Горячее мороженое
Шрифт:
Злой Волк удивился и спросил:
— Кто ЭТО — «МЫ»?
— Сийм, Хоботок и я, дядюшка Крот! — послышалось из темного угла.
— Я никого не вижу! — озадаченно сказал Злой Волк. — Где вы?
— Мы все трое сидим за столом и уплетаем торт!
— Злой Волк уставился на стол, протер глаза, опять поглядел на стол и жалобно сказал:
— Я никого не вижу. Наверно, я ослеп, ох, я, несчастный Злой Волк, ну как мне теперь разделаться с Сиймом и Хоботком?
— Тебе ничего не остается, как поискать свои глаза, — посоветовал из темного угла дядюшка Крот.
— Уж не знаю, где?
— Где ж еще, как не среди пропавших вещей.
— А я не знаю, где пропавшие вещи.
— Идем, я тебя провожу, — предложил дядюшка Крот.
— Ступай на голос.
Злой Волк нехотя заковылял в темный угол. Сийм уже не различал ничего, кроме двух смутных фигур, ощупью пробиравшихся к лазу, в котором недавно скрылась Мышка.
Первая фигура, судя по голосу, — дядюшка Крот — время от времени повторяла:
— Иди, иди!
Вторая, по-видимому, Злой Волк, уныло бормотала:
— Каких только бед не бывает на свете*, ослепнешь и не заметишь, когда это произошло.
Фигуры добрались до лаза.
Тут первая вежливо сказала:
— Пожалуйста, проходи вперед.
Вторая вежливо возразила:
— О, нет, проходи ты, ведь сегодня день твоего рождения.
— Но ведь ты все-таки гость.
— Потому и прошу, проходи первым. Я здесь не дома.
— Вот дверь.
Значит, у лаза есть дверь, Сийм просто не заметил ее.
— Не пойму, в какую сторону эта дверь открывается, — пробормотала вторая фигура.
— Сейчас отворю, — отозвалась первая и почтительно распахнула дверь. Вторая мгновенно схватила первую за шиворот, втолкнула в лаз, захлопнула дверь, заперла на засов и насмешливо воскликнула.
— Не рой другому яму, сам в нее попадешь. Ты, приятель, разве не слышал такой поговорки?
А затем второй — теперь стало ясно видно, что это Злой Волк, — медленными, тяжелыми шагами стал приближаться к столу. Он то и дело облизывался и приговаривал: — Наконец-то, наконец-то я отведаю горячего мороженного. С детства о нем мечтал, но ни папа, ни мама мне его ни разу не купили. Вечно они находили причину оставить меня без сладкого: то я чавкал за едой, то говорил глупости… Ой, ой, ой, до чего же оно аппетитное!
Злой Волк остановился у стола, вытянул шею, высунул язык и уже собрался лизнуть мороженое, как его вспугнули звонкие голоса.
Сийм и Хоботок, тихо и робко следившие из-за торта за происходящим, презрев страх и опасность, наперегонки бросились к столу.
— Не смей! Не смей! Это для Сийма! — кричал Хоботок.
— Moe!Moe! — кричал Сийм.
Злой Волк испугался воплей, хотел было схватить стаканчик с мороженым в пасть и удрать, но со страху… проглотил его целиком! Проглотил стаканчик целиком, схватился обеими лапами за живот, вытаращил глаза и начал дрожать, сначала немножко, потом все сильнее и сильнее, пока, наконец, ноги у него не подкосились и он не шлепнулся на пол. При этом он беспрерывно охал и, с трудом преодолевая дрожь, невнятно бормотал: — О-о-о-о-о-ох-ох-ох! Уж-жасно! Хо-хо-холодно… Хо-о-лодно! Уу-уу-уу!
Волк выглядел очень жалким. У Сийма пропал всякий страх, а Хоботок даже спросил сочувственно:
Злой Волк, тебе очень холодно?
Но спрашивать об этом не следовало. Злой Волк решил что над ним смеются, что вся эта история с мороженым не что иное, как коварно подстроенная злая шутка. Он вскочил рванулся, насколько позволяли ослабевшие ноги, к мнимым насмешникам и, когда те бросились наутек, пустился за ними вдогонку.
Сийм и Хоботок в страхе метались по комнате и искали ход, который привел их сюда. Но нигде не было ни одной двери. А Злой Волк уже настигал их.
«Мы пропали!» — подумал Сийм и в тот же миг увидел перед собой круглый лаз. Теперь там не было никакой двери. Схватив Хоботка, Сийм юркнул в лаз… и почувствовал, что падает в пропасть.
Глава пятая
Среди пропавших вещей
Сийм упал на что-то мягкое и гладкое. Вокруг царила кромешная тьма. Совсем близко послышался голос Хоботка: — Сийм, где я?
На мгновение Сийму показалось, что он сидит в гостиной на диване. Он пошарил вокруг в надежде нащупать диванную спинку. Спинки не было. На четвереньках он пополз туда, откуда доносился голос Хоботка. Хоботка не было.
— Не знаю, где ты, — признался Сийм.
— А ты где?
— Тоже не знаю.
— А где мы с тобой, — допытывался Хоботок, — ты тоже не знаешь?
— Конечно, не знаю, — рассердился Сийм. — Неужели ты сам этого не понимаешь?
— Я маленький, — виновато отозвался Хоботок. — Я даже не понимаю, на чем сижу.
— На чем же ты сидишь? — ворчливо спросил Сийм. Он сердился, что до сих пор не нашел Хоботка, хотя все время полз на его голос.
Хоботок объяснил:
— Я сижу на чем-то твердом и прямоугольном и тут сбоку кнопка.
— Нажми на кнопку, — посоветовал Сийм.
Раздался слабый щелчок, и тьму прорезал желтый луч.
Сийм увидел, что Хоботок сидит совсем рядом на электрическом фонарике. Он вытащил из-под приятеля фонарик и посветил вокруг. Луч света выхватил из темноты разные вещи: игрушки, лоскутки материи, инструменты, но нигде не было ни стен, ни изгороди, ни забора, так что Сийм никак не мог понять, где, собственно, они находятся — в доме или в поле.
И лаза, откуда они сюда попали, тоже нигде не было.
Но что за надпись там виднеется?
— Про-пав-шие ве-щи, — с трудом разобрал Сийм.
— Мы очутились среди пропавших вещей, — заявил Хоботок.
Ему это вовсе не понравилось. Он сердился и пыхтел.
— Не хочу болтаться среди пропавших вещей! Пойдем отсюда!
— Думаешь, я хочу? — ответил Сийм. — Но мы же не знаем, как отсюда выбраться. Надо найти выход. — Он пополз на четвереньках вперед. — Нытьем делу не поможешь, давай лучше вместе поищем.
Немного погодя Хоботок объявил: