Чтение онлайн

— И что? Я не вижу никакой разницы между человеческим существом и кодом программы. Оба созданы творцом, оба служат определенной цели, потом люди умирают, а коды заменяют современной версией. Машины внутри или снаружи, человеческое тело внутри или снаружи, клетки или электроны — какая разница.

— Разница, несомненно, есть, Джон.

— Где? — спросил Фейт, явно удивленный замечанием Джилета. — Подумай. Как появилась жизнь? Молния ударила в доисторический суп из углерода, водорода, азота, кислорода, фосфатов и сульфатов. Каждое живое существо состоит из первоначальных элементов и функционирует только из-за электронных импульсов. Ну, и все эти элементы в той или иной форме можно найти в машине, работающей на электрических импульсах.

— Побереги вздорную философию для детишек в чатах, Джон. Машины — прекрасные игрушки, они навсегда изменили мир. Но они не живые. Они не могут думать.

— С каких пор умственная деятельность стала признаком жизни? — засмеялся Фейт. — Половина населения Земли — идиоты, Уайетт. Дрессированные собаки и дельфины и то лучше соображают, чем они.

— Ради Бога, что с тобой случилось? Ты что, настолько потерялся в мире машин, что не видишь разницы?

Глаза Фейта расширились от гнева.

— Потерялся в мире машин? У меня больше нетникакого другого мира! И кто виноват?

— Кто?

— У Джона Патрика Холлоуэя была реальная жизнь. Он обитал в Кембридже, работал в Гарварде, дружил с людьми, ужинал в ресторанах, ходил на свидания. Так же реально, как и все остальные, черт побери! И знаешь что? Ему все это нравилось! Он собирался кого-то встретить, собирался создать семью! — Его голос сорвался. — И что случилось? Появился тыи все разрушил. И для него осталось единственное место — мир машин.

— Нет, — ровно ответил Джилет. — Настоящий ты взламывал сети и воровал софтвер и хардвер, отключал девять-один-один. Жизнь Джона Патрика Холлоуэя сфабрикована с начала до конца.

— Но она уже что-то! Она больше всего походила на реальность из того, чего я смог добиться.

Фейт сглотнул, и на мгновение Джилету показалось, что он сейчас заплачет. Однако убийца быстро овладел собой и, улыбаясь, оглядел логово динозавра. Заметил две сломанные клавиатуры в углу.

— Ты разбил только две? — рассмеялся он.

Джилет тоже не смог сдержать улыбку.

— Я здесь всего несколько дней. Дай мне время.

— Я помню, ты говорил, что так и не выработал легкое прикосновение.

— Однажды я занимался хакингом, наверное, часов пять и сломал мизинец. И даже не заметил. Печатал еще пару часов, прежде чем увидел, что рука чернеет.

— Какой у тебя рекорд? — спросил Фейт.

Джилет подумал.

— Как-то я сидел за компьютером тридцать девять часов подряд.

— Я только тридцать семь, — отозвался Фейт. — Мог бы и дольше, но заснул. Когда проснулся, руки не двигались еще часа два... Черт, мы проворачивали серьезные дела вместе, правда?

Джилет ухмыльнулся:

— Помнишь того парня — генерала военно-воздушных сил? Мы видели его по «Си-эн-эн». Он сказал, что его новый веб-сайт круче Форт-Нокса и ни один панк не сумеет его взломать.

— А мы забрались туда, кажется, минут за десять?

Юные хакеры загрузили на сайт рекламу «Кимберли-Кларк», все увлекательные фотографии реактивных истребителей и бомбардировщиков заменили картинками прокладок «Котекс».

— Здорово, — кивнул Фейт.

— О, а помнишь, мы превратили главную линию пресс-центра Белого дома в платный телефон? — добавил Джилет.

Они немного помолчали. Наконец Фейт заметил:

— О, черт, ты был лучше меня... просто сбился с пути. Женился на гречанке. Как ее звали? Элли Папандолос, верно? — Он внимательно присмотрелся к Джилету, когда упомянул ее имя. — Ты развелся... но все еще любишь ее, не так ли? Я вижу.

Джилет ничего не ответил.

Фейт продолжил:

— Ты хакер,парень. Тебе не нужны женщины. Когда машины — вся твоя жизнь, любовница без надобности. Они только занимают время.

Джилет парировал:

— А как насчет Свэнга?

Лицо Фейта потемнело.

— Тут другое. Свэнг точно знает, кто я такой. Немногие люди настолько хорошо меня понимают.

— Кто он?

— Свэнг тебя не касается, — зловеще предупредил Фейт, но минутой позже снова улыбнулся. — Да ладно, Уайетт, давай работать вместе. Я знаю, ты хочешь взглянуть на «Лазейку». Разве ты не отдашь все,чтобы понять, как она работает?

— Я и так знаю, как она работает. Ты используешь снифер, чтобы переадресовывать сообщения. Потом стенанографию, чтобы поместить в пакеты демона. Демон активируется, когда попадает внутрь машины жертвы, и перезапускает протоколы связи. Он прячется в игре и сам себя уничтожает, когда кто-то его ищет.

Фейт рассмеялся:

— Ты мог бы сказать: «О, парень просто машет руками и взлетает». Какя это делаю? Вотчто ты хотел бы узнать. То, что не знает никто... Неужели тебе не интересно, как выглядит исходный код, мистер Любознательность? Все равно что взглянуть на Бога, Уайетт. Ты же правда хочешь.

Какое-то мгновение Джилет в уме просматривал линию за линией софтвера — который бы он сам написал, если бы пытался дублировать «Лазейку». Но когда дошел до определенного момента, воображаемый экран опустел. Уайетт не видел дальше ничего и ощущал жуткий всепоглощающий приступ любопытства. О да, он очень хотел взглянуть на исходный код. Очень.

Однако Джилет повторил:

— Надень наручники.

Фейт посмотрел на часы на стене.

— Помнишь, я как-то говорил о мести хакеров?

— Месть хакера — терпеливая месть. А в чем дело?

— Просто хотел оставить тебя с этой мыслью. Да, кстати, еще одна вещь... Ты читал Марка Твена?

Джилет нахмурился и не ответил.

Фейт продолжил:

— "Янки при дворе короля Артура". Нет? Ну, там рассказывается об одном парне — он из девятнадцатого века попал в средневековую Англию. Совершенно жуткая сцена, где герой угодил в переделку и рыцари собираются его убить.