Чтение онлайн

— Благодарю вас за объяснения, Ваше Императорское Величество, — снова поклонился посланник. — Его Императорское Величество кайзер согласны в такой оценке цены Канала? — спросил немца.

— Его Императорское Величество оценивают канал несколько дороже, — скромно ответил херр Шнеер. — Но готовы начать обсуждать его продажу после предложения суммы в шестьдесят пять миллиардов долларов.

— В таком случае я прошу в Вашего Императорского Величества возможности приостановить переговоры для консультации с Вашингтоном, — признался посланник в том, что такие деньги Америка платить не готова.

— Разумеется, мистер Дженкинс, — разрешил я и американец с поклонами и папочкой покинул мой кабинет.

Когда дверь за ним закрылась, я пару минут поговорил с немецким посланником о «текучке» и спровадил. Набив трубку, я открыл окно, подставив лицо почти по-июльски теплому ветерку и закурил.

Отдавать американцам канал «с концами» нельзя, и даже за большие деньги нельзя. Дай им время, и я окажусь в той же ситуации, что и СССР — в состоянии «холодной войны» с увлекательной гонкой вооружений. На данный момент технологический разрыв огромен, но со временем неизбежно сгладится, а когда дело дойдет до атомных бомб, его вообще можно будет не принимать в расчет (за пределами средств доставки и средств борьбы с ними конечно). Мне оно совсем не нужно, и первой реакцией на наглый ультиматум было желание «спустить» на Америку японцев и свои свободные силы. Некоторое число дирижаблей, опустошивших боезапас на Вашингтон, сильно поубавили бы воинственность американских элит.

Жаль. Очень жаль. Очень-очень жаль, но на данный момент воевать с Америкой нет никакого смысла. Более того — это напрямую вредно, потому что наш Дальний Восток связан торговлей с бывшей английской колонией прочнее, чем с Москвой. Вред тем не менее небольшой, но думать нужно наперед.

Вот разобьем мы австрияков с османами, и что потом? Османские земли на 80% будут присоединены к России, а остальное уйдет балканцам. Прирежем к Родине и часть территорий австрияков, немного поделившись с балканцами. Что-то заберет Вильгельм, но остальное «прирезать» нельзя: ни по договоренностям с немцами, ни из практичности. Во-первых, кто-то должен платить репарации победителям. Во-вторых, государственный аппарат банально надорвется в процессе переваривания такого большого и этнически разнообразного куска. Опыт интеграции мусульманских народов в Империю у нас огромный, и с «османским наследием» мы справимся. Но здесь, в Европе, на руинах Австро-Венгрии, гораздо выгоднее наплодить национальных карликовых государств. Так партизанщины, шпионов и прочих прелестей будет сильно меньше.

Ну а ко второму раунду большой войны мы будем готовиться несколько иначе. В первую очередь воспитывая в соседних и не очень странах подконтрольные элиты, взращивая владеющих нужными языками чиновников, которым в будущем предстоит стать основой для интеграции подлежащих упразднению по итогам «раунда 2» стран уже в состав Российской Империи.

Ну а Америка… Мы с кайзером в мыслях на ее счет солидарны — этого врага нужно давить, пока он еще маленький и не опасный. В этой связи сделка о продаже Канала выглядит весьма притягательно: никто же не требует передавать землицу США прямо вот сразу, этот процесс можно растянуть на долгие годы, не забывая получать приятные долларовые платежи, а когда придет срок Панаму покинуть… А кто сказал, что Америка к тому времени еще будет существовать?

Алжир и Ливия по итогам войны останутся как бы независимыми, в формате совместного русско-немецкого протектората, а вот Египет, после крушения Британской Империи некоторое время находившийся в сфере влияния осман, с сегодняшнего дня официально является частью России. А разве могло быть иначе? Вы только посмотрите на рожу Тутанхамона — вылитый сибиряк!

Так теперь шутят во всех салонах Российской Империи, а в Кремль регулярно приходят очень вежливые просьбы от моих коллег побыстрее добить осман, потому что из-за боевых действий в районе Суэцкого канала пользоваться им в торговых целях стало невозможно. Как ответственный правитель, я коллег за такие мелочные в свете скорого освобождения Царьграда просьбы не обижаюсь: каждая секунда простоя канала очень больно бьет по карманам торгового люда. Часто — торгового люда с «крышами» вплоть до Высочайших. Несем потери и мы, но мои купцы с просьбами ускориться не лезут: во-первых, им обещана некоторая компенсация за «слетевшие» контракты, а во-вторых, народ они понимающий, патриотичный и освобождения Царьграда хотят не меньше меня. По крайней мере, я на это надеюсь.

С нетерпением ждет конца кампании и Православные иерархи Константинопольского Патриархата. Хорошо, что османы не совсем уж беспредельщики, и даже в настолько стрессовый для себя момент не рискнули воспользоваться удобным предлогом в виде обильных бунтов и диверсий в исполнении христианского населения, чтобы арестовать иерархов, а то и вовсе приговорить их к казни как подстрекателей. Не поймет мировое сообщество такого движения, и даже трижды заклятый враг России задумается о целесообразности дальнейших денежных траншей (единственный возможный в сложившихся условиях вид материальной поддержки осман).

Константинопольские иерархи, включая самого Предстоятеля Константинопольского Патриархата, Святейшего Архиепископа Константинополя — Нового Рима и Вселенского Патриарха Иоакима III, шаткость и опасность своего положения исторически понимают очень хорошо, поэтому не дают Порте ни единого повода что-нибудь с собой сделать. Читай — сидят тихо, как мыши под веником и молятся. Иногда получают от магометан мотивирующего пинка и взывают к пастве с просьбами «одуматься» и доблестно воевать за государственное образование, в котором христиане — люди второго сорта.

Наши батюшки (из тех, чье мнение я могу узнать лично) и особенно председатель Совета по религиям Константин Петрович Победоносцев таким поведением магометанских «пленников» крайне возмущены, но, будучи добрыми христианами, исправно за «освобождение» иерархов молятся.

И Патриарх Иоаким III не смог бы занять такую должность, не обладай повышенной «проходимостью» и приверженностью Византийской традиции. В полном соответствии с ней, Иоаким передал мне письмо по имеющимся у него в распоряжении даже сейчас, когда остатки Османской Империи окружены со всех сторон, равно как и недвижимость Православного Патриархата. Разница лишь в том, что Османскую Империю окружили мы, а недвижимость — турки.

Письмо ожидаемого содержания — ждем и молимся за Российскую армию, которая подобно набожным крестоносцам прошлого бла-бла-бла… Словом — Константинопольский Патриархат привычно сидит на всех метафорических стульях сразу, будучи традиционно озабочен лишь главным: собственными шкурами, капиталами и влиянием. Первое, если будет на то воля Божья, у них никто отбирать не станет, а вот насчет второго и третьего я крепко подумаю после победы. Так-то вроде обижаться не на что: традиция, мать ее за ногу, причем не та, которую создали первые, безропотно и с высоко поднятой головой шедшие на мучительную смерть за Веру, а гораздо более поздняя, формата «вы там деритесь, а мы тут посмотрим, кто верх возьмет, и так и быть начнем молиться за победителя».

А начиналось-то все очень и очень неплохо! В довоенное время связь между РПЦ и Константинополем была крепка, а сам Патриарх Иоаким пользовался у наших иерархов, православного толка знати и простого народа (той его части, которой не пофигу кто там за тридевять земель «под магометанским игом» сидит) немалой любовью. Многие часы провел я в обсуждениях фигуры Патриарха со всеми подряд, и подавляющее большинство собеседников считали, что с началом большой суеты Константинопольский Патриархат вступит в игру на нашей стороне в полный рост, подняв и лично возглавив христианское восстание, которое поможет нашей армии закрыть турецкий вопрос раз и навсегда.