Чтение онлайн

– Только целитель, а другой маг не мог бы?…

– Я вижу, ты кое-что знаешь, – снова улыбнулся Фоллениан. – Дело в том, что именно мы, вижу небезуспешно, внедряли в сознание людей, что только целитель может обладать мощной магией. Я ответил на вопрос? Ну что ж. Теперь у меня вопрос. Не просила ли Лантисса найти нас и кое-что сделать?

– Да. Она просила найти и попытаться связать ее с вами, только я не представляю, как это сделать.

– Все очень просто – мы тебе поможем.

– Мы?

– Да. Я не один. Почти половина группы, когда стала ясна неизбежность нашей гибели, решила уйти вот таким вот образом. К сожалению, мы все к моменту завершения работы были в таком состоянии, что уже физически не могли реализовать связь с нашими дополнениями. Мы пригласили со стороны и готовили на роль связующего звена двенадцать магов уровня полного целителя. Но и с ними связь была утеряна. Боюсь, что никого в живых уже не осталось. А если кто-то и остался, найти нас без подробной карты практически невозможно. Ты готов помочь нам и всему человечеству?

– Как-то пафосно звучит. В последнее время я очень опасаюсь подобного. Слишком часто за высокими словами стоит какая-нибудь пакость. И чем возвышеннее слова, тем больше гадость.

– Успокойтесь, юноша. Неужели Вы можете подумать, что мы долгие годы создавали этот инструмент только для того, чтобы принести людям зло? К тому же наши тела давно мертвы, и деньги, власть, вино, женщины (или мужчины) – для нас не более, чем абстракции.

– Ну, хорошо. Я готов. Что надо сделать?

Я не стал долго раздумывать. Учитель помочь мне не мог – все, что знал, он мне уже рассказал. Кроме того, это было и его желание – довести дело до конца, а я слишком многим был ему обязан. По-сути, без него мой прах уже покоился бы под грудой камней в пещере. Я еще ладно, но и Свенту постигла бы та же участь.

– Ничего особенного. Надо лечь головой к друзе. В ней есть специальная выемка для головы – тебе будет удобно. В этом положении ты должен протянуть нить связи к Лантиссе. Вот и все. Остальное мы сделаем сами.

Я лег, как мне сказали, сосредоточился и протянул нить к Лантиссе. Она ответила моментально, будто ежесекундно ждала контакта.

В помещении, здесь в лаборатории, появился ее фантом и со счастливой улыбкой бросился в объятия Фоллениана. Тот, не менее радостный, распахнул их во всю ширь и страстно обнял девушку. Интересно, подумалось мне, тел нет, а эмоции они вроде как чувствуют. Что за процессы происходят в кристалле?

Додумать мысль мне не удалось. Фантомы словно растворились друг в друге, а тела перемешались, создавая самые невероятные, порой кошмарные фигуры. Это продолжалось несколько минут. Наконец, общее тело этой химеры преобразовалось в столб мерцающих золотом и серебром искорок, которые в свою очередь снова предстали в образе Фоллениана. Он выглядел несколько смущенным. Откашлявшись с таким видом, словно должен донести до меня неприятную весть, он хрипловато сказал:

– Лантисса не смогла… я должен взять на себя неприятную миссию – сообщить…

– О чем? – насторожился я. Так и знал, что без подвоха не обойдется.

– Дело в том, что в процессе связывания артефактов через твой мозг необходимо пропустить такие объемы информации, что по всем расчетам он не выдержит нагрузки и в конце передачи… кхм… мда… попросту сгорит. Теоретически выдержать мог бы мозг полного целителя не моложе семидесяти и не старше девяносто лет, но где ж нам взять такого?

Я попробовал трепыхнуться, но тело совершенно не слушалось.

– Бесполезно, – понял мои усилия Фоллениан. – Тебя держит сильное магическое поле, которое будет поддерживать и питать твое тело на все время передачи. Двигательные и речевые центры заблокированы. Прости нас, Филлиниан. Прости. Мы не можем поступить иначе. Все что мы делаем – все во благо человечества. Ты – необходимая жертва. Прости и… кхм… прощай.

В следующий момент на мое сознание обрушились горы. Давление было настолько ужасно, что на миг я почувствовал себя лягушкой, на которую обрушилась целая скала. Не уверен, что сознание даже опытного целителя способно было бы выдержать такое. Мое не выдержало очень скоро.

"Мне…(долгая пауза) необходимо… (о-о-очень долгая пауза) тело-носитель" – мысль скоростью своей примерно соответствовала движению галактики во вселенной: с точки зрения галактики стремительно, с моей – крайне медленно. Ядро моей личности, закапсулированное в прочную броню сложного узора, шустро прыгало от звезды к звезде. Периодически останавливалось на неопределенный срок, накачиваясь энергией, просеивало местную ноосферу и, не находя искомого, прыгало к следующей, прокалывая пространство и время. Это продолжалось очень долго. А может и очень быстро. Не было у меня точки отсчета времени. Да и не просто так оно, ядро это, запрыгало перепуганным зайцем по галактике. Всему "виной" подарок Лантиссы, но если бы не он…

В момент атаки на мой мозг и осознания приближающейся гибели – если не тела, то разума – узор Лантиссы развернулся, соединился со структурой знаний, оставшейся еще пока в моем распоряжении, и принес понимание, каким образом производится свертка ядра личности и передача его на другой носитель. Носителем может служить живое тело, полностью очищенное от собственной личности, фактически "чистый лист", или артефакт способный вместить в себя сознание целителя. Артефакты мне недоступны, поскольку заняты издевательством надо мной, а личности – "чистые листы" тоже толпами поблизости не бродят. Поблизости – это в пределах нашего мира.

Оказывается это тоже предусмотрено – личность, защищенная от распада узором Лантиссы, способна бесконечно долго существовать и даже перемещаться в магическом пространстве вне физической оболочки. Правда, в этот период на мыслительную деятельность выделяются совсем крохи ресурсов, поскольку все они используются узором для поиска и отбора по неведомым мне критериям тела-носителя. Ну и есть вполне реальная опасность навечно "уснуть" просто из-за отсутствия новой информации. Так сказать, заскучать насмерть.

Доли секунды – все время, которым я мог располагать до того, как перестану распоряжаться самим собой – утекали в бесконечность, а отделить собственную магическую структуру от тела никак не удавалось. Не дураки были создатели артефактов – на кой им тело без магической структуры полного целителя. А мне куда против них? Однако я решил не сдаваться: полностью погрузился в магическое пространство, максимально замедлил время – все как учил Финь Ю. – и в этом положении изо всех своих душевных сил потянул самого себя "за волосы" в отчаянном желании, если не полностью отделиться, то хотя бы частично. Однако произошло иное. Линии магических структур раздвоились, выделив из себя тоненькую паутинку в точности копирующую свое строение. Первая, основная, осталась на месте, а вторая под управлением узора Лантиссы стала стремительно сворачиваться и покрываться сложным защитным узором – оболочкой. Миг и я осознаю себя именно этой закапсулированной паутинкой, а не тем большим Я, оставшимся в пещере. Потом пришел… нет, не мрак, а какой-то вязкий сумрак, словно ватой обернувший меня в мягкий и ласковый кокон. Объекты в окружающем пространстве стали напоминать серые тени, мысли потекли вяло и тягуче, словно густой сироп, и, главное, полностью утратилась ориентация во времени. То ли я все еще пытаюсь вырваться из плена артефактов, то ли уже умираю, завершив обработку гигантского массива сведений, то ли мне удалось-таки вырваться и я усиленно ищу подходящее тело, то ли… вся жизнь моя – краткий сон, скорее дрема перед пробуждением. Тогда кто – я? Зачем – я?