Чтение онлайн

– Это сюда вы должны меня привезти?
– спросила я, размышляя, как много Айзек знал.

– Да, мэм. Вы бы хотели, чтобы я помог занести ваши сумки?
– Он спросил и открыл двери.

Взявшись за его руку, когда он помог мне выйти с машины, я ответила, - Нет. Я сама. У меня только две.
– Но прежде чем я закончила свой ответ, он вложил мне в руку ключ от номера.

Айзек вынул запечатанный конверт из кармана пиджака и вручил мне.

– От мистера Деметрия. Он приказал передать вам, чтобы вы не открывали и не читали, пока не окажетесь в номере.

Я сделала глубокий вдох.

Он приказал передать мне.

Это не должно вызывать трепет бабочек в моем животе, но случился именно этот эффект.

– Номер апартаментов на обратной стороне конверта, - продолжал Айзек, казалось, не обращая внимания на моё психологическое и физическое состояние, причиной которых был как страх, так и возбуждение.
– У вас есть мой номер. Если понадобится куда-нибудь съездить, я к вашим услугам.

– Спасибо, Айзек.
– Я прочистила горло.
– Мистер Деметрий в номере?
– Я не знала, были ли мои слова полны разочарования, как и то, что я чувствовала.

– Нет, мэм. Он у себя в офисе. Полагаю, в письме...
– он кивнул на конверт в моих руках - ...всё написано.

– Хорошо. Спасибо.

Когда я повернулась к стеклянным дверям, увидела маленький парк и обернулась. Теплый городской бриз шевелил мои каштановые волосы у лица, когда я засмотрелась. Это было именно то, что нужно. Мои щёки покраснели. Зеленые листья напомнили мне, где я нахожусь, что я всё ещё здесь, всё ещё в Нью-Йорке, недалеко от кузена и недалеко от Колумбийского. Какими бы нереальными были последние двадцать четыре часа, я всё ещё находилась там, где хотела. Подняв подбородок, я кивнула швейцару и сделала шаг навстречу цели.

Изысканное освещение исходило от золотого овала над моей головой и отражалось на потрясающем мраморном полу вестибюля. Роскошь не впечатлила и не вызвала благоговение, когда мой взгляд переместился на большую изогнутую лестницу за столом консьержа. Вкратце, лестница напомнила мне о поместье Монтегю, но эта была другая, более современная со стеклянными перилами.

Крошечная мысль о тюрьме моего детства пошатнула решимость. Я могла быть сотрудником "Измены", однако во мне также течёт кровь Монтегю. Моя новая временная роль служила только для одного - юридическая школа. Меня не вынуждали связываться с "Изменой". Я сама решилась на этот шаг, найдя это решение необходимым. Работа официантки никогда бы не покрыла мои расходы на обучение, не говоря уже о том, чтобы позволить жить. Мама и Алтон загнали меня в угол, но недооценили моё желание. Я шла на это, чтобы следовать за своей мечтой, а не их.

Алекс Коллинз выжила.

С новообретенной решимостью я быстро подошла к стойке консьержа, позволив стуку каблуков объявить о моем прибытии. Когда консьерж поднял глаза, я улыбнулась.

– Не могли бы вы помочь мне пройти в номер? Я остановилась...

Каждое произнесённое мной слово излучало уверенность Монтегю, а не позор сотрудницы "Измены". Консьерж сразу же позвал швейцара. Несмотря на мой протест, он настоял на том, что было бы неправильно позволить гостье, остановившейся в люксе, самой нести свой багаж.

Когда лифт двинулся вверх, я вспомнила слова Карен, что от сотрудников "Измены" ожидается, что они будут хорошо говорить и добиваться своего. Если они не будут уметь этого делать в мире иллюзии и игры, их сразу разоблачат. Спутники под покровительством успешных клиентов должны быть правдоподобными. Благодаря моему воспитанию в Монтегю, когда дело доходило до иллюзии, я мастерски справлялась с этой ролью.

В то время как швейцар открывал моим ключом дверь люкса, я сделала всё возможное, чтобы выглядеть беззаботно. Когда он щелкнул выключателем в темной прихожей, я осмотрела роскошные апартаменты. Там, где попадал свет из фойе, было видно современную и изящную мебель, окна были задернуты тяжелой драпировкой, которая поглощала все солнечные лучи.

– Мэм, прошу прощения, - заговорил швейцар, когда быстро пересёк гостиную.
– Из вашего номера открывается впечатляющий вид. Позвольте мне открыть...

Его ноги и слова замерли. Моё сердце готово было вырваться из груди. Вышедший из тёмного дверного проема мужчина сразу же заполнил люкс аурой власти.

– Сэр, я не знал, что кто-то...

Я больше не слышала служащего в форме отеля. Нокс был всем, что я видела. Его молчание наполнило воздух, заглушая все остальное. Его прозрачные глаза сузились, удерживая меня. Без слов ледяной взгляд пронзил, обездвижил ноги и запечатал губы. Недовольство лилось из каждой его поры. Ярость исходила волнами от его высеченной челюсти, когда мышцы на лице и шее сжимались. Мои ноги подогнулись в коленях, поскольку я поняла, что это был не тот мужчина, которого я помнила, а мужчина, голос которого я услышала по телефону.

Буквально несколько минут назад было так много вещей, о которых я планировала рассказать, столько вопросов, которые хотела задать. Но теперь, когда Нокс передо мной, ни один из них не всплыл и не подал сигнал о своём присутствии; вместо этого в комнате поднялась температура, когда сердцебиение в груди набирало скорость. Я крепче сжала сумочку. Среди потоков его недовольства в номере мне нужен был якорь, что-то, что помогло бы мне устоять.

На секунду я подумала о том, чтобы развернуться и уйти. Остановит ли он меня в присутствии швейцара, который был своего рода свидетелем? И тогда я так же быстро поняла, что это не имеет значения. Нокс Деметрий обладал властью, большей, чем я думала. Я глубоко вдохнула. Я не смогла бы быть на шаг впереди могущественного человека, стоящего передо мной, не в течение всего года.

Ну что ж, маски-шоу начинается.

Нокс полез в карман, снял зажим из пачки денег и вручил швейцару несколько купюр. Наконец, он заговорил, разрушая молчание силой и величием. Глубокие, громкие слова, даже не предназначавшиеся мне, взорвали нервную систему. Для внешнего мира оконные портьеры были просто драпировками, но внутри они были границей, содержащей бурю, ту, которая уже затмила солнечный свет. Как и другие силы природы, его сила была красивой и пугающей. Вопрос, как мне показалось, заключался в том, какие разрушения останутся в последствии?

Боковым зрением я видела, как губы швейцара двигались, пока тот пятился. Но, когда заговорил Нокс, смысл его слов был потерян. От интенсивности и тона, прошедшего сквозь тело, во рту пересохло, а внутри всё сжалось. Прежде, чем я смогла понять, что означал прозвучавший щелчок входной двери, мы остались одни. Я была наедине с человеком, о котором мечтала, с человеком, который очаровал меня, с человеком, который в настоящее время владел мной.

Пока мы смотрели друг на друга в звенящей тишине, температура в комнате продолжала расти. Это было не то воссоединение, о котором я думала или мечтала. Закрыв глаза, я вдохнула. Древесный аромат его одеколона всколыхнул воспоминания, затуманил мысли и вызвал покалывание кожи.