал мой персик. Ведь я отдал вам вино и все продукты. Так нет и мой персик сожрали. Что за люди.
– Это молодой галл Арторикс шарил по твоей корзине. Я сам видел. Выпил слишком много вина мальчишка. Да вот и он. Валяется рожей вниз. Эй! – фракиец схватил галла за густую шевелюру.
– Оставь его, Келад. Не наказывать же мальчишку за персик.
Но Келад изменился в лице и произнес:
– Он мертв!
– Что? – не понял Децебал. – Как это мертв?
– Его отравили! Клянусь всеми богами и фракийскими и римскими. И вот персик валяется. Он лишь только половину сожрал. Это он! – Келад осторожно поднял фрукт.
– Ты думаешь, это здесь был яд?
– А где еще? Твое вино мы с тобой тоже пили и мясо ели. А персик…
– Точно! Он сказал, что персик специально для меня! Неужели кто-то хочет меня отравить? Но кто? Кому это нужно?
– Может хозяева уже знают о наших планах и решил обезглавить восстание? – предположил Келад.
– Нет. Меня бы просто швырнули в городскую тюрьму для строптивых рабов и стали бы пытать, что бы выведать все мои связи. Здесь что-то иное.
– Тебе стоит быть осторожным. Если они пытались тебя убить один раз, то попробуют и второй.
– Один? – про себя усмехнулся Децебал. – Это уже далеко не первый раз и даже не второй. Не Квинт ли за этим стоит?