Чтение онлайн

Нагнувшись еще ниже, чтобы найти его, ее пальцы, наконец, нащупали коробку.

— Есть...

Жесткие руки обхватили ее, а рот и нос закрыли тканью. Рука за тканью заглушала любые крики и протесты, которые она могла бы выразить, и кто-то сильный удерживал ее на месте.

Не шевелись, девочка.

Не было никакой борьбы. Ее зрение помутнело, когда все начало исчезать.

Или будет еще больнее.

Она знала, что это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ее душа принадлежала дьяволу...

Тридцать девять

История, скрывающаяся за шрамами, история печали, горя и пыток

Семь месяцев назад

Свернув на своём классическом черном Cadillac на обочину улицы, он занял идеальную позицию, чтобы наблюдать за домом. Затем он посмотрел на часы и увидел, что все рассчитано идеально. Школа закончилась.

Он зажёг и погасил зажигалку, зажёг и погасил, ожидая ее возвращения. Лука никогда не умел сидеть на месте и не отличался терпением, когда уставал. Ночь накануне была долгой, и его тело все еще чувствовало это днем. Тем не менее, он наслаждался каждой секундой.

Прошлой ночью он уложил мистера Джонсона отдохнуть и сдержал обещание трахать блондинку до тех пор, пока она не пожалеет об этом. И то, и другое удовлетворило его темную сторону... пока, во всяком случае.

Лука закрыл зажигалку, когда на подъездную дорожку въехал запыхавшийся BMW. Он никогда не доверял немецким машинам. Единственное, что в ней было хорошего, - это черный цвет краски.

Из машины вышла клубничная блондинка. Элль Бьюкенен. Он не смог удержаться от усмешки, которую изобразил на своем лице. У его младшего брата были большие гребаные проблемы.

Наблюдая за тем, как она идет к входной двери, он подумал, что чем больше на неё смотришь, тем больше она становится красивее. Жаль будет, когда мне придется задушить в ней жизнь.

Одно можно было сказать наверняка: девушка умрет, и ничто ее не спасет. Жаль, что она оказалась рядом, когда спустили курок, но некоторые девушки просто рождаются невезучими, особенно эта. До того дня, когда ей исполнится восемнадцать оставался всего месяц.

Застрявшая машина дала задний ход, привлекая его внимание. Ему стало интересно, кто мог подбросить девушку в этот район. По правде говоря, он был немного шокирован этим адресом, учитывая, что девочка училась в подготовительной школе.

Снова взглянув на часы, он заметил, что до ухода Элль на работу еще есть немного времени. Интуиция подсказывала ему, что нужно проследить за машиной. Все, с кем она общалась, могли стать сопутствующим ущербом, если ее поганый рот проболтается слишком много.

Лука завел машину, решив следовать за BMW. Он держался на достаточном расстоянии, следуя за ней в направлении, которого не ожидал. Эта часть города в основном принадлежала городу, здесь были дорогие рестораны и магазины.

Увидев, как машина заезжает в один из самых дорогих магазинов города, он припарковался на улице и достал свой мобильный телефон, чтобы отправить другу сообщение с номером машины. Он ждал в предвкушении, любопытство медленно снедало его, и только усилилось, когда дверь машины открылась.

Он сразу же понял, что это женщина, когда на землю спустились высокие черные сапоги и черные джинсы. Следующее, что он заметил, были ее длинные шелковистые волосы. Это были самые черные волосы, которые он когда-либо видел.

Он отчаянно хотел увидеть ее лицо, но она так и не повернулась.

Лука решил выйти из машины, удивляясь, что это важнее, чем все остальное, чем он мог бы занять свое время. Инстинкты заставляли его идти за ней в магазин.

Лука гордился своей способностью оставаться незамеченным. Его одежда - темные джинсы, черные рубашки и черные толстовки - позволяла ему это делать, плюс его неряшливое лицо и волосы. Он мог ходить туда, куда никто из членов семьи не ходил. Состоятельные мужчины требовали внимания своими костюмами и безупречной ухоженностью, тогда как он не нуждался в таком внимании. У меня есть другие способы получить внимание, которого я требую.

Проникнуть в магазин незамеченным было легко, поскольку там хранились все дорогие вещи. Он сориентировался в магазине и нашел девушку во всем черном, которая, казалось, искала какую-то конкретную вещь. Легкий взгляд на левую сторону ее лица показал нежную фарфоровую кожу. Он подошел ближе.

Видел ли я ее раньше?

Еще один неб

Внимательный взгляд показал ее юный возраст.

Он остановился, собираясь повернуться. Она слишком молода.

Девушка повернулась и пошла обратно к столику, который она пропустила.

Его сердце замерло, когда он увидел всю левую сторону ее лица и поразительный серый глаз. Другая половина лица была закрыта вуалью волос. Ему захотелось протянуть руку, чтобы нащупать черные пряди шелка и сдвинуть их, открыв остальную часть ее лица.

Уходи сейчас же. Ничего хорошего из этого не выйдет. Он должен был уйти в тот момент, когда заметил, что она всего лишь девочка-подросток.

Он еще не мог определить, что именно, но что-то в ней влекло его. Это не давало ему отвести взгляд от девушки и уйти.

Все это казалось таким неправильным и в то же время правильным. Его тянуло в разные стороны. Его разум говорил ему уйти, но тело заставляло его терпеливо ждать.

Наблюдая за тем, как она поднесла руку к лицу, он почувствовал, что его дыхание перехватило в горле, когда она убрала волосы за ухо. Черт.

Его сердце пропустило еще один удар при виде ее лица целиком. Его взгляд прошелся по правой стороне ее великолепного лица, на котором был шрам от брови до впадины щеки. Еще один шрам украшал правую сторону над и под ее сочными губами. Инстинкт, заставивший его провести кончиками пальцев по каждой отметине, был настолько силен, что он подумал, что может нарушить свое прикрытие.

Ее серые глаза хранили историю, скрывающуюся за шрамом, историю печали, горя и пыток. Это было все равно что смотреть на идеальную фарфоровую куклу, которую слишком часто роняли. Другие увидели бы в треснувшей кукле изъян, делающий ее уже не совершенной, но он видел только красоту. Она была самым прекрасным творением, которое он когда-либо видел.

Он мог часами наблюдать за тем, как она нежными руками изучает изящную вещицу.

Золотое, богато украшенное изделие, в которое она была влюблена, было ему незнакомо, пока она не открыла предмет в форме яйца, и зазвучала музыка. Ее глаза заплясали, когда она смотрела, как балерина кружится под музыку. Он подумал, что бы он почувствовал, если бы она так смотрела на него.