Чтение онлайн

– Зачем?

– Даже не знаю. Наверное, потому, что это важно для тебя, а я хочу больше знать о человеке, с которым сплю.

– Значит, секс с незнакомцем тебя все-таки не устраивает?

– А тебя?

– С тех пор как я понял разницу между сексом и любовью, не устраивает.

Джейн прикусила губу.

– Так ты расскажешь мне о своем четырехлистном клевере?

– Дьявол! Ты хоть поняла, что я тебе сказал? Я занимался с тобой любовью, а не сексом.

Она пожала плечиком:

– Ты ушел, как только смог, вот все, что я знаю.

– Но я же вернулся, – оправдался он.

Она больше ничего не сказала. Он обнял ее. Боже, как он не хотел рассказывать ей о маме! А придется, если начинать рассказ о татуировке.

– Вернулся, – сказала она наконец.

Они сидели обнявшись, и Джейн смотрела на него.

– Мне очень нравится твоя татуировка. И она не выцвела. Давно она у тебя?

– Я сделал ее, когда мне было четырнадцать.

– А разве это законно?

– Нет, но я был рослым для своего возраста. В шестнадцать я начал ходить по барам, и никто не спрашивал у меня документы.

– Вот уж это-то точно незаконно.

– Я не такой законопослушный, как ты.

– А твой отец знал об этом?

Отец был все время занят в пожарке. А еще он все время держался подальше от дома. Лайам понимал, что для отца было невыносимо приходить домой и не находить там мамы. Без нее дом опустел.

– Он много работал, за нами в основном присматривал старший брат, Ян.

– Намного он старше тебя?

– Почти на четыре года. – Лайам положил руки на колени. – Но когда мне было четырнадцать, Ян уже был пожарным и дома появлялся не чаще отца. Пару лет мы с другим братом, Патриком, были предоставлены сами себе.

– Тогда ты и сделал татуировку?

– Да. – Рассказывать о том, что они с братом состояли в банде и это едва не стоило им жизни, он не собирался. Той памятной ночью они с братом дали друг другу клятву, что об их приключениях никто не узнает.

Через несколько дней после тех событий Лайам и сделал татуировку. Четырехлистный клевер на сердце напоминал ему о маме, а также о том, что нет в мире никого, кто мог бы защитить его.

– Лайам?

– Мама любила клевер. И я сделал эту татуировку в память о ней. Она приносит мне удачу.

Джейн извинилась и ушла в туалет, а Лайам пошел купить пончиков. Она не имела ни малейшего представления о том, что будет дальше, зато сейчас чувствовала себя значительно лучше.

Холл перед туалетами был почти пуст. Генри Баннер вышел из мужского туалета как раз в тот момент, когда она подходила к женскому. Он потер лицо ладонями и посмотрел на нее. Узнав Джейн, он улыбнулся:

– Как дела, Джейн? Играла в очко?

– Нет, похоже, азартные игры не для меня. Я пробовала играть в кости, и мне даже понравилось, но пока что мне удается держаться от казино подальше, чтобы не просаживать честно заработанные денежки.

– Не кричи об этом на каждом углу, а то тебя выгонят из отеля.

– Это вряд ли.

– Почему? Чейз серьезно относится к своим казино. Для него нет ничего важнее.

Джейн в этом сомневалась. Чейз, конечно, трудоголик, но такая уж у него работа. Его отели никогда не закрывались, а теперь его еще донимает поджигатель.

– Мне кажется, семья для него очень много значит, – сказала она.

– Пожалуй. Вот только всюду он лезет со своими правилами.

Джейн понятия не имела, о чем он говорит.

– С тобой все в порядке, Генри?

От него не пахло виски, которое он так любил.

– Нормально. Составишь мне компанию в казино? Может, ты принесешь мне удачу?

Все эти разговоры об удаче в очередной раз напомнили Джейн о призрачных обещаниях Вегаса. Она была слишком практичной, чтобы допускать малейшее влияние случая на свою жизнь. И в то же время рассчитывала на то, что Вегас изменит ее судьбу.

– У меня свидание.

– Жаль. Мне точно не уговорить тебя сменить парня?

– Точно. Однако мой парень любит азартные игры, так что не исключено, что мы пересечемся.

Когда она вышла из туалета, Генри уже не было, зато Лайам ждал ее в дальнем углу холла.

– Смотри, что я достал. Свежие, еще горячие.

Джейн решила, что он помешан на пончиках. Она посмотрела в сторону кафе в поисках Генри. Она немного беспокоилась за него.

– Я не фанат пончиков.

– Просто ты не пробовала таких вкусных, – сказал Лайам. – Кого ты там высматриваешь?

– Генри Баннера. Ты его не видел?

– Нет. А ты его где видела?

– Да здесь, в холле. Он странно себя вел.

– Странно? А как именно?

– Нес какую-то чепуху, хотя и не был пьян.

– Надеюсь, он не подсел в очередной раз.

Джейн и не знала, что Чейз и Лайам настолько близкие друзья. Вряд ли Чейз стал бы откровенничать о семейных проблемах с приятелями.

– Откуда тебе известно о проблемах Генри?

– Мы с Чейзом дружим больше двадцати лет.

– Так вы близкие друзья? – спросила Джейн. Самой давней из ее подруг была Шанна. Джейн не поддерживала отношения с подругами, которые переехали или сменили работу.

– Да, – сказал Лайам, усаживаясь на стул за столиком в ресторанном дворике. Он был таким большим, что казалось, ему неудобно на маленьком стуле.

– Я редко беру с собой кого-то, когда иду на ужин с ним и Уэнди.

– Зачем взял в этот раз? – спросила она, пытаясь понять, к чему он клонит. Джейн села напротив. Шум толпы вокруг был не таким навязчивым, как обычно. Должно быть, от того, что Лайам так внимательно смотрел на нее.

– Я хотел побыть с тобой, но в то же время уже договорился о встрече с ними.