Чтение онлайн

Тит был словно загнанный зверёк, которого приходилось выманивать из норы. Я ничего не требовала и не предлагала, Пион получил свою порцию каши, оставшейся с завтрака, Добби и вовсе не нужно никаких сигналов, чтобы начать обед. А я делала вид, что усердно жую, хотя прислушивалась к каждому шороху, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не косить взглядом в угол.

Из окна долетали приглушенные звуки улицы, эдакий еле различимый белый шум, поэтому забурчавший живот моего "братишки" выдал его мгновенно.

— Могли бы и поделиться — буркнул он не то смущенно, не то обиженно.

— Готова меняться — протянула ему пирожок. Такие как он вряд ли верят в бескорыстную помощь.

— У меня ничего нет.

— Ошибаешься. Ты так и не рассказал мне про подопытных и почему ты так меня испугался. Да и о себе вообще, но это если сам хочешь, конечно.

Видя, как он уплетает пирог, достала из подпространства ещё одну миску каши и поставила перед присевшим рядом мальчишкой.

— Ешь-ешь… И зачем ты вообще к той торговке полез? Все равно ведь не наелся бы этой несчастной булкой с таким-то аппетитом.

— А ты видела, какой здоровяк колбасами торгует? Он бы из меня самого фарш сделал, а тут шанс — он замялся, сконфуженно добавив — был.

Больше я его не отвлекала, терпеливо ожидая пока он утолит первый голод и будет готов говорить.

— А как ты это делаешь? — кивнул Тит на опустевшую тарелку в своих руках.

— Секрет. Но именно из-за него мне и приходится скрываться.

— Понятно. Они таких не отпускают, меня тоже не отпустили бы.

— Кто "они"?

— Гибель короны — сердито прошипел мальчишка.

И вот это уже было неожиданно.

— Что ты о них знаешь?

— Я деревенский, мало что о них слышал раньше. А полгода назад у нас в деревне начался мор. Мама заболела почти сразу, а папа — оборотень, у него иммунитет и у меня, как выяснилось, тоже. Поэтому я все видел… Видел, как люди сходили с ума, как мама становилась бледной тенью себя. Мы не знали, что это и пытались помочь, поэтому поздно спохватились. Через несколько дней они перестали быть людьми, почти прозрачная кожа покрылась жуткими язвами и наростами, на руках появились длинные когти. Они стали кидаться на нас. Мама… — он запнулся — ее не стало. Папа меня защищал, но слишком поздно мы решили уходить. Он… Он тоже там… Тоже не стало. Я один успел добежать до заслона и магов.

— Мне жаль. — тихо проговорила, хотя вряд ли ему нужно было сочувствие совершенно чужого человека.

— После, когда отправили в приют, я впервые услышал про «Гибель короны». Узнал о заговорщиках, для которых мы просто были платформой для переворота. Когда их арестовали, я думал, все закончилось, но примерно месяц назад приютские начали пропадать.

— В смысле пропадать? — спросила я, мысленно отгоняя мысль, что появилась в этом мире как раз чуть меньше месяца назад.

— Нам говорили, что их отдают в семьи и в ученичество, я даже верил. А потом забрали моего друга, он тоже полукровка. Я пытался узнать куда. Не сказали.

— А документы? Должны же быть какие-то записи?

— Я их украл, когда понял, что мне никто ничего не расскажет.

— А паренёк не так безнадежен — неожиданно прозвучало со стороны Добби, которая, оказалось, внимательно слушала наш разговор.

— Толку то… — пожал плечами Тит — Там было записано, что он в Шалтаре, в обувной мастерской, но я проверил адрес. О нем там и не слышали.

— А ты не мог ошибиться?

— Десять раз? Я тоже сомневался, искал других. Никого. А потом я наткнулся и на свое «дело», там стояла пометка, что я пошел в обучение в кузнечную мастерскую. Но по указанному адресу и вовсе был лишь заброшенный десять лет назад барак.

— И ты сбежал?

— Да сбежал. Струсил.

— Почему же струсил?

— Так один сбежал. Мне не поверили. В такое никто не захотел бы верить. Но я следил. Их вывезли ночью, без сознания, куда-то за город, а через час к приюту вернулась уже пустая телега.

— Значит, есть шанс, что их не увезли далеко.

— В том и дело! Они где-то здесь, и я думаю в замке! Там должны быть подземные туннели, идущие за крепостную стену.

— Но зачем?

— Не знаю. Но ходят слухи, что перед переворотом тоже пропадали одаренные. А ещё говорят, что владелец замка Ар Торис сотрудничал с заговорщиками. Официальных объявлений не было, но когда по всему Эрторану начались аресты, он неожиданно женился на дочери местного судьи.

— Обратиться к страже не вариант?

— Дочь судьи. Она кстати та ещё гадина. Представляешь, даже домовых духов из замка выгнала.

— Представляю.

Выгнала. Выгнала из замка. Я зацепилась за эту мысль, как за что-то знакомое. И подскочив с места, стала ходить по небольшому проходу среди хлама. Так и хотелось вскрикнуть: " Надо что-то делать, ну надо ведь что-то делать". Вот ведь повезло, встретила на свою голову. А если все и вправду так… Выходит я виновата, я открыла дверь для Ар Анурха в этот мир. Тит, Тит, Тит…Тики-Тит.

Точно, Тики! Она рассказывала, что ее выгнали из замка, когда хозяин внезапно женился. Может это быть простым совпадением? Вполне. Кто знает, какие здесь порядки. Но в любом случае надо проверить. Да и прежде не мешало бы поговорить с Илуром, все же проблемы нужно делить на части, а не хвататься за все разом. И освобождение души музыканта было первое в моем бесконечном списке задач.

— Мне нужно за грань! — сказала, резко остановившись посреди комнаты.

— Эй, ты чего? — Тит как-то странно покосился на меня — Не все же так безнадежно…

Сначала не поняла о чем он, но быстро осознала двусмысленность фразы и исправилась.

— Не в том смысле. Я не собираюсь умирать. Просто, кажется, знаю, кто поможет нам найти детей!

— То есть ты мне веришь? И поможешь?

— Да. И, если повезет, даже больше, чем ты думаешь.

Возможно все, на невозможное просто требуется больше времени.

Дэн Браун

Грань привычно встречала меня рыжими всполохами огнецветов и теряющимися в кронах мелодиями. Если это отражение моего внутреннего мира, то он мне нравится. Это ведь хороший знак?