Чтение онлайн

Его рука, поддерживавшая Лору, напряглась.

– Я уже все объяснил. Я говорил, что чувствую влечение к вам и пытаюсь разобраться в этом.

– Вам вообще не стоило говорить ничего подобного. – Лора думала по ночам об этом и подолгу не могла уснуть. – Я чувствую себя неловко. Мне кажется, что вы добивались именно этого.

– Вы хотите, чтобы я заигрывал с вами? – спросил граф. Не дождавшись ответа, он добавил: – Вы хотите, чтобы я добивался физической близости с вами?

– Нет! – Лора вырвала свою руку. Эйвери поймал ее, и она невольно оказалась лицом к лицу с ним.

Граф смотрел серьезно, словно внимательно изучал ее. Он желал ее, Лора видела это по его лицу, по раскрывшимся губам и напряженному взгляду.

– Я не заигрываю. – Это была ложь. Вся ее жизнь вдали от этого дома была сплошной игрой, флиртом, пустым фарсом.

Воцарилось напряженное молчание. Здание конюшни осталось позади них, они только что вошли в аллею, обсаженную кустами. Аллея тянулась вдоль восточной стороны дома, здесь чувствовался густой аромат лавровых листьев, самшита, вечнозеленых растений. Высоко на ясене пела малиновка, под ногами Эйвери хрустел гравий. У Лоры бешено билось сердце.

– Нет, вы не сделали ничего такого, что можно было бы принять за флирт. Интересно, понимал я тогда, что говорил? Наверное, я принял желаемое за действительное, – объяснил Эйвери.

По его едва заметной улыбке Лора поняла, что он заметил, как она покраснела.

– Вы сказали, что не доверяете мужчинам. Кэролайн, вы мне хоть немного доверяете?

– Да, – кивнула Лора и насторожилась, сама не веря тому, что сказала. Или что чувствовала. Он собирался поцеловать ее. Как же она поступит в таком случае?

– Почему? – Эйвери подошел так близко, что носки их обуви соприкоснулись. Лора почувствовала тепло его дыхания. Самец малиновки над их головами старался перещеголять всех птиц, оказавшихся поблизости. Еще один высокомерный самец.

– Потому что Алиса любит вас, – просто ответила Лора и наблюдала за его губами, только за его губами. Он расплылся в кривой улыбке, на его правой щеке появилась чуть заметная ямочка. И хотя Лора почти была готова к этому, поцелуй стал для нее полной неожиданностью.

Эйвери наклонил голову и коснулся своими губами ее губ. От этого возбуждающего и щекочущего прикосновения у нее волосы на затылке встали дыбом. Эйвери не пытался обнять ее или продлить поцелуй, а просто взял ее под руку и зашагал дальше.

– Вы умная женщина, раз решили отбросить свои опасения и поверить чутью невинного ребенка.

– Я не говорила, что боюсь вас. – Губы Лоры дрогнули, и она, пытаясь скрыть волнение, поджала их. Лора ожидала страстного поцелуя. Тогда она ответила бы с такой же страстью, а затем, как всегда в таких случаях, дала бы ясно понять, что продолжения не будет. Она нашла бы выход и в том случае, если бы мужчина грубой силой попытался добиться большего. Лора без угрызений совести нанесла бы ему удар коленом в промежность или укусила бы его за ухо. Словом, она применила бы любой неподобающий, но необходимый для леди прием, после чего наглец охал бы, лежа на земле, и испытал бы страх за сохранность своего мужского достоинства. Лора уже поступала так, и не один раз.

Но это прикосновение к ее губам – что оно означало? Неужели ее дразнили так же, как она дразнила мужчин уже много раз? Лучше не придавать этому значения, притвориться, будто ничего не произошло, сделать вид, будто ее не охватил жар, будто она не ждет прикосновения его рук и губ к своей груди. Будто она не ждет, как его раскрытые губы прильнут к ее губам. «Ах, Пирс, как я могу испытывать такие желания к другому мужчине?» Может быть, это происходит потому, что Эйвери и Пирс похожи друг на друга? Лора отказалась от этой мысли. Неужели она способна вести себя так легкомысленно?

– Я набросал черновой вариант объявления о том, что мне требуется гувернантка, – заговорил Эйвери, когда они вышли из аллеи и оказались на лужайке.

– В каких газетах вы собираетесь поместить его?

«Значит, он тоже способен делать вид, будто ничего не случилось. Невыносимый мужчина. Тут я похожа на него, но не полностью. Однако он, кажется, знает это. Все это игра. Мы оба играем каждый свою роль».

– Во всех лондонских, а также местных газетах. Вы не взглянете на него? – Лора кивнула. – Если желаете, можете пойти к Алисе в столовую. Я принесу объявление. Прошу вас сюда.

Французские окна, выходившие в сад, были открыты, чтобы впустить целительный весенний воздух. Эйвери помог Лоре преодолеть подоконник, и она оказалась в голубой комнате, где уже был накрыт стол к завтраку. Когда она ступила на полированный пол, Эйвери, извинившись, ушел куда-то, вероятно в свой кабинет.

Алисы еще не было. Мисс Блексток уж точно делает все, чтобы избавиться от запаха пони и конюшни, наряжает девочку в подходящую случаю одежду. Лоре тоже следует помыться.

– Не покажете, где здесь можно вымыть руки? – обратилась она к служанке, которая поставила на стол вазу с фруктами.

– Да, мадам. Сюда, пожалуйста.

Лора не смогла удержаться от обычного любопытства, но ей не повезло – все двери комнат, выходившие в холл, были закрыты. Служанка провела ее в маленькую комнатку, служившую туалетом, там был и умывальник. Служанка оставила Лору одну. Она неторопливо намылила руки мылом, пахнувшим лавандой, затем позволила прохладной воде струиться сквозь пальцы.

В голове Лоры зарождался фантастический план. Она напишет адвокату и управляющему и сообщит, будто на неопределенное время отправляется за границу. Затем скажет Эйвери, что она готова стать гувернанткой Алисы. Он ведь не отрицал, что она нравится Алисе и та хорошо относится к ней. Эйвери доверял ей, раз спрашивал ее мнение. Разговаривая с ней, Эйвери убедился, что она образованна и культурна. Что она настоящая леди.

Лора вытирала руки льняным полотенцем и наблюдала за тем, как ткань темнеет от воды. Она сосредоточилась на этом действии, пока ее голова была занята фантастическим планом. Она напряженно думала.

Лора не могла пойти на такой шаг. Как долго она сможет жить рядом с Алисой, не выдав себя? Она станет служанкой в доме собственной дочери, не имея ни власти, ни влияния. Рано или поздно Эйвери разоблачит ее, тогда ей придется уйти, а Алиса потеряет человека, которого могла бы искренне полюбить. Лоре было слишком больно думать об этом.