Чтение онлайн

– Мне дадут, - заупрямился Простаков.
– Чего ж, они разве не люди?

– Хорошо. Резинкин, заводи. Плуг штука тяжелая, Простаков со мной поедет, а ты, Валетов, иди копай.

– Несправедливо это! Я все придумал и мне копай!

– Иди-иди.

Фрол потопал обратно на периметр парка. Теперь можно поковыряться для виду, чтоб дембеля не трогали, а потом взжжить - и все готово.

– Куда это они поехали?
– Кикимор подошел к прыгающему вокруг лопаты Валетову и взял его за шиворот.

– За плугом они пошли в Чернодырье. Может, прицепим к броне, туда-сюда проедем - и готово.

– Ну-ну, - Кикимор сплюнул.
– Агап, слышь, чего шакаленок удумал?

Весть о предпринятой лейтенантом акции разлетелась моментально. А так как помощь идет, то на фига ж работать. Личный состав все больше любовался пейзажем, дышал свежим воздухом. Курил. При приближении какого-нибудь офицера, шатающегося по парку, работа на некоторое время возвращалась из летаргического сна и снова успешно погружалась в небытие, как только товарищ уходил восвояси.

Солдаты разбились на кучки и ждали. Петрушевский, следуя указаниям мудрого старого воина Агапова, выгнал БМП под номером 84 за ворота. Дежуривший в парке кадровый взводник мотострелок Парижанский не возражал. Лейтенант был в курсе сложившейся ситуации и проявлял сочувствие.

Народ ждал плуг.

Въехав в поселок по хорошей асфальтовой дороге, Мудрецкий приказал Резинкину остановиться. Куда двигать дальше, он не представлял. Выпрыгнув из кабины, Юра подошел к сидящим на лавочке под тенью рябинок вечным бабушкам. Как водится в сказках, их расположилось на лавочке ровно три штуки.

– Добрый день, красавицы, - лейтенант выжимал из себя любезность. Не дай бог, «начнуть ворчать, яд источать».

Обращение цветастым платочкам на седых головках понравилось, и божьи одуванчики заулыбались - кто протезами, а кто деснами.

– Не знаете, у кого можно плуг напрокат взять?

Абсолютно беззубая девица шамкнула ртом и показала пальцем вдоль улицы.

– Так, э, у Пасенкова Кузьмы, - произнесла другая, важно кивая вниз головою.

– Дом на самом краю, - добавила та, что с протезами.
– Ступай, голубок.

Мудрецкий впорхнул в салон, яко воробышек.

– Давай двигай, Резинкин, прямо. Похоже, повезло.

Леха Простаков почесал моську здоровой лапищей, лежа на лавке в кузове. О, снова поехали. Подремать бы еще.

Кузьма оказался сгорбленным старцем. Женщина, похоже, дочь его, вывела под руки из дому трясущегося дедушку и усадила на скамеечку.

– Извините, - лейтенант медленно ломал собственные пальцы, стоя у калитки.

– Ничего, ему все равно гулять. А чего надо-то?

– Бабушки в начале улицы насоветовали мне. Плуг у вас есть? На несколько часов. Вечером вернем.

Хозяйка заправила под белый платок выбившуюся прядь черных волос, потом обмякла и развела руками.

– Что ж это за старухи такие? Может, в сарае что и есть. Найдете - забирайте насовсем. Все хлама меньше.

Лейтенант отбил поклон.

– Спасибо. Мы аккуратно. Простаков! Хватит спать.

Когда Леха проходил мимо деда, тот даже прекратил дышать, чем не на шутку напугал женщину.

– Ну и солдат у вас, - поделилась она с лейтенантом под шум ворочаемого в сарае хлама.

– Попадаются иногда.

В светло-карих глазах засветился огонек.

– Только все реже такие ребятки-жеребятки встречаются. Мельчают мужички-то. Ни обнять, ни придавить.

Невольно Юра взглянул на талию и ниже. Потом отвел глаза.

– Зачем вам плуг-то?

– Дурдом у нас.

Хозяйка махнула рукой.

– У вас, лейтенант, всегда дурдом.

Раздался грохот. Леха завыл в сарае. И по окрестностям разнеслось русское, до боли знакомое.

– Что там у тебя!
– закричал лейтенант и бросился на помощь.

Но она не потребовалась. Леха в одного выворотил на улицу древний инструмент землепашца.

– Теперь вам только лошадь осталось у нашего соседа в аренду взять.

Мудрецкий отмахнулся.

– У нас БМП есть. Лошадь не нужна. Ну, мы можем забирать?

Хозяйка оставила деда и подошла к лейтенанту. Лет тридцать-тридцать пять. Вскормленная на сливках и твороге. Розовощекая, грудастая. Зад с полкоромысла. Глаза - как берет десантника, большие и голубые, волосы - вакса, губы - вечерняя рожа начпрода, нос - аккуратная вздыбленность под солдатским одеялом во время эротического сна, в ушах серьги - бирюза - рожа начпрода утром. У Юры потекли слюни.

– Может, чайку попьешь? Пусть солдаты пашут.

– Глотну, - согласился Юра.

– Маша, ты о чем там с ним говоришь?
– опомнился старый дед, так как Простаков утащил плуг на улицу и теперь он смог переключиться со здорового солдата на молодую женщину.

– О политике, - не поворачиваясь, ответила по ходу дочь.

– Товарищ лейтенант, ну, мы едем?
– Репа Простакова выглянула из калитки.

Мудрецкий очнулся и убрал руки с талии.

– Леха, езжайте без меня, я своим ходом.

– Почему?

Лейтенант одернул форму и подошел к торчащей роже.

– Член в кочану, вот почему. Закрыл калитку.

Маша проводила его в дом.

– Куда пошли?
– начал тревожиться дед.
– Машка, ты чего удумала?

– Беззубый, а ревнивый, - объяснялась она перед лейтенантом.
– Папа, сейчас приду! Посиди один!

Вошли внутрь. В кухне квадратный стол у стены. Электрический самоварчик на маленьком холодильнике. Табуретки на коричневом деревянном полу.