Чтение онлайн

Что интересно, последний звонок премьер-министру Грузии сделал посол Грузии в США Леван Микеладзе.

Также интересен тот факт, что в деле о «трагической случайности» Нино Бурджанадзе «не усмотрела русский след». Пожалуй, она проговорилась почище самого президента Грузии.

Что касается следователей ФБР. В докладной записке на имя начальника ГРУ было сказано следующее:

И еще одно. Рауль Юсупов никогда не жил в квартире на Сабурталинской улице, где произошла трагедия, и никогда не снимал ее; вместе с семьей он проживал в Варкетильском микрорайоне Тбилиси. Причем в квартире на Сабурталинской за три дня до трагедии сменили газовую печь. И сменил ее тот, кто снял эту квартиру для разовой акции.

Согласно оперативной информации, которую генерал Ленц всегда получал в режиме реального времени, за ликвидацией грузинского премьер-министра стояли люди из госбезопасности Грузии. По его приказу были подняты документы почти четырехгодичной давности, и он освежил память. Исполнителем того преступления источники в Грузии назвали Джемала Шавхелишвили. (Впервые его имя назвал брат покойного). Не исключено, что и в этот раз полковник госбезопасности с позывным «Шерхан» исполнил приказ своего начальства.

Работая с документами, Ленц подметил одну деталь, заслуживающую особого внимания. А именно: сообщение российского военного разведчика, который работал под прикрытием дипломата в грузинском посольстве. Датировался этот документ, подшитый к делу, 1 февраля 2005 года. То есть фактически за два дня до кончины чиновника; подшит же он был к делу в ходе сбора информации и расследования через возможности ГРУ.

И вот спустя почти четыре года уже другой источник сообщает нечто очень похожее.

После убийства министра обороны Грузии в эту страну снова прибывает руководитель «Джи-Эл» Гвидо Терон. Он снова проводит два часа в посольстве, которое начало функционировать с декабря 2005 года, а потом встречается в той же полюбившейся ему гостинице со старым знакомым – теперь уже полковником госбезопасности Джемалом Шавхелишвили.

Если Шавхелишвили причастен к убийству и министра обороны, то в этот раз он исправил все недочеты. Убийство министра произошло в доме министра. Шерхан отвел от себя и своих заказчиков подозрения, подставив другого, проведя акцию с похищением российского миротворца. В этот раз руководитель отдела «Джи-Эл» прилетел не на день раньше запланированной акции, а позже, что также виделось наигранным действием. В общем, «все наоборот кажется; может, это все мне мерещится?»

Почему Терон прибыл позже? – спрашивал себя начальник военной разведки. Ведь дело сделано. Неужели за тем, чтобы выслушать доклад о проделанной работе? А может, дело недоделано? Что еще они задумали у себя в ЦРУ? Какое продолжение изобрели?

В субботу генерал Ленц присутствовал на традиционной встрече членов Совбеза с президентом страны. И услышал – впервые за много лет – в свой адрес нелестное замечание верховного главнокомандующего. (Впрочем, отметил он, замечание было сделано сгоряча, по молодости лет. Нет, новая метла по-новому не мела. Она пока что училась мести.) Замечание сводилось к следующему. Назвав начальника ГРУ, как и положено, генералом армии, президент словно понизил его в звании, назвав по имени отчеству: «Игорь Александрович, я слышал, у вас люди пропадают. А потом их обвиняют в убийствах и терактах. Во-первых, я требую доклада по этому поводу. Второе: виновные должны быть наказаны». И все члены Совбеза посмотрели на начальника военной разведки похотливым взглядом, видя в нем особь женского пола. Вот-вот она снимет исподнее и высечет себя при всех.

Ленц разучился краснеть лет в шестнадцать-семнадцать. Что касается этой «выволочки», то он не посчитал ее даже здоровой критикой. У президента «кризис переломного возраста». Его отношение к начальнику ГРУ сменится; чем быстрее они смогут переговорить с глазу на глаз, тем лучше.

Дальше совещание проходило ровно и гладко. Глава государства оседлал любимого конька: «Вот когда я был маленьким...»

Когда Ленц вернулся в штаб-квартиру ГРУ, немедленно, только в родных стенах начав с досады гонять желваки, приступил к решению проблемы с цветом детской неожиданности.

Он вспомнил о давнем знакомом, который ушел в отставку в звании подполковника. Он обращался к Сергею Марковцеву на «ты» и был уверен, что тот, предпочитая официальное «вы», вкладывал в эту форму открытый вызов, объявление боя: «Иду на вы!» Сергей Марковцев был дерзким и смелым человеком. Пожалуй, другого такого Ленц на знал. И он больше всего подходил на главную роль в акте под названием «Виновные должны быть наказаны».

Ленц вызвал помощника, и когда тот вошел в кабинет и остановился точно в середине, начальник ГРУ отдал ему распоряжение, предупредив вначале: «Записывать ничего не надо». (Помощник явился с тонкой папкой, в которой всегда находился чистый лист бумаги. Он был готов выслушать и короткий приказ, и записать, если потребуется, дополнения к нему).

– Отыщи мне подполковника Марковцева. Сергея Максимовича, – добавил он после короткой паузы. – В отставку он ушел много лет назад, но после отставки несколько раз привлекался к работе нашими специалистами. Черт его знает, где он сейчас.

– Я понял, о ком идет речь.

Спрут наигранно выгнул бровь, опершись о подлокотник высокого стула, искривив, как школьник, позвоночник.

– Мне вызывать Марковцева?

– Готовься сделать это в любой момент. А пока что только уточни его адрес. Вызови ко мне полковника Артемова.

– Слушаюсь.

– Ступай, – привычно отпустил он подчиненного.

На ум генералу пришла фраза: «Злоумышленник, действующий в одиночку». Она была в ходу у спецслужб. Они с успехом отслеживали и боролись с преступными группировками разного толка, но с одиночками – зачастую фанатиками – у них дела шли не так хорошо.

Сергей Марковцев, некогда командовавший батальоном спецназа «Ариадна», подпадал под это определение, потому что с успехом мог отработать как одиночка.

Игорь Александрович не читал остросюжетную литературу по меньшей мере последние пятнадцать-двадцать лет. Но всего пару месяцев назад попросил помощников составить аннотацию на пару свежих романов Фредерика Форсайта, которого считал мастером документального детектива. Сюжет романа «Мститель» был незатейлив и при желании мог свестись к одной фразе: охота одного человека за другим. Однако при таком подходе любому роману можно дать оценку одним предложением.

Ленц позволил себе чуточку фантазии. Он в черных очках, в панаме, сидит в шезлонге, в руках книга Форсайта. Дела в управлении идут так хорошо, а отдых протекает так безмятежно, что его сотрудникам плевать на карканье воронов, а руководителю – на крики морских чаек. И в его голове пронеслось: «Почему бы и нет, почему бы и нет?...»

О Форсайте Ленц вспомнил потому, что невольно сравнил главного героя с реально существующим человеком – Сергеем Марковцевым. Но еще больше тот походил на персонаж из «Мстителя», и Ленц почти дословно воспроизвел несколько строк из этого романа.