Чтение онлайн

Узнав о провале своего киллера, Колян был страшно раздосадован, поскольку вариант акции с проникновением в госконтору на Мытной казался ему весьма реальным.

Более того, ничего другого Коляну пока не приходило в голову. Да тут еще нескольких молодых бойцов, изучавших обстановку в микрорайоне недалеко от офиса «Госснабвооружения», сгребли и доставили в милицию. Хорошо еще, что эти ребята официально проживали в рабочем общежитии, работали в охране разных фирм и ничто не указывало на их связь с Коляном. Кроме разве что сибирского происхождения.

– Помяните мое слово, Владислав Геннадьевич, они из шайки Радченко! – кипятился Чижевский.

– Бросьте, Николай Валерьяныч, – охладил его пыл Варяг. – У вас мания преследования! Вы что, намерены пытать всех, кто подойдет ко мне ближе, чем на километр? Ну и даже если они работают на Радченко, что они вам скажут? Наверняка они получают указания по телефону. Они, возможно, и самого Радченко ни разу не видели и даже не слыхали о нем! – Помолчав, Игнатов добавил: – Но иметь своего человечка в ихней общаге действительно не повредит.

– Сделаем, Владислав Геннадьевич, – отозвался Чижевский.

Колян в глубине души мечтал о славе террориста всемирного масштаба, как у знаменитого венесуэльца Ильича Рамиреса. Но он не желал быть просто безмозглым орудием для осуществления чужих планов и хотел представлять расклад политических сил и интересов в российском обществе, дабы знать, в случае чего, кому предложить свои услуги и кто сможет оплатить эти услуги пощедрее. Ведь уже не раз большие люди пытались использовать Коляна, а все выходило так, что он использовал их – в том же духе он намеревался действовать и дальше, но для этого следовало получше разбираться в ситуации. Он долго размышлял над тем, чей же заказ поступил к нему через бизнесмена с кликухой Феликс, и в последнее время ему стало казаться, что он разгадал эту загадку.

Еще с весны ряд газет и телеканалов открыли массированную кампанию против «Госснабвооружения» и лично против Владислава Игнатова. Колян понял, что ополчившиеся на Варяга газеты и телекомпании контролируются Григорием Борисовичем Чудновым, идейным руководителем «новых русских», чье ненасытное стяжательство давно вошло в поговорку. Конкурирующая пресса неукоснительно разоблачала каждую новую аферу Чуднова, но этот пробивной человек, видимо, хорошо разбирался в структуре российской власти и прежде всего постарался стать «лицом, близким к президенту» или, как стало принято говорить в последнее время, членом «семьи». Имея в своем распоряжении газеты, радио, телевидение и целую армию услужливых журналистов, он не стеснялся смешивать с грязью всех тех, кто ему мешал. Компромат на неугодных собирали как сами журналисты, так и специально созданные для этой цели охранные фирмы, после чего происходил профессиональный слив компромата в СМИ. Кое-кто из слабонервных уступали Чуднову дорогу, ибо знали за собой немалые грешки и опасались, как бы газетными сплетнями не заинтересовалась Генеральная прокуратура. Однако Игнатов, кого карманные СМИ Чуднова поливали с остервенением, разумеется, не принадлежал к числу слабонервных. К тому же сам компромат на Игнатова выглядел не очень убедительно: в статейках о нем были обильно рассыпаны бездоказательные намеки на криминальное прошлое и настоящее Игнатова, на контрабанду оружия и прочее.

Читая всю эту «сливную» чушь, Колян интуитивно чувствовал здесь какую-то правду: видимо, журналисты раскопали какие-то темные сделки концерна. Но он не мог знать, что компрометирующий Варяга материал предоставил Чуднову коронованный вор Зарип Казанский.

– А почему ты с этим Чудновым дело имеешь? – спрашивали Зарипа некоторые воры. – Он ведь сам на «Госснабвооружение» нацелился. А у нас там генеральный директор, можно сказать, свой человек, и Варяг опять же… А ты Чуднову помогаешь. Правильно ли это?

– Я ему не помогаю, я его использую, – степенно возражал Зарип. – Пускай Чуднов копает под Варяга – это, люди, в наших интересах. А потом мы и с Чудновым разберемся.

– Да, надо, надо, – кивали воры, – высоко он хвост поднял. Пора ему показать, где его место.

Организованная Чудновым газетно-телевизионная кампания проходила под лозунгом «Мафия и власть». Журналисты предупреждали общество о грозной опасности, угрожавшей ему в лице Игнатова-Варяга и ему подобных. Чудновские писаки грамотно били в одну точку, не обременяя себя доказательствами. Перечислялись связи Варяга в криминальной среде и в политических кругах, вспоминали о той финансовой поддержке, которую концерн оказывал ряду общественных организаций и средств массовой информации, и делали вывод о том, что Варяг – классический пример того, как мафия рвется во власть.

Но и Варяг не сидел сложа руки. Буквально через неделю после начала кампании Чуднова против Игнатова вдруг выяснилось, что существует немало журналистов, горячо симпатизирующих Игнатову. Не имевшие к нему, казалось бы, никакого отношения газеты, телеканалы и радиостанции вдруг принялись его рьяно защищать. Особенно старался влиятельный «Московский экспресс», напечатавший целую серию колких материалов против Чуднова.

Варяг, как и тысячи других жителей России, изрядно веселился, читая статьи про Чуднова в «Московском экспрессе». Когда в его кабинет вошел полковник Чижевский, Варяг все еще продолжал улыбаться.

– Веселитесь, Владислав Геннадьевич, – сказал с упреком бывший кагэбист.

– Да вот читаю, как мои ребята разделали господина Чуднова. Это ведь я их нашел, – с детской гордостью сообщил Варяг. – Не читали, Николай Валерьяныч? Очень рекомендую, классная работа.

– К такому человеку, как Чуднов, я вам не советую относиться легкомысленно, – возразил Чижевский. – Он сам – интриган высшего разряда, не стоит его недооценивать. А потом, за ним стоят очень серьезные силы. Я к вам как раз по этому поводу.

– Вас что, встревожила эта шумиха в газетах? – улыбнулся Варяг. – Если да, то зря. У писак Чуднова ничего серьезного нет, и те газеты, которые за нас, уже сбили волну. Всем же понятно, кто начал эту свару и чего он хочет. Журналюги еще немного пошумят и успокоятся. Даже если в верхах весь этот шум и примут близко к сердцу, то ведь просто так снять меня нельзя – по уставу концерна требуется согласие не менее чем…

– Знаю, знаю – не менее пятидесяти процентов участников собрания акционеров, – кивнул Чижевский. – Так почему вы думаете, что ваши противники не наберут этих пятидесяти процентов? Когда началась заваруха в газетах, я распорядился взять под наблюдение большинство акционеров – конечно, аккуратно, чтоб не вышло скандала… И вот смотрите, какие контакты мы зафиксировали. – Полковник положил листок со списком на стол перед Варягом. – Как видите, налицо всплеск интереса к нашим акционерам людей Чуднова и тех, кто за ним стоит, – я там расписал, кто есть кто. И это при том, что далеко не все контакты, как я полагаю, нам удалось отследить.

– И какова реакция наших уважаемых акционеров? – перестав улыбаться, поинтересовался Варяг.

– Ну, то, что они пошли на контакт, причем тайный – уже своего рода реакция, – сказал Чижевский. – Были люди, которые сами вышли на меня и рассказали о переговорах, – в списке они отмечены. Однако таких, к сожалению, меньшинство. На некоторых пришлось надавить, и только после этого они рассказали о состоявшихся переговорах. Люди Чуднова стараются к каждому подходить индивидуально, каждому предлагать нечто такое, что может особенно интересовать именно данного человека. Но многим предлагают просто деньги.