Чтение онлайн

— Лишних убить? — спросил Т’анн Изму, не поднимая головы. Привычка нестись с места в карьер основательно въелась в его подсознание.

Мект лишь отрицательно качнул головой:

— Не нужно. — Затем глянул в мою сторону. — Как же иначе заставить Исток быть послушным?

— Как прикажете.

Никто из нас при этом не проронил ни слова. Только Затворник усмехнулся, Диана изобразила лицом брезгливое понимание. Теперь, когда основное подтверждение, наконец, было получено, намного проще оказалось состыковать большую часть разрозненных фрагментов, касавшихся истории, что я поведал леди Орре на борту «Заклинателя». Оставалось лишь еще кое-что.

Впрочем, относительно лейра я, кажется, поторопился с выводами.

— Твою мать, — выдохнул Затворник и, чуть округлив глаза, глянул на меня. — Сколько же времени и сил ему пришлось угрохать на все это?

Я качнул головой, дав ему понять, чтоб пока помолчал. Случившееся только что откровение нельзя было назвать событием, способным потрясти до глубины души, но и утверждать, будто знал все наперед, я бы не стал. Подобно Диане, только что сложившей некоторые кусочки мозаики в более-менее цельное полотно, мне так же понадобилось подтверждение истинной личности аргусовского слуги. Я успел перебрать немало вариантов, и уже было принял Изму за банального шпиона, работавшего на куатов нам во вред. А вышло-то все вон как! Словно в руках наконец-то появился клей, способный каждый из фрагментов соединить между собой намертво. Мысли мои заработали на полную мощность.

Изма, тем временем жестом показав гончим подняться с колен и рассредоточиться по периметру локуса и отрезать нам все пути к побегу, с царственным видом оглядел каждого из нас, а после притворно раздосадовано проговорил:

— Вы не кажетесь удивленным, мастер Риши. Я ждал чего-то более.

Я только фыркнул в ответ. И закатил глаза. Концентрация ихора достигла своего пика и постепенно начинала разъедать прочную ткань гермооплетки. Кожа, видневшаяся сквозь прорехи, потемнела, став пепельно-серой, словно обожженный песок. Т’анн фривольно помахал рукой:

— Привет, пацан. Клево выглядишь.

Я проигнорировал поддевку, а Изма продолжал скалиться, медленно отступая подальше от меня:

— Ну же, сделайте одолжение, скажите, что вы хоть немного удивлены. Хоть чуточку.

На языке так и вертелось, что когда бок о бок общаешься с лейрами, шаманами, стражами и их извечными секретами, рано или поздно выползающими наружу, способность удивляться хоть чему-нибудь сама собой постепенно сходит на нет. Но мне удалось обуздать желание позубоскалить и лишь с еще большим усердием попытаться выстроить все связующие события в хронологическом порядке. Поначалу я считал, будто точкой отсчета следовало избрать день моего появления на свет, но постепенно понял, что сама глобальная история началась намного раньше, примерно в ту пору, когда Майра Метара внезапно вознеслась к вершинам власти в Ордене куатов.

Наконец я все же заставил себя вернуться к просьбе Измы и, поразмыслив над ощущениями, сказал достаточно равнодушно:

— Немного, пожалуй. — И, качнув головой в сторону прилежно исполнявших роль истуканов гончих, прибавил: — Конкретно к такому фокусу я точно не был готов. Как вам удалось привести их сюда, старейшина Шиан И? Скрытый маячок?

Было даже что-то приятное в том, как притухла ухмылка на чешуйчатом лице мекта.

— Вы весьма сообразительны, мастер Риши.

Я отразил его кислое выражение:

— Отнюдь. Окажись оно так, этой шайкой здесь бы сейчас и не пахло.

— И все же то, что я старейшина, вас нисколько не тронуло? Вы уже знали или только догадывались?

Честней всего было бы признаться:

— Ни то, ни другое. Разве что самую малость предчувствовал нечто смердящее. — А для визуального подкрепления нарочито сморщил нос и помахал ладонью перед носом. — Я ожидал какой-нибудь подляны, но никак не предполагал, что она окажется настолько многоступенчатой. Сколько сил и времени вы убили на то, чтобы занять место погибшего много лет назад старейшины Шиан И?

От улыбки на лице Измы не осталось и следа.

— Это мой хозяин вам сказал, что настоящий старейшина умер? — А через мгновение сам ответил: — Ну, конечно, он. Кто же еще? Он с самого начала просто из кожи вон лез, лишь бы оградить вас от всех и вся. А в итоге? Превратил себя в истукана. — Он скользнул презрительным взглядом по неподвижному стражу и, казалось, вот-вот сплюнет от отвращения. — Как будто это вам чем-то поможет. Но, если вам так интересно, нет ничего проще, чем объяснить. За каждым из старейшин закреплено определенное имя. Когда один из старейшин погибает, его имя берет себе вновь прибывший. Все просто, мастер. Все до безобразия просто.

— Настолько же просто, как убить старейшину Ордена? — приподняв бровь, поинтересовался Затворник.

Изма моментально огрызнулся:

— Куата упрекает лейр. Какая редкость! А ведь я произвожу впечатление благороднейшего существа на свете, не так ли? — Не став дожидаться ответа, он перевел взгляд ко мне: — Занять место одного из старейшин в ту пору было не так уж и трудно. Пока я не влез в Орден сам и не впихнул туда Метару, куаты только и делали, что с утра до ночи занимались проведением древних никчемных ритуалов да бесполезных молебнов. Они сами уже ни во что не верили, эти старейшины. Старые ничтожества. Они даже не поняли, что приняли в свои ряды лейру и старого боиджийского служку. Мне даже покидать замок не приходилось. Достаточно было давать о себе знать дистанционно. Об остальном же славная Майра позаботилась.

Вспомнился ритуал, во время которого Метара превратила Аргуса в последнего из Гончих Дзара. Тогда старейшины уже слушались ее беспрекословно, но так и не отбросили пережитки старины, включая чучела птиц-куатов, запертые в клетках под потолком и заменившие собой живых. Даже тогда, несмотря на очевидное влияние лейры, упадок, в который погрузился Орден бросался в глаза.

— Скажите, Изма, — попросил я, — а превращать серых стражей в гончих тоже вы Метару надоумили?

Тот, к моему удивлению, однако отрицательно покачал головой.

— Нет-нет, мастер Риши. С той поры, как помог драгоценной Майре тщательно обосноваться в куатских застенках, я обращался к ней лишь дважды.

Я внимательно всмотрелся в лоснящееся от самодовольства чешуйчатое лицо старого мекта и вдруг вспомнил историю, что он поведал мне о том, как Аргус появился на свет. Слова вырвались сами собой:

— В первый раз, когда попросили вернуть вам проданного за долги потомка рода Занди, а второй… — я замолчал, чтобы перевести дух, а Изма, воспользовавшись паузой, с торжественной улыбкой закончил: