Гриф
Шрифт:
Подав сигнал, кассир, миловидная барышня, попыталась затянуть процесс передачи денег в надежде на то, что вот-вот подъедут сотрудники ВОХР и МВД. Однако бандиты ее поторапливали.
Тем не менее барышня умудрилась каким-то образом выдать им лишь часть имевшихся в кассе денег. И грабители рванули наружу и успели юркнуть в метро "Охотный ряд" до того, как в обменный пункт прибыли милиционеры.
На станции "Парк культуры" бандиты два часа прождали таинственного Юрчика. Но тот так и не появился с обещанной тыщей баксов для каждого. Но и тех 5 тысяч долларов США и 12 тысяч рублей, которые они взяли в пункте обмена валюты, им показалось достаточно.
Но вернемся к банку «Логотип».
Часть сотрудников 234 отделения милиции, которые могли бы поспешить на сигнал из банка «Логотип», в 18.00 была отвлечена на другой конец Большой Дмитровки.
В ресторанчике, расположенном на углу Большой Дмитровки и Петровского переулка, тоже случилась беда, которая потребовала вмешательства оставшихся в отделении милиционеров. Там три кавказца вымогали деньги у владельца ресторана, уважаемого батоно Ираклия. Тот, нажав специальную кнопку, предусмотренной как раз на такой случай, пригласил сотрудников 234 отделения милиции отработать хотя бы часть денег, которые он «жертвовал» им на охрану его заведения.
К сожалению, и в ресторан милиция опоздала. Кавказцы успели сбежать, взорвав напоследок сосуд с легковоспламеняющейся жидкостью. Пришлось вызывать пожарных.
Тем временем сильный дым повалил из колодка подземных коммуникаций напротив здания Генеральной прокуратуры. И туда тоже были вызваны пожарные.
А поскольку Генпрокуратура не ресторан какой: тут и провокация могла быть, то улицу со стороны Столешникова блокировали. На самой Большой Дмитровке, подставив правый бок Столешникову, дорогу перегородил фургон «Мебель», оказавшийся почему-то без водителя. А вот на той части Большой Дмитровки, которая открывалась зданию Моссовета, застряла пожарная машина.
Ну, вроде бы все перекрыли.
Самое смешное, что этого и не понадобилось…
В банке «Логотип» события развивались по плану.
К 17.30 из всех шести филиалов банка, куда к 16.30 уже поступили деньги в валюте из различных, легальных и подпольных источников, в центральное отделение банка на Большой Дмитровке поступило около 60 миллионов долларов. Обычная сумма «нала» за полтора месяца. Нормальный оборот криминального банка, держателя «общака».
В 17.35 о поступлении последних пачек бывших в употреблении долларов дежурный по долгу службы доложил председателю совета директоров г-ну Гафурову И.Б. и держателю контрольного пакета акций банка профессору Морову А.Б.
Кроме того, дежурный клерк, также по долгу службы, сообщил начальнику бригады охраны, чтобы тот принял меры особой предосторожности.
Тот по долгу службы позвонил в 234 отделение милиции ЦАО УВД Москвы, там проверили все системы связи с банком, в том числе тайную систему оперативного оповещения, о которой знали только старший кассир и старший смены охраны. Позвонил он, по долгу службы, и в местное отделение ФСБ. О том, что заместитель начальника отделения связан коммерческими интересами с г-м И.Б. Гафуровым, никто не знал и знать был не должен. Гафуров официально был внедрен в банк Федеральной Службы безопасности. А то, что он работал одновременно на ФСБ и на Морова, знал только он сам.
Начальник бригады охраны тоже решил не упускать своего. И в банке и в ФСБ он получал зарплату. В целом сумма выходила приличная. Но денег, как известно, слишком много не бывает. Поэтому, когда бывшие товарищи по оружию попросили его за вознаграждение в 50 тысяч баксов «слить» по одному адресу информацию о поступлении денег в подвалы банка «Логотип», он согласился. Зная, что все его разговоры прослушиваются службой контрразведки банка, начальник бригады говорил по нейтральному сотовому телефону немудреным шифром.
— Михал Борисыч, как договорились, заедешь за мной завтра в шесть, сразу же махнем на Клязьму. Не беспокойся, посплю в пути. Ох, и рыбалка нас ждет! Давно подледным ловом не занимался.
— Наконец-то отведем душу, — ответил ему Михал Борисыч Микрюков, майор КГБ в отставке, и повесил трубку.
Дежурному группы контрразведки, прослушивавшему все телефонные разговоры сотрудников банка, в том числе по сотовым и рациям охраны, ни одна из этих фраз не показалась подозрительной.
Тем временем майор, сидевший за пультом связи в классе оперативной радиоразведки в Бронетанковой академии имени маршала Баграмяна, и передал по рации допотопной морзянкой короткую информацию: "Все мотыльки слетелись. Сбор медка в 18".
Без пяти шесть бронированная машина, предназначенная для перевозки денег, подъехала к банку «Логотип» и остановилась таким образом, что двери кузова выходили на шикарный подъезд банка.
Два дежурных, вместо того чтобы тут же доложить об этом старшему смены, раздраженно бросились к машине, матюгая сидевшего в кабине водителя за нарушение инструкции.
Тем самым они сами нарушили инструкцию, оставив дверь в банк без наблюдения. Из толпы, текущей мимо банка в сторону станций метро «Пушкинская» и «Чеховская», в это время выкристаллизовались шестеро мужчин в длинных пальто и вошли в подъезд банка.
А из кузова бронированной спецмашины вынырнули четверо крепких парней в черных спортивных костюмах и черных вязаных шапочках, без оружия.
Подойдя к охранникам с двух сторон, они что-то им сказали, едва коснулись в приветственном взмахе руками их шей и, крепко обняв ставшие вялыми и беспомощными тела, подвели охранников к дверям машины и погрузили их в кузов.
Все это заняло несколько секунд.
Через пару минут двое охранников вылезли из машины, вернулись к парадному подъезду банка и заняли свои места.
Правда, лица у них были чуть отекшими, глаза — чрезмерно стальными, не реагирующими на мелкие посторонние раздражители, и вообще было впечатление, что охранники погружены в какие-то переживания, думают о чем-то далеком и, возможно, возвышенном.
Так оно и было. Установка быстрого погружения в управляемое гипнотическое состояние, позаимствованная на время операции в НИИ проблем мозга, гарантировала, что в ближайшие полчаса охранники будут действовать так, как им будут приказывать люди, называющие ключевое слово «база».