Чтение онлайн

В это время Барби и Лула тоже без дела не сидели. Под их руководством котики, не вошедшие в состав бомбанды, набрали и притащили на свой остров, найденную на поверхности руду.

Глина на острове имеется, плавильную печь худо-бедно есть из чего состряпать. Для достижения нужной температуры горения, дабы не заморачиваться с трубой и сложной конструкцией, котики исхитрились использовать магию. Они создавали дополнительную тягу при помощи нагнетания сырого холодного воздуха. Одним словом, бронзоплавильное дело сдвинулось с мертвой точки.

А глубокой ночью перед рассветом моя бомбанда скрытно подплыла к пляжу второго крокодильского острова, населенного нововерами, то есть теми, которые поклоняются обновленному двухъядерному Горынычу. От того, как пройдет задуманная мною диверсия во многом зависит, получат ли котики время, чтобы сократить или даже нивелировать технологическое отставание.

Первым делом моим подопечным предстояло ликвидировать стражу из трех крокодиломорд, сидящих на пляже. Но не так сложна задача их ликвидировать, как ликвидировать по-тихому, так, чтобы они шум не подняли.

Для этого я и привлек магов, способных творить с водой всякие штуки. Они подняли из воды пару фигур, которые начали как бы купаться, как бы плескаться и даже призывно похахатывать переливчатыми журчащими голосами. В общем сотворили аналог русалок, целиком состоящих из воды.

Скучающие кроки понятное дело тут же стряхнули с себя предрассветную дрему. Стражи заинтересовались, кто это там так весело резвится в темноте и, разумеется, очень быстро пришли к выводу, что это крокодилицы с соседнего острова подают тонкие намёки.

Кроки охранники заспорили, кто из них первым полезет в воду знакомиться с соседками староверками, и как это обычно бывает, спор этот ни к чему не привел. В воду полезли все трое, чем сильно облегчили нашу задачу.

Маги отогнали свои творения подальше от берега, заманив кроков на глубину, где клиентов уже поджидали здоровяки-дайверы из бывших хищников. Ну, основы загонной охоты мои парни давно освоили на пятерку. Толпой утянули кроков ко дну и тихо придавили. Только всплывшие пузыри могли бы выдать бесславную кончину стражников, но кто ж их увидит в ночи…

Тела завалили камнями, чтобы не всплыли, и приступили ко второму этапу операции. Будубай вывел свой отряд на берег, чутка обождал, чтобы вода стекла с их тел, и двинулся к храму.

Это конечно не храм тысячи богов, даже близко. Это все ж таки очень примитивное строение. Ну и поклоняются тут только одному богу, а не тысяче.

За второй этап операции я изрядно переживал. В храме помимо главного жреца постоянно толкутся младшие жрецы и еще какая-то подсобная челядь. Я думал, что и ночуют они тут всей кодлой. Но, видимо, сегодня нам проперло.

В храме только сам главжрец и женщина… нет, девушка, пожалуй. Девушка привязана к жертвенному камню. Она тихо подвывает от страха, глядя, как жрец точит свой бронзовый топор. К гадалке не ходи, девушку приготовили к пожертвованию и жить ей осталось считанные часы.

Наверно, можно было обойтись и без призыва шаманского водяного голема. С одним старпером справились бы, но раз уж его подняли из воды и прикамлали к храму, то зачем рисковать.

Водяной голем ворвался в помещение, творя мокроту и разнося запах морской воды. Старик жрец, проявив прыть, метнул в него топор, но чтобы успокоить шаманского водяного бойца, этого недостаточно. Тогда жрец попытался поднять тревогу. Голос у него оказался на удивление высокий. Если за пределами храма его и услышал кто-то, то скорее всего принял за вопль приговоренной к пожертвованию.

На этом сопротивление служителя культа исчерпалось. Голем треснул жреца по голове, размозжив череп с одного удара. После чего Будубай от греха и во избежание шумного погрома развоплотил бойца, который тут же растекся в огромную лужу.

— А теперь бери топор, — говорю Будубаю, — И руби идолу одну голову.

Котик подобрал брошенный жрецом топор и покачал в руке, приноравливаясь. Затем опасливо двинулся к деревянному истукану.

— Не бойся, не укусит, — ободряю подопечного, — Не эту голову руби, другую. Да, которая немного в сторону…

Будубай начал неумело тюкать топориком по деревянной шее. Навык нулевой, топор он впервые в руки взял, но кое-как справился. Фактически на то, чтобы срубить истукану голову, ушло времени, как на всю остальную операцию.

Срубленная деревянная башка упала и покатилась, приведя привязанную девушку в ужас. Подобное попрание святыни для нее походу страшнее собственной смерти. А я только теперь сообразил, что деваху просто оставить привязанной мы не можем… как, впрочем, и развязанной тоже…

— Черт, надо решать, что с девкой делать. Свидетеля оставлять нам нельзя.

— Бабу-буду, — рассудительно заявил Будубай.

— С собой ее хочешь забрать? Она ж крокодилица в прямом и переносном смысле… а хотя, забирай. Всяко лучше, чем ее убивать.

Будубай подошёл с топором к девушке, решившей, что вот теперь пришел ее конец. Она набрала воздуха в легкие, собираясь закричать, но котик приложил палец к губам. Девушка задавила рвущийся из нее крик и часто закивала, выражая готовность подчиняться.

Он разрубил веревки, освободив юную крокодилицу.

— Будубай, ты бы тюкнул ее обушком на всякий случай. Чисто для временной потери сознания. А то кто ее знает… — я попытался подстраховаться, но котик меня просто не понял.

Как бы то ни было, обошлось. Девку вывели из храма, и до самого пляжа она ни разу не пикнула. А затем также тихо уплыла вместе с диверсионным отрядом на остров котиков.

Ну что сказать, девка не дура, понимает, что если попробует заорать ее тут же прибьют. А, может, и чувство благодарности испытывает. Как-никак, парни спасли ее от страшной смерти под топором жреца.