Чтение онлайн

Противник обнаружил подход десанта на расстоянии около тридцати кабельтовых от входа в залив, тут же включив прожектора и открыв мощный заградительный огонь. Крейсер и эсминцы немедленно перенесли огонь на обнаруженные огневые точки, сторожевики и тральщики так же открывают огонь, смысла тихо и скрытно идти уже нет никакого. На «самом полном» передовой отряд с постановкой дымовых завес стремительно преодолевает зону заградительного огня и вырывается во фьорд, не снижая скорости, корабли идут дальше в гавань.

Все корабли высадили свои группы десантников в намеченных местах. Основные силы десанта высаживались на причалы, часть — на берега фьорда для захвата береговых батарей. Корабли высадки, не задерживаясь ни минуты под ураганным огнём противника уходят за следующей волной десанта.

Крейсер ведет огонь по данным артиллерийской разведки, координаты целей сыпется как из рога изобилия. А к борту «Диксона» швартуется «Такома» Изотова.

Крейсер тоже под огнём. Часть береговых батарей ведёт обстрел «Диксона» но пока особых повреждений крейсер не получил, больше всего нам досаждают восьмидесяти восьмимиллиметровые зенитки, но они не в состоянии пробить броню крейсера, хотя в нас уже попало около десяти снарядов. Подразделения пехотинцев, быстро переходят на сторожевик. Огонь врага усиливается. Один за другим два снаряда, предназначенных крейсеру, попадают в «Такому». Первый выводит из строя одно из орудий, второй разорвался у мостика. Осколки перебили швартовые концы, и нос сторожевика стал отходить от крейсера, на корме разгорается пожар, который уже пытаются тушить два краснофлотца с огнетушителями, аварийная команда «Такома» быстро разматывает пожарные концы. Сторожевик и так уже изрядно побит, на правом борту образовалось более пятидесяти пробоин, через некоторые из них хлещет вода.

— Передать приказ всем средствам доставки десанта, швартоваться к крейсеру только с правого борта! — командую я, так принимающие десант корабли будут защищены бронёй крейсера — Приказ Изотову! Приём десанта прекратить, от борта крейсера отойти!

«Такома» отваливает от борта, пожар уже потушен и сторожевик снова устремляется в порт, повреждения незначительны, а значит корабль будет вести бой дальше. Один за другим десантные корабли швартуются к крейсеру или эсминцу, забирая с них людей. То один, то другой корабль докладывают на флагмана о выполнении своих задач, о потерях и состоянии корабля. Многие понесли урон в людях, но все в состоянии продолжать боевые действия. Еще достаточно топлива и боеприпасов. Сопротивление на берегу и в порту слабеет, вражеские батареи или подавлены огнём нашей артиллерии или захвачены десантниками. С берега непрерывным потоком поступает информация о достижениях морпехов, связь налажена хорошо. Сразу были захвачены три причала и организована их оборона, затем штурмом взято здание портовой гостиницы, превращённой немцами в опорный пункт. Была уничтожена четырёхорудийная двухсот десятимиллиметровая артиллерийская батарея в порту, несколько дотов, захвачена батарея автоматических пушек. К рассвету порт Линахамари был очищен от врага.

— Катерам и эсминцам отходить на базу! — тут им делать больше нечего, с «Диксоном» останутся только сторожевики и тральщики, корабли способные отразить налеты вражеской авиации если такие последуют. Эсминцы же должны привести к нам подкрепления, следующая цель десанта опорный пункт и город Петсамо.

Несмотря на то, что порт взят, бой ещё не закончен. В окрестностях порта часть важных пунктов противник сумел удержать и сейчас контратакует десантников, а значит «Диксону» есть работа.

На борту «Диксона» есть гидросамолёт. Бе-2 катапультный разведчик, базирующийся на кораблях. Биплан комбинированной конструкции с одним двигателем. Шасси сменное: колеса, лыжи и поплавки (центральный и два вспомогательных подкрыльных). Использовать штатную катапульту «Диксона» для его запуска нельзя, она предназначена для немецких машин, но тем не менее самолёт у нас всё же есть и сейчас его спустили на воду. Пилот готовит машину к разведывательному полёту в интересах десанта. «Диксон» стоит в захваченном порту как плавающая батарея, работая по переданным десантом координатам. Только недавно закончился вражеский авианалёт, который был отбит силами зенитных средств стоящих в порту кораблей и истребителями прикрытия, немцы потеряли два бомбардировщика, а корабли потерь не понесли. По сути нам делать в гавань Линахамари больше нечего, «Диксон» выполнил все свои задачи. И вот теперь я решил сделать облёт территории, посмотреть так сказать на Норвегию с птичьего полёта. Да, за штурмана на разведывательном биплане лечу я. Захотелось мне так, самодур я или нет? Пока что я самая большая шишка из флотских в этом порту, а значит и запретить мне никто ничего не может.

— Ну нахрена тебе это Витя? — рядом стоит и нудить Гриша, я знаю, это его Шамкий подослал, все знают про нашу дружбу несмотря на разницу в должности и звании — рождённый ползать летать не может! Ты же водоплавающий, а не гусь перелётный!

Стоящий рядом лётчик возмущенно фыркнул, но промолчал. Не хочет он ввязываться в разговор двух заслуженных моряков, и правильно делает, что дозволено Грише, недозволенно никому!

— Да я один только раз! Попробовать же можно? Всю жизнь мечтал на такой штуке полетать. Ну вот как это, иметь самолёт и на нем ни разу не полетать? — оправдываюсь я, меня уже кто только не отговаривал, и я уже сам сомневаюсь в правильности своих действий, но раз я решился, я сделаю — Максим вон говорит, что это безопасно, как на велосипеде кататься!

— Ну еж твою меть! Ты чего такой упёртый? А ну как снова налёт, или зениткой под хвост получите? Да Головко же старпома с потрохами сожрёт! Давай ты полетаешь, когда мы вернёмся? Нафига на рожон лезть?! А над Архангельском можно, я тебе разрешаю — сделав жалостливое лицо, что в его исполнении не очень-то и получилось, просит меня Гриша.

— Всё я сказал! Пристал как банный лист! — психанул я, уже готовый перелезть на штормтрап, и в это время к нам подбежал вестовой.

— Тащ командир. Срочная шифрограмма!

— Не звиздишь? — подозрительно посмотрел я на вестового — это тебя Шамкий подослал?! Признаешься и тебе ничего не будет!

— Никак нет, не звиздю! — бодро отрапортовал вестовой. Это чего сейчас было?! Это я, наверное, так плохо влияю на всех, кто меня окружает, вот и этот старшина — сказал, как отрезал!

— Жди меня! — даю я наказ лётчику и иду в рубку. Позади Гриша берёт пилота в оборот и что-то на пальцах начинает ему объяснять. Универсальный язык жестов, только вот жеста у Гриши всего два — сжатый у бледного пилота перед носом кулак и пролетарская фига, в ту же область лица. Чего они там обсуждают интересно?

— Что там срочного Николаич?! Час не могло подождать?! — с ходу задаю я вопрос старпому.

— На, читай! — обиженно отвернувшись передаёт старпом мне текст шифрограммы, ничего не объясняя — ну и как сам думаешь, ждёт это или можно в самолётик поиграться?!

«По данным разведки, „Тирпиц“ выведен из Альтен-фьорда, для буксировки в Тромсьё. „Диксону“ незамедлительно следовать на соединение с „Архангильском“ и „Мурманском“ точка рандеву будет сообщена дополнительно. Головко».

— Подготовить крейсер к выходу, отчаливаем через сорок минут! Сообщить штабу десанта о нашем уходе! Шевелитесь мужики, нас ждут великие дела! — замысел Головко мне ясен, он хочет подловить немецкий линкор в море без хода! Ну что же, почему бы и нет? В первый раз что ли?!

Размотали нас по полной программе. «Диксон» окутан дымом, на горизонте тонет советский эсминец, избитый «Архангельск» кренясь на правый борт ведёт перестрелку из всех оставшихся в строю орудий, одновременно по двум береговым батареям и по «Тирпицу», принимая на себя основной удар, но и «Диксону» достается не слабо, у нас уже выведена из строя одна из башен главного калибра, одна пробоина в палубе и одна в борту. «Мурманск» едва смог выйти из боя и сейчас хромая удирает в открытое море. Надеюсь ему удастся уйти, вокруг лёгкого крейсера до сих пор рвутся снаряды, подгоняя его как побитую собаку. Новый взрыв потрясает крейсер.