Чтение онлайн

— А на это, значит, плюнуть, — Дима слез с подоконника и, набычившись и уперев руки в бока, прохаживался по кабинету.

— Зачем плюнуть? — К дну пепельницы прилипла жевательная резинка, и Ковалев, сжимая сигарету зубами и щурясь от попадавшего в глаза дыма, сковырнул ее спичкой. — Просто ждать. Продолжение ведь будет…

— Продолжение всегда хуже начала, — буркнул Дима.

— Это уж — как повезет. Может, еще и придумаем чего…

Позвонив на вокзал, Олег узнал, что билеты на поезд до Петербурга продаются свободно и купить их можно даже перед самым отъездом — свободных мест навалом в любом вагоне. Расписание движения поездов не изменилось, и Олег планировал покинуть город в 18.15 вторника.

В воскресенье, когда Олег мылся под душем и, закрыв глаза, представлял себя лежащим на верхней полке в купе, Оксана случайно нашла его пистолет. Она не имела опыта обращения с оружием, хотя и бывало так, что некоторые ее знакомые хвастались своими «машинками». Рассматривая «ТТ», она случайно нажала расположенную на рукоятке кнопку, и на пол вывалился магазин. Желтые, с торчащими пулями патроны никак не походили на газовые. Сглотнув подступивший к горлу тяжелый комок, Оксана торопливо всунула магазин на место и спрятала оружие. Она едва успела сделать это и отойти от опасного места, как в комнату вернулся Олег.

— Ну что, моя радость, скучаешь? — насквозь фальшиво спросил он, вытирая широким махровым полотенцем голову, а спустя минуту, отбросив полотенце, повалил ее на диван.

Понедельник они весь день провели дома, смотря кабельное телевидение и почти не разговаривая. Предстоящий отъезд, несмотря на заключавшиеся в нем положительные стороны, заставлял Олега нервничать, и он все чаще доставал из бара бутылку перцового «Абсолюта». По мере приближения вечера, владевшее Олегом напряжение возрастало, и хотя каждая новая доза становилась больше предыдущей, алкоголь не оказывал привычного расслабляющего воздействия. Олег злился, и ставшая в последнее время традиционной, а потому уже не доставлявшая никому удовольствия ночная близость на этот раз вышла совсем скомканной и безрадостной.

Олег взял с тумбочки сигареты и долго не гасил зажигалку, с ненавистью глядя на лицо уснувшей рядом девушки. Оксана просила его не курить в спальне, но сейчас ему было наплевать на ее запреты, и он несколько раз глубоко затянулся, стряхивая пепел под кровать. Потом все-таки встал, накинул рубашку и вышел на балкон.

Ночной город всегда манил его, но в последнее время он же заставлял Олега испытывать и острое чувство неполноценности. Раньше он любил выбраться в центр и погулять по залитым светом широким проспектам. Всего несколько лет назад это было, а кажется, что прошла вечность. Столько всего изменилось. Червонец гарантировал приятное времяпровождение на весь вечер, и не было никаких проблем с тем, чтобы в любое время добраться домой. В последний раз, оказавшись на центральном проспекте, он пронесся по нему бегом, ощущая буквально физическое давление от обступивших со всех сторон сверкающих казино, ресторанов, супермаркетов и элитных магазинов. Зеркальные стекла витрин отражали именно тот мир, в который он так стремился; эти же стекла показывали его самого и гнали его прочь, обозначая невидимую границу, которую ему так и не удастся переступить.

Олег сплюнул с балкона вниз, двумя затяжками прикончил сигарету и сбросил окурок.

Завтра его жизнь должна перемениться. Что ж, не повезло здесь — значит, суждено добиться успеха там. Олег слышал много историй о том, как ребята с периферии, попав в большой город, быстро пробивались наверх. Он не сомневался, что его ждет то же самое. Воображение рисовало волнующие картины будущего успеха. Пусть у него нет денег или крутых связей, но зато он приобрел жизненный опыт, доступный далеко не каждому. Это уже не так мало.

Олег вернулся в постель, но еще долго не мог уснуть, а потом ему приснился сон, полностью соответствующий представлениям о настоящей жизни: белая рубашка, приятная тяжесть отягощенного баксами «лопатника» в нагрудном кармане, шикарная иномарка и сверкающий огнями реклам центральный проспект. Соседнее кресло правда, почему-то пустовало, но эта проблема казалась легко разрешимой: вдоль проезжей части по тротуару выстроились целые шеренги блондинок, и он медленно катился мимо них, решая, на какой остановить свой выбор…

— У нас хлеб закончился, — хмуро объявила Оксана, когда он пришел на кухню для завтрака. — И масла почти нет.

— Что же ты мне раньше не сказала? — озабоченно ответил Олег, подсаживаясь к столу. — Были ведь в магазине… Ты не сходишь? У меня чего-то голова болит, не хочу никуда выходить.

Удивленная неожиданным предложением, Оксана замерла у плиты.

— Нет, правда, — продолжал Олег, придвигая сковородку с яичницей и выбирая себе больший, из двух оставшихся, кусок хлеба. — Может, тебе сходить куда-то хочется, а ты все со мной сидишь и не говоришь ничего. Если надо — иди, не обращай на меня внимания, я тут отдохну… Очень вкусно сегодня получилось!

В половине первого Оксана собралась и ушла, пообещав вернуться часа через три. Олег проводил ее до двери и, на прощание, долго целовал, внутренне смеясь и восторгаясь своими актерскими способностями.

Из кухни он видел, как девушка прошла вдоль дома и встала на остановке, а спустя всего минуту села на автобус.

Запасной комплект ключей лежал на своем обычном месте. Олег взял связку и прошел в комнату, решая, какие вещи надо брать с собой, а что не жалко и бросить.

Сборы были недолгими. Оставлять ничего не пришлось, все его имущество уместилось в одной небольшой сумке. Взяв из шкафа Оксаны пару новых полотенец и несколько носовых платков, он бросил их туда же и застегнул «молнию». Все. Олег закурил и присел на диван, повинуясь известной примете, в которую сам никогда не верил. Он попытался подвести какой-то итог своей жизни в этом городе, но отдельные картинки прошлого перебивались радужными мечтами о предстоящем успехе, и четкой панорамы не получилось.

Раздавшийся телефонный звонок заставил его прерваться. Отвечать не хотелось, но это вполне могла звонить Оксана, и пришлось подняться и пройти в спальню. Он снял трубку и подождал, вслушиваясь в треск и шипение на другом конце линии.

— Алло!

Никто не отозвался, а спустя мгновение вообще повесил трубку. Олег пожал плечами и посмотрел на часы: время уже поджимало.

Он встал на коленки и заглянул под кровать. Свернутый из шелковой майки узелок был на месте, но, протянув руку и отцепляя его с крючка, Олег почувствовал, как похолодела спина: под несколькими слоями тонкой материи не ощущалось ничего.

Пальцы начали дрожать и долго не могли справиться с узлом. С трудом распутав его, он растянул бледно-розовую майку на полу, плюнул и выругался. Оксана убрала деньги и золото.

Олег опять заглянул под кровать, но ни цепочек, ни банкнот там не валялось.

Из оцепенения его вывело тиканье будильника. Схватив подушку, он сначала сшиб ею на пол часы, а потом сорвал со стены бра.

— Сука! Ах ты, сука драная! — постоянно твердил он, размахивая подушкой и сметая косметику, книги и сувениры. — Я тебя, с-сука…