Химеры
Шрифт:
– Не думай так громко. Мешаешь.
День возится с настройками аппаратуры, разбираться в которой люди научатся лет через сто.
Дролери принесли с собой волшебство, красоту, изящество... и технику.
– Чтобы дать легенде небольшой шанс, – бормочет он, подкручивая верньеры. – Очень маленький. Наведемся, и Вран ударит с воздуха. Жаль, расстояние до цели...тоже небольшое.
– Аххххх....
С неба падает огонь.
Рамиро утыкается носом в землю.
От взрыва закладывает уши.
Горячий, как из печи, воздух, проносится над ним плотным потоком.
День, вжатый в сухую траву, всхлипывает, потом снова ругается.
Потом они долго лежат молча, стараясь не слушать звериные крики, сухой треск боеприпасов, новые взрывы, уханье и хлопки.
Еще потом становится тихо.
Рамиро отпускает парня, садится, приваливается к глыбе запекшейся глины. Выдыхает. Ищет флягу, не находит и замирает в неподвижности.
– Когда мы победим, – День откидывается назад и прикрывает длинные, невозможно вишневые глаза, обведенные красными кругами.
Волосы обгорели и висят неаккуратными прядями.
– Когда мы победим, я заведу себе замшевые ботинки, шелковый пиджак, рубашку из тонкого батиста, шейный платок цвета сливы...
Он долго еще перечисляет шмотки, облизывает пересохшие губы, сглатывает, потом что-то говорит снова. Едва слышно.
– Конечно, – отвечает ему Рамиро. – Все, что угодно. Все, что хочешь, День. Все, что ты захочешь.
Короткий и злой смешок напарника пробирает его до костей.
Пепелище на месте Макабры все еще пышет жаром, в воздух взметываются клубы пепла – как стаи ночниц, но черный, густой дым постепенно разносит ветром.
Небо над Макаброй – лазоревое...
– Рамиро! Очнись, я с тобой разговариваю.
– А? Да, День, я тебя внимательно слушаю.
Рамиро проморгался и посмотрел на собеседника, тряхнул головой, словно отгоняя давно рассеявшийся едкий дым.
– Я говорю, запиши телефон моего портного. То, в чем ты появился на открытии своей прошлогодней выставки, живо напомнило мне ассортимент помойки.
– Не могу сказать, что ты мне не повторяешь об этом весь год.
– Рамиро, – голос Дня не оставлял никаких возможностей для возражений. – Запиши. Сейчас же.
Рамиро тяжело вздохнул и нацарапал злосчастный телефон на первом попавшемся куске крафта.
«Алькон» вышел из плотного, как взбитые сливки, слоя облаков, миновал меченые белым вершины Техады, стиснутую горами крепость Занозу, выстроенную на неприступном острове среди реки, и плавно пошел на посадку.
В иллюминаторе виднелись пестрые лоскутья полей и виноградников, рассеянные по одиночке белые дома фермеров, редкие темнозеленые купы оливковых деревьев и частоплетеная сеть дорог.
Амарела откинула голову на спинку кресла и устало прикрыла глаза. Всю прошлую ночь она почти не спала, в голове шумело, под веки как песку насыпали. Пара бокалов седы, выпитых для бодрости, дела не поправили.
Прекрасная госпожа, сказал наймарэ после недолгого, но горячего спора. Вы же королева, вы знаете, как делаются такие дела. Вы просили у Полночи помощи. Полночь окажет вам помощь, предоставив армию, и если вы ждали от Полночи чего-то другого, то я удивлен. Странно предполагать, что один-единственный наймарэ способен защитить целую страну от алчных соседей.
Или вы думали что, как только придет нужда, полуночная армия соберется по вашему кличу в один момент? Появится из ниоткуда, отбросит захватчиков, и сгинет в никуда? Вы перечитали сказок, моя прекрасная госпожа.
Полночь сможет вам помочь, только если вы королевским указом введете полуночную армию на свою территорию. Выделите под расположение наших войск город или деревню, или какой-нибудь из своих военных городков или баз.
Но дролери, возразила Амарела, дролери не вводили армию на территорию Дара!
Полночь – это не Сумерки, возразил демон. У нас нет высоких технологий, у нас есть хорошие бойцы. Очень хорошие бойцы. Лавенгу, чтобы с Даром считались, достаточно было привести полторы сотни альфаров. Но это единичный случай. Эль Янтар, например, испокон веку владеет землями в Ферворе, а Лунный император – целой Сагайской империей. Нам же требуется всего лишь место дислокации. Я предполагаю, прекрасная госпожа, что нам не придется ни с кем драться, достаточно просто провести парад в столице или пригласить послов на экскурсию в наши части.
Наймарэ был убийственно логичен. И он был прав – обдумывая этот отчаянный шаг, Амарела видела перед собой Дар, а не Фервор и не Сагай.
И она, наверное, и впрямь перечитала сказок. Классики мировой литературы предлагали совсем другой сюжет.
Она взяла отсрочку в месяц.
Отец не одобрил бы ее действий. Но он умел удержать страну, а под руками Амарелы страна трещит по швам. Рейна готова душу отдать за Марген-дель-Сур, но души оказалось мало.
Амарела потерла лоб между бровей – там в последний год образовалась морщинка, и с каждым днем становилась все глубже.
Южные уста занимали обе стороны чашевидной бухты Ла Бока, город рассекала пополам река Маржина. С восточной стороны лежали старые кварталы, некоторые насчитывали почти тысячелетниюю историю, многие дома стояли на еще драконидских фундаментах. Там же, рядом с древней драконидской крепостью, перестроенной в бастион, старыми молами и маяком из огромных каменных глыб, высился старый замок Нурранов, в котором долгое время обитало и семейство Ливьяно. Только совсем недавно, лет десять тому назад, рей Вито построил для семьи современный, вызывающе роскошный дворец на западном берегу. Ступенчатые террасы розового и золотистого мрамора, висячие сады, сияющие стекла оранжерей и каскады фонтанов на плоских крышах.