Глупая
Шрифт:
– Кларисса?
– Что? Еще воды?
– Нет. Ты меня ненавидишь?
– Почему ты спрашиваешь?
– Знаю, что я не самая лучшая старшая сестра. Что должна была быть для тебя примером.
– Перестань говорить так, как будто помирать собралась.
– И все-таки.
– Не знаю. Никогда об этом не задумывалась. А ты?
– Нет, не ненавижу. Но и любовью это не назовешь.
– Хех, веселая перспективочка.
– И не говори.
Не знаю, зачем это ляпнула, но поворачивать назад было поздно:
– А может, ты беременна, и никакая это не морская болезнь?
Я видела, как Франческа побледнела еще больше, и на глазах навернулись слезы.
Глава 2.
– Франческа, что с тобой? Почему ты плачешь?
– Я... Я не могу иметь детей.
Повисла давящая тишина. Этого я никак не ожидала. И что мне сказать? Что сделать?
– Прости.
– Ты ведь не знала. Наверное, хочешь знать, почему я не могу забеременеть?
– Ты ведь все равно скажешь.
– В девятнадцать лет я сделала аборт. Помнишь Майка Брауна?
– Смутно.
– Он не хотел становиться отцом в двадцать лет. От страха, что я не собираюсь избавляться от ребенка, он рассказал своим родителям. Те были в бешенстве.
– Родители знали?
– Да. Мать Майка сообщила им. Они сначала злились, а потом приняли мою сторону. Я очень хотела родить.
– Подожди! А где была я?
– Ты была у Джастин.
– О!
При упоминании имени Джастин у меня сразу всплыли воспоминания весьма откровенного содержания. Ну, подумаешь, в первый раз попробовала выпивку и немного покурила травку. Шестнадцать лет - это Свобода. Плохо помню, как я себя вела тогда, но проснулась в одной постели с братом Джастин, Беном.
Бен конечно милый и даже пытался за мной ухаживать как настоящий джентльмен, но... это другая история.
– О!
– снова воскликнула я.
– Ты ведь сделала аборт, хотя не хотела этого. Почему?
– Майк избил меня. Так что предо мной поставили выбор, либо я делаю аборт и живу, либо ни я, ни ребенок не выживем. Как видишь, я жива!
Знаете, Франческа при рассказе этого чудовищной истории успокоилась. Видимо она уже свыклась с этой мыслю.
– А "принц" знает о твоей проблеме?
– "Принц"? Это ты об Эрике?
– О ком еще!
За долгое время, я впервые услышала ее смех. Такой искренний и чистый. Что ж, похоже, мы можем нормально общаться. Это удивляет. Напомните мне купить Марисе подарок.
– А ты случаем не влюбилась в моего мужа? Я ей тут душу изливаю, а она...
– Стоп! Я лучше пойду, пока не врезала тебе.
– Иди-иди, Иуда!
Пожалуй, я поспешила с выводами. Никакого подарка Марисе. Это она виновата, что я попала в этот Ад!
Ничего не ответив на обвинения в мой адрес, хлопнув дверью в каюту, я вышла.
Как же мне сейчас хочется кого-нибудь побить, чтобы выпустить пар. Но если я так сделаю, то явно меня примут за больную. И тогда одиночная палата мне обеспечена, и неважно, что она в психбольнице.
Гуляя по кораблю, в каюту не хотелось идти, я вновь наблюдала одни парочки. Боже! Это точно сговор.
Пока думала, где я провинилась, и почему меня так жестоко наказывают, я даже не заметила, что натолкнулась на что-то, но видимо на кого-то. Потому что это "что-то" выругалось. Подняв голову, я увидела мужчину, молодого, красивого, загоревшего и без кольца на безымянном пальце. Так-так, это уже интересно! Холостяк. Ну, я на это надеюсь.
Предо мной, как я уже сказала, стоял молодой мужчина, лет двадцати семи. Его серо-голубые глаза с интересом смотрели на меня.
– Ммм... простите, задумалась.
– Ничего. Я в порядке.
Боже, какой голос. Такой бархатный, гипнотизирующий.
– С вами все в порядке?
– вывел из ступора меня его вопрос.
– Да, я в полном порядке. Задумалась.
– Хммм... Интересно! Дилан.
– Простите?
– хлопая от удивления глазами, переспросила я. Может мне послышалось?
– Я - Дилан. А как вас зовут?
– Клер, т.е. Кларисса.
– Красивое имя. Кла-ри-сса, - словно пробуя на вкус, он протянул мое имя.
– А ваша пассия бушевать не будет, что вы тут с незнакомой девушкой беседы ведете.
– Я здесь один. Работа.
– Один?
– с сомнением спросила я.
– Да. А что вас удивляет?
– Ну, просто такой красивый мужчина и один?
– что я говорю! Стыдись, Клер, стыдись.
– Может, составите компанию?