Чтение онлайн

— Но нам нужен новый законопроект о гражданских правах.

— Золотые слова, брат. — Джордж повернулся к Марии: — Не буду отвлекать тебя от дел. Рад, что ты чувствуешь себя лучше.

Ли обратился к Джорджу:

— Я составлю тебе компанию, если ты идешь в министерство юстиции. Не будешь возражать? — Джордж избегал общения с журналистами, но он почувствовал расположенность к Ли, который пытался установить товарищеские отношения в белом Вашингтоне, как и Джордж, поэтому он сказал:

— Нет, не буду.

— Спасибо, что заглянул ко мне, — обратилась к Ли Мария, прощаясь с молодыми людьми. — Позвони мне, если нужно будет что-то уточнить по релизу.

— Обязательно, — ответил он.

Джордж и Ли вышли из Белого дома и направились в сторону министерства юстиции по Пенсильвания-авеню.

— Что там, в пресс-релизе? — поинтересовался Джордж. — Хотя суда повернули назад, Советы продолжают ускоренными темпами строить пусковые площадки для ракет на Кубе.

Джордж подумал об аэрофотоснимках, которые он только что видел. Ему захотелось сообщить сенсационную новость молодому темнокожему репортеру. Но это было бы разглашением секретной информации, и он не поддался искушению.

— Наверное, так и есть, — уклончиво сказал он.

— Похоже, что администрация никак не реагирует, — добавил Ли.

— Что ты имеешь в виду?

— Ясно, что карантин не эффективен и президент ничего другого не делает.

Эти слова задели Джорджа. Он входил в администрацию, хотя большую должность не занимал, и почувствовал себя незаслуженно обвиненным.

— В своем телеобращении в понедельник президент подчеркнул, что карантин — это только начало.

— Значит, должны последовать дальнейшие действия?

— Очевидно, он это и имел в виду.

— Но что он будет делать?

Джордж улыбнулся, поняв, что из него выкачивают информацию.

— Поживем — увидим, — проговорил он.

Когда он вернулся в министерство, Бобби был в ярости. Не в его характере было кричать, ругаться и бросать все, что попадет под руку. Его ярость была холодной и злобной. Люди говорили, что его голубые глаза вселяли ужас.

— Кто довел его до такого состояния?! — спросил Джордж у Денниса Уилсона.

— Тим Теддер. Он послал на Кубу три группы вторжения, по шесть человек в каждой. Еще несколько ждут своей очереди.

— Что? Зачем? Кто дал ЦРУ такое указание?

— Это часть операции «Мангуст», хотя, вероятно, никто не предупредил их этого не делать.

— Но из-за них могла бы начаться третья мировая война.

— Вот почему он мечет громы и молнии. Кроме того, они послали двух человек взорвать медный рудник, и, к сожалению, связь с ними потеряна.

— Значит, те двое, вероятно, сейчас за решеткой и дают показания о базе ЦРУ в Майами советским контрразведчикам.

— Сейчас совершенно некстати предпринимать такие шаги по целому ряду причин, — сказал Джордж. — Куба готовится к войне. В армии Кастро на высоте поддерживается боевой дух, и она начеку.

— Совершенно верно. Через несколько минут в Пентагоне начнется совещание об операции «Мангуст». Бобби должен на нем присутствовать, и, как я думаю, он устроит Теддеру веселую жизнь.

Бобби не брал Джорджа в Пентагон, и его не приглашал на совещания по «Мангусту», чему он был весьма рад. То, что произошло на его глазах в Ла-Исабеле, убедило его в преступной сущности операции, и он не хотел иметь никакого отношения к ней.

Он сел за стол, но не мог сосредоточиться. Гражданские права отошли на задний план. На этой неделе никто не думал о равенстве для негров.

Джордж чувствовал, что кризис выходит из-под контроля президента. Вопреки здравому смыслу, президент приказал осуществить досмотр «Маруклы». Обошлось без неприятностей, но что будет в следующий раз? Сейчас на Кубе находилось оперативно-тактическое ядерное оружие. Америка может попытаться совершить вторжение, но цена будет высока. И с риском для всех ЦРУ устраивало свои игры.

Все отчаянно пытались разрядить напряженность, но на деле происходило обратное: кошмарная эскалация кризиса, которого никто не хотел.

Во второй половине дня Бобби вернулся из Пентагона с телеграфным сообщением в руках.

— Что это значит? — обратился он к помощникам и начал читать: «Ожидается, что в ответ на ускоренное строительство ракетных пусковых установок на Кубе президент Кеннеди в ближайшее время предпримет новые действия». В Он поднял вверх указательный палец. — «Об этом сообщили источники, близкие к министру юстиции», — Бобби обвел глазами сидящих в комнате. — Кто наболтал?

— Черт возьми! — воскликнул Джордж.

Все посмотрели на него.

— У тебя есть, что сказать мне, Джордж? — спросил Бобби.

Джордж был готов провалиться сквозь землю.

— Извините, — произнес он. — Я всего лишь процитировал слова президента о том, что карантин — это только начало.

— Нельзя такие вещи говорить репортерам! Ты подсказал ему новый тематический сюжет.

— Черт возьми! Я только сейчас понял это.

— И ты спровоцировал обострение кризиса, в то время как мы пытаемся выйти из него. Теперь будут строить догадки, какие действия имеет в виду президент. Если никакие шаги не последуют, начнут говорить, что он в нерешительности.

— Да, сэр.

— Почему ты вообще разговаривал с ним?

— Мне его представили в Белом доме, и мы вместе шли по Пенсильвания-авеню.

Деннис Уилсон спросил у Бобби:

— Это сообщение агентства Рейтер?

— Да, а что?

— Вероятно, его написал Ли Монтгомери.

Джордж простонал про себя. Он догадывался, куда клонит Уилсон. Он намеренно нагнетал обстановку.

— Что заставляет тебя утверждать это, Деннис? — спросил Бобби.

Уилсон медлил, поэтому на вопрос ответил Джордж: