Чтение онлайн

Мгновение — и крылья исчезли, а на тварях добавилось крупных чешуек. Крылья превратились в доспехи? Ну да, наверное, но и плевать!

Слева донеслись хлопки спускаемых тетив. Самураям стало не до меня, поскольку их атаковала толпа подлетевших асуров. Я не отслеживал, что там происходило. Мне положить, кто из них победит. Главное — побыстрее отсюда свалить и добежать до своих.

Раненый асур ещё хрипел на земле, когда двое его приятелей рванулись ко мне с двух сторон, занося свои копья. Нереальная скорость даже для тренированного человека, но я не человек.

Твари ударили одновременно, целя в голову и в левый бок, и подохли с интервалом в секунду.

Шагнув вперёд, я снес полчерепа правому и, продолжая движение, немного довернул корпус. Двуручный меч — это вам не катана. Описав широкую дугу, Райто достал промахнувшегося асура в бедро, и на этом, собственно, все и закончилось.

Хрустнуло. Толстая чешуя частично сдержала удар, кость перерубить не получилось. Тэнгу покачнулся, попытался ударить меня копьем, но этого я ему не позволил. Подскочив к раненому, я ударом плеча опрокинул его на песок, затем перехватил меч за рикассо[1] и загнал его в глотку асура.

Тэнгу дернулся и затих. Тогда я добил первого, огляделся и быстро побежал к левой трибуне. Драка возле выхода была в самом разгаре. На песке уже лежало с десяток трупов, стонали раненые, громко ругались живые.

Город горел. В небе метались крылатые тени. Большая часть тэнгу полетела в сторону дворца, но и здесь хватало уродов. Кто-то из пролетающих мимо швырнул свою бомбу в развалины храма и там уже занимался пожар. Еще пятеро, заметив драку, приземлились в противоположной части арены, и разбираться с ними мне было уже не с руки. Нужно бежать в представительство!

Лазать по стенам с двуручным мечом в руках — не самое прикольное из занятий, поэтому Райто пришлось отпустить. Подбежав к трибуне, я подпрыгнул, зацепился за край шершавого камня, подтянулся, перехватился свободной рукой и перелез через ограждение, ощутимо приложившись физиономией.

Ну да… Когда у тебя вместо лица лисья морда, рассчитать габариты непросто. И самое обидное, что у той же Эйки в переходной форме тоже появляются уши и хвост, но лицо при этом остаётся человеческим. Такое ощущение, что над созданием этого мира поработали японские мультипликаторы. Мужики могут выглядеть как угодно, но женщины обязаны быть прекрасными. И что вообще за херня мне в голову лезет в такие моменты?

Пробежав наверх по широким ступеням для зрителей, я ещё раз прыгнул и, подтянувшись, перекинул тело в ложу Ясудо. Там оглянулся, покачал головой и побежал к дверям.

Город все так же горел. Пожары я заметил в шести разных местах, но если не поднимется ветер, то огонь можно будет как-нибудь потушить. Тэнгу в небе хватало, но красных шаров у них уже не было. Твари сбросили свой поганый груз, и непонятно, какие теперь у них цели. Хотя, чего тут, блин, понимать? В открытом бою с меченосцами асуры сольют. Слишком их мало сюда прилетело, а значит, цель у этих тварей одна: посеять панику и… симэнава!

Сила постепенно уходила из тела, огонь во мне затухал и это хреново. Ведь мне нужно выбраться и унести подальше эту гребаную веревку! Плохо, что боевая форма мне в этом состоянии недоступна. А я-то еще думал, почему не перекинулся там, на площадке у Цитадели Змеи. Впрочем, с Силой Солнца в груди никакая форма не нужна, но сейчас-то Сила уйдет и… Стоп! Но если дар Салисэ меня признал, то, может, я смогу понять написанное на странице Книги Начал?

Остановившись посреди коридора в паре метров от выхода, я сжал в ладони один из узлов, и перед глазами вновь появился первый рисунок. Вскоре его сменил второй, затем третий и… я выматерился от досады.

Гребаные азиаты с их гребаными иероглифами, которые нормальный человек не выучит и за год! Придумали бы нормальные буквы, и все, возможно, сложилось бы иначе, но что мне делать сейчас?!

В этом состоянии я смог легко прочитать надписи, и стало понятно, как Такэми собирался остановить Илит. Только я не бог, и мне нужно сделать непростой выбор. Но не сейчас — нет! Сначала добегу до ребят!

Выбив двери ударом ноги, я выскочил на улицу, перекинулся в человека и, придерживая ножны, побежал в сторону представительства. Народа вокруг хватало. Люди выбегали из домов и, не понимая, что происходит, испуганно смотрели на небо.

На площади перед дворцом горело два десятка домов. На брусчатке лежали трупы семерых тэнгу и двух десятков самураев из городской стражи. На территории дворца горели хозяйственные постройки и деревья в саду, но само здание совершенно не пострадало. Судя по доносящимся крикам, за забором сейчас шёл нешуточный бой, но останавливаться и смотреть, что конкретно там происходит, я, конечно, не стал. Обогнув толпу испуганных горожан, я повернул на знакомую улицу и побежал по ней, не сворачивая.

Издали заметил большой пожар, и в висках застучала лютая ненависть. Эти уроды добрались и сюда, но ничего… Если кто-то из близких погиб, ни одна крылатая мразь в свой Кимон не вернётся!

Подбегая, увидел на улице трупы асуров, и услышал громкие команды Коямы. Повернул в ворота, на ходу призвав меч, остановился и… с облегчением выдохнул. Все живы! Никто не погиб!

Во дворе представительства в неестественных позах лежало два десятка трупов крылатых налетчиков. Все с крыльями, и в каждом торчит по несколько стрел, а значит, посбивали их на подлете.

В эту ночь здесь по понятным причинам никто не спал, и как только в здание прилетел огненный шар, ребята оперативно выбежали на улицу. Дальше все как по нотам. Прекрасно зная, кого нужно встречать, Кояма распределил бойцов по позициям, а тэнгу, подлетая, не видели, сколько их тут поджидает народа. Ну и Нори с Асукой тоже не стоит сбрасывать со счетов.

— Не стрелять! — рявкнул Кояма при виде меня и, выйдя вперёд, неверяще улыбнулся. — Таро-доно?! Ты жив?! Мы думали…

— Ага, и я тоже поначалу так думал, — я улыбнулся самураю в ответ, оглядел рассредоточившихся по территории бойцов и махнул рукой молодоженам.

— Брат! Живой! — Нори взял меня за плечи, оглядел и стиснул в своих медвежьих объятьях. — Жена почувствовала явление бога, его ярость и…

— Смерть? — отстранившись, я вздохнул и виновато посмотрел на принцессу.

Нет, я совершенно не сожалел о содеянном, но девушку по-человечески жаль. Страшно терять близких людей, и какими бы они ни были сволочами — это все равно родственники.