Чтение онлайн

— Почему снова я? — с возмущением и обреченностью воскликнул, судя по голосу, один из лучников.

— Во-первых, стажёр, сказали — делай, а во-вторых. Если что-то не понял, спроси у той воронки в земле.

— Мазила. — прозвучало с ехидцей со стороны.

— За работу. Нужно ещё Витору доложить, что проблема решена.

Бойцы разбрелись по поляне, занимаясь каждый своим делом. Я же к этому моменту отошла от шока и, вспомнив о своих новых способностях, переключилась на эмоциональные поля. Дало это не слишком много… Все силуэты на этом слое реальности переливались спокойными сине-зелеными градиентами.

Назначенные командиром спайки работали слаженно и эффективно. Некромант окутывал скелеты зелёным светом, маг закапывал. Вторая двойка планомерно разделывала тушу монстра, пока девушка-лучница фасовала все по мешочкам, зачаровывая их золотистым сиянием. Вставший по центру поляны маг стягивал к себе белесый купол, который до этого я даже не замечала. Пожалуй, только стажер просто бродил вокруг, что-то отмеряя, спрашивая и делая пометки в блокноте. Он был единственным, у кого проскальзывали редкие всполохи раздражения.

Командир же, к моей радости и сожалению облокотившись именно на ствол моего дерева, достал и активировал непонятный артефакт. Небольшой шар вспыхнул белым светом, проявляя изображение, но сквозь ветви было трудно разобрать что либо. Однако слушать они не мешали.

— Здравствуй, Витор. Окрестности деревни зачистили. Снимаем заслон.

— Ничего странного не заметили? — раздался голос из шара.

— Если не считать, что кто-то поднял местное кладбище, проклял деревню и создал новый вид нечисти, очень напоминающий хорошо известных тебе грухов… То нет, ничего странного.

— Значит всё-таки не случайный всплеск.

— Однозначно. И опережая твой следующий вопрос. Да, это очень похоже на события пятимесячной давности. Почерк тот же.

— Место проведения ритуала конечно никак не отследить?

— Никаких шансов. Фон магии смерти зашкаливает. Не раньше чем через месяц.

— Заканчивайте там, но пока повремените с возвращением в столицу. Если это то, о чем я думаю, логово отступников должно быть рядом. Проверьте крупные города, побережье, замки аристократов в том числе, но не вызывая подозрений. Действуем без согласования, конфиденциально, считай по личному распоряжению наследника. Докладывать лично мне, связь через шар, никаких писем.

— Будет сделано. — ответил вояка и, что-то нажав отключил артефакт.

Ещё около часа маги бродили по поляне, а я сидела на дереве. Пион разместился в разветвлении ветвей поверх полуразвалившегося заброшенного гнезда, саламандра сладко посапывала, скрутившись клубочком в котелке, который удачно разместился на сломанном суку. Мне оставалось только наблюдать за тем, как маги наконец-то собирают свои вещи и открывают арку портала.

Я настолько физически и морально вымоталась за этот день, что рассматривала это новое проявление магии чуть ли не безразлично, просто желая завалиться на что-то мягкое и наконец-то поспать. Рождённый ползать, пусть даже ходить, летать не может. Я точно не птица, чтобы спать на жердочке, поэтому стоило поляне опустеть, почти сразу же сползла вниз.

«Не хочу здесь оставаться ни одной лишней минуты!» — единственное, о чем я могла думать. К счастью, мой первый переход в полусонном состоянии закончился в разы лучше предыдущего прыжка. Сил хватило как раз до следующей деревушки. На этот раз живой!

В лес же меня после ночных приключений совсем не тянет. Хватило… А потому просто зарылась в стог сена, который удачно оказался рядом с точкой выхода, обняла Пиона, подтянула котелок с Добби поближе и все.

Да, все! Обо всем подумаю завтра…

Единственное, что нужно для триумфа зла

— это, чтобы хорошие люди ничего не делали.

Эдмунд Берк

Как и следовало ожидать, проснулась я с мыслью о том, что хватит с меня приключений. Это на Земле самый страшный зверь — человек, а здесь, как оказалось, есть создания понеприятней. Кто бы ни приложил руку к появлению вчерашнего монстра, встречаться ни с ним, ни с жертвами его экспериментов снова совершенно не хотелось.

Я пошевелилась, разминая затекшее тело. Отсутствие нормального отдыха дало о себе знать накопившейся за две недели усталостью. Каждая мышца болела, и сегодня сил терпеть все эти недостатки походной жизни уже не было. Все же я не железная…

Несмотря на все мои старания, я казалась себе ужасно грязной и вымотанной. Хотя почему казалась? Так оно на самом деле и было, поэтому, сегодня я решила не думать, не бояться, а просто жить. Жить, а не выживать! Редкая роскошь во всех мирах.

Время близилось к полудню… Начало сентября, а солнце все ещё жгучее. Даже не верится, что пришла осенняя пора. Какое-то время просто смотрела в ясную голубую высь, в которой маленькие черные силуэты птиц устроили свои танцы. Вот где свобода, никаких границ. Но спустя секунду вспоминаю о ночном сидение на ветках и решаю, что каждому свое. Человек должен быть человеком, даже если он немного эльф, гном, оборотень или кто ещё тут бывает.

Впрочем, искать людей не пришлось. Это я после "дивной" ночи спала так, что проснулась бы только от того самого вчерашнего воя над ухом. Мне была просто необходима перезагрузка. У местных же жителей свои дела-заботы и вставали они вместе с солнцем, а не к обеду. Поэтому глупо удивляться тому, что меня заметили. Странно, что этого не произошло раньше.

Это были обычные девочки от пяти до семнадцати лет, в простых светлых сарафанах и с огромными корзинами полными ягод и цветов. Похоже они возвращались из леса, когда наткнулись на меня. В здешних местах самая пора для сбора даров леса, и подобные группки я постоянно видела на окраинах деревень, но впервые встретилась с одной из них лицом к лицу. А я тот еще подарочек…

Для девушек подобная ситуация видимо тоже было в новинку. И тем ни менее на меня они смотрели скорее с любопытством, чем со страхом (даже старшие) и это обнадеживало. Не станут же обычные люди бросаться на меня с вилами и факелами, да? Здесь инквизиции нет, ведьм не сжигают, да и я, если уж на то пошло, недоведьма.

— А ты кто? — первой нарушает тишину малышка с забавными косами, которые торчали в разные стороны. Примерно такие прически мне мастерила Лисенок (и на лице невольно промелькнула грустная улыбка).