Чтение онлайн

К сожалению, несчастья этого дня еще не закончились. Ближе к вечеру над переправой появилась четверка «юнкерсов». Самолеты вывалили на переправы десятка три бомб среднего калибра, одна из них попала в наплавной мост, одна взорвалась вблизи КПП. Четыре автоматчика и помощник командира второго взвода были убиты сразу, а получивший тяжелое осколочное ранение боец умер через два часа.

Новый понтон саперы поставили быстро, но переправляться по нему оказалось уже некому. Прошли с десяток автомашин, трактор с гаубицей, несколько конных упряжек с 45-миллиметровыми пушками. Вскоре движение на переправах и около них прекратилось. Уехали бойцы, обслуживающие наплавной мост. Дважды на небольшой высоте вдоль реки пролетали тройки немецких истребителей, но пулеметного огня не открывали даже по командно-наблюдательному пункту командира роты, где постоянно находилось не менее шести-семи человек.

— Похоже, мы у немцев на особом учете? — сделал предположение Сергей.

— Ну разумеется. На такой разжиженный боевой порядок, как наш, какой дурак будет патроны тратить, — прокомментировал Шведов.

— Надо иметь в виду. А что будем делать с переправами?

— Жалко, но придется взорвать. Тол нам диверсанты доставили, не пропадать же добру.

К вечеру с правого фланга роты от командира первого взвода Чикова поступило тревожное сообщение, что правее и несколько позади, в трех-четырех километрах, слышен непрерывный шум танковых моторов, идет сильный бой с применением артиллерии; аналогичные данные сообщил по радио Фатеев.

— Выходит, немецкие танки скоро окажутся у нас в тылу, — высказал опасение командир роты.

— Надо тикать, пока не поздно, — засуетился Шведов.

— Спокойнее. Давай команду взводам свернуться в ротную походную колонну. Через час выступаем.

Сергей выслал группу автоматчиков во главе с Волыновым взорвать мост и понтоны.

— А куда закладывать брикеты толовых шашек? — осведомился старшина.

— Можно подумать, я этим только и занимался. Смотри сам, что можно вывести из строя.

Когда рота построилась для совершения марша, сзади раздались два взрыва. А вскоре Волынов доложил о выполнении задачи, но уточнил, что взорваны обе секции наплавного моста, а деревянный подожгли, взрывчатки взяли маловато.

Автоматы погибших товарищей, противотанковое ружье, три ящика с зажигательными бутылками, с которыми командиры взводов не расставались от Северского Донца, оставшийся тротил были уложены на тачку погибшего беженца, в нее впрягли диверсантов, и рота быстрым шагом двинулась на восток.

Колонна шла по лесу. Стало темнеть, жара спала. Командир роты прибавил шагу. В это время к правому флангу подразделения вышла группа красноармейцев во главе с младшим лейтенантом. Как выяснилось, это оставшиеся в живых бойцы по охране железнодорожного моста через Северский Донец. Гарнизон войск НКВД вел бой с превосходящими в десятки раз силами противника, понес потери, но обеспечил подготовку и взрыв моста саперами.

Бодров включил в свой состав группу младшего лейтенанта Макарова, назначил его командиром второго взвода.

Макаров сообщил, что там, откуда он идет с бойцами, танки противника продвинулись далеко на восток.

— Ничего лучше не придумаешь, — сделал вывод командир роты. — Надо ускорить движение. Анатолий, — обратился он к Шведову, — давай команду «бегом марш».

Переходя с бега на шаг, потом опять бегом рота автоматчиков к рассвету вышла на левый берег Айдара. Но мост через реку оказался взорванным. И тут сзади послышался рокот приближающихся мотоциклов.

Немцы!

Из-за поворота дороги показалось пять машин. Уж больно хотелось, видимо, дозорным побыстрее оказаться у реки, не заметили они снайперов, укрывшихся в кустах вблизи дороги.

Пять мотоциклов, пулеметы — трофеи! Однако радоваться не было времени. Подожгли выливающийся из разрезанных патрубков мотоциклов бензин и бегом в воду, на другой берег. Когда переправлялся последний, третий взвод, к противоположному берегу подошли две автомашины с солдатами. Отделение пулеметчиков хлестнуло длинными очередями по противнику, включились в стрельбу автоматчики. Немцы заметались, падая и вскакивая, бросились назад.

— Жаль, столько добра пропадает, — сокрушался Шведов, глядя на исправные автомашины на том берегу.

— Скажи спасибо, что повезло, успели переплыть. Командир батальона поставил нам задачу организовать тут службу заграждения. Но на том берегу наших войск нет, переправа взорвана. Река немцев долго не задержит, а нас они могут обойти в любом месте. Выходит, нам тут делать больше нечего. Построй роту в линию рассредоточенных взводных колонн с интервалами в пятьсот метров. Через тридцать минут прежним темпом — вперед. Отдыхать будем потом, — подытожил Бодров.

— Куда пойдем?

— На восток, а там видно будет. Командиры взводов пусть постоянно держат радиостанции на приеме.

— Диверсантов надо расстрелять?

— Нет. Вдруг они какие-нибудь ценные сведения дадут на допросах. В связке их держи. Расстреляем, если возникнет угроза захвата противником.

Солнце клонилось к западу, когда обессиленные, не чувствуя ног, запыленные и разморенные жарой бойцы оказались возле небольшого массива молодого смешанного леса. Развернутым фронтом рота с ходу вошла в зеленый островок, четко выделяющийся в окружающем сером от пыли пространстве. Небольшая, но прохлада, лесной сумрак, почва не горячая. После команды «стой!» кто где стоял, там и опустился на землю. Лес весь сразу оказался заполненным лежащими бойцами. Предстоял ночной марш-бросок, людям необходимо было поспать.

Отдыхали не более часа, когда с правого фланга от командира первого взвода по радио поступило сообщение: «Противник до взвода пехоты с двумя легкими танками Т-11 идет в нашу сторону.

— Голос радиста прерывался от волнения. — Но это не немцы, а румыны», — уточнил он.

Взвод румын для роты автоматчиков не проблема. Но с фланга да с танками — это серьезно. Однако румыны сами облегчили задачу роте. Часть пехоты продолжила движение в сторону леса, а танки с солдатами на броне направились вдоль западной опушки леса, намереваясь, видимо, войти в него где-то в другом месте. Быстрее других к бою изготовился расчет ПТР. Со ста метров наводчик с первого выстрела поразил головной танк. Он сначала остановился, потом из всех его щелей и открытых люков повалил черный дым. Остановился и второй танк. Такое впечатление, что румыны не слышали выстрела противотанкового ружья. Солдаты со второго танка, вытянув шеи, напряженно всматривались: что случилось с головной машиной. Один за другим прозвучали два выстрела из ПТР — и второй танк задымил. Буквально через минуту-другую из-за танков показались румыны в цепи. Их было всего полтора десятка, но они вооружены тремя ручными пулеметами и немецкими автоматами. Поливая длинными очередями опушку леса, они ускоренным шагом двинулись в направлении второго взвода. Брызнули огнем IIIIITT из-за деревьев. Включились в стрельбу снайперы. От группы наступающих остались два солдата, которые с поднятыми руками пошли к опушке. Но командир взвода дал команду «огонь».