Граница
Шрифт:
— Не много ли?
— Это последнее слово.
— Подавитесь ими, душегубы!
Вербовщики от души расхохотались. Сама виновата, в другой раз буду умнее.
— Ор, — обратилась я к стражу. — Грамоту знаешь?
Он растерянно кивнул, боясь испортить мою игру неуместным вопросом.
— Карту читаешь?
Страж снова кивнул.
Я развернула перед ним на столе карту нашего королевства. Большую, подробную карту, она заняла весь стол.
— Вот, возьми перо и очерти те деревни, которые мы обошли. Черти прямо на карте, не бойся!
Страж склонился над картой, а я еле слышно прошептала ему на ухо:
— В первую очередь твои деревни и, если хочешь, всех твоих родственников. Везде, в чьих лесах мы были. К вопросу о гостеприимстве.
Страж кивнул. Пока он этим занимался, я отошла к стойке, на которую небрежно облокотилась. Так просто?
Дверь закрыла тень, и в палатку вбежали трое: два «охотника» и один крестьянин. Точнее, он не вбежал, его втащили. Интересно, где его поймали и почему именно его? Это другой человек. Медленно они работают, ой, медленно!
— Парни, смотрите, еще один жаждущий, — «пошутил» один из «охотников» и осекся, заметив меня.
— Кончайте работу, — тихо сказал у меня за спиной бармен. Значит, все-таки главарь. — Конкуренция.
«Охотники» остолбенели, а новая жертва бочком выскочила за дверь, как и предыдущая. Соображают.
— Вот, Госп… миледи, — выпрямляясь, произнес страж. — Обвел.
— Вы издеваетесь? — взвыли вербовщики. Страж обозначил как неприкосновенный почти весь лес, не оставив им ни одной деревеньки в этой части королевства. — Вы ж нас без ножа режете!
— А вы чего хотели за пятнадцать золотых? — хмыкнула я.
Тем временем мое внимание привлек бармен, который задумчиво чертил пальцем на стойке некий узор: корона, крест-накрест перечеркнул. Корона — перечеркнул. И корона необычная… Такую с налета не начертишь…
Ой, плохо как!
Я посмотрела бармену в глаза и повторила его движения: перечеркнутая корона. Бармен кивнул.
— Ладно, оставим, как есть, — обратился он к остальным. — В другой раз не будем развешивать уши.
— Вы убираетесь… уходите отсюда сейчас и больше здесь не работаете, — поспешила я закрепить успех. — Ни вы, ни ваши коллеги.
— Да, миледи, — спокойно кивнул бармен.
Я выложила на стол золотые и расписалась на карте. Теперь осталось скрепить и заколдовать, исключая подделку и подлог.
Всего делов. Для нормального этнографа.
— Сейчас меня будет швырять, — прошептала я стражу. — Поможешь это скрыть?
Страж сначала удивленно вытаращился на меня, потом согласно кивнул. Со мной сегодня все соглашаются, к чему бы это? Я прошептала над картой и объяснительной канцелярские заклинания: во-первых, чтобы скрепить, во-вторых, чтобы не потерялись, в третьих, чтобы оставались неизменными, в четвертых, чтобы нельзя было подделать.
Теперь вся проблема в наколдованной Заклятыми защите от городской магии. Может, она и дает иммунитет от вражеских происков, но попадает от нее в первую очередь мне.
Закончив шептать, я едва успела неловко шагнуть, неуклюже зацепившись ногой за ножку стула, как на меня подействовала оборотная сторона иммунитета. Кажется, мне все-таки удалось сделать вид: я просто споткнулась. Или не очень?
Иммунитет отбросил меня в сторону, и я, не в силах удержаться, летела к ближайшей стене. Если я в нее влечу, то сорву всю палатку.
Страж едва успел перехватить меня возле стены. Какую-то секунду он и иммунитет боролись, кто кого, но потом страж пересилил и аккуратно поставил меня на ноги.
— Не слабо я споткнулась, — прокомментировала происходящее я.
Вербовщики удивленно переглянулись, но промолчали. Наверно, никогда не видели Заклятых, использующих городскую магию.
С чувством выполненного долга мы со стражем наблюдали, как незадачливые вербовщики снимают палатку, грузят свои вещи на повозку, ловят и запрягают лошадей и уезжают по лесной дороге.
— Пропусти их кратчайшим путем, — тихо сказала я стражу. — Пусть уматывают отсюда целыми и невредимыми.
— Как прикажешь, Госпожа, — согласился страж. — Я хочу тебе сказать…
— Да?
— Извини, что я… я не поверил тебе.
— Да ладно, — рассмеялась я. — Лучше ответь, как ты догадался переодеться?
— Я… — Страж замялся. — Я не предполагал, что тебе это понадобится. Я хотел вас догнать и напроситься попутчиком.
— Это еще зачем?
— А ты хотела, чтобы я оставил тебя на попечение бандитов, которых боится вся деревня?
— Это не бандиты, — рассмеялась я. — Это вербовщики, они искали добровольцев для тяжелых работ.
— Все одно, — не сдавался страж.
— Но я и не собиралась с ними уезжать, — продолжила я. — Забавно, вы все так решили.
— Да, Госпожа, извини. И еще — спасибо!
— Глупости, — пожала я плечами. — Это моя работа. Культура и правда уникальная.
Страж кивнул — значит, подслушивал. Мило.
— Госпожа, ты только объясни, за что ты еще пять золотых отдала? Какой устав?
— Отдала, потому что дура, — вздохнула я. — Не сообразила. Устав запрещает этнографам носить оружие и нанимать охранников.
— Почему? — поразился страж.
— Ну… было дело… когда-то…
— Какое? — насторожился страж.
— А, ерунда всякая!
— Расскажи.
Я поморщилась. Все не так просто, и ни десять, ни двадцать золотых не прогнали бы этих вербовщиков из деревни. Нехорошая история, ой, нехорошая.