Ход мамонтом
Шрифт:
Космическая отрасль, как и авиация, захлебнулась под ударами так называемых «корректоров». И он – Юрий – «зайцем» проник на этот корабль, чтобы спасти их – последний экипаж международной космической станции.
– Как, как ты можешь нас спасти?! – почти кричал Стив. – Ну, кто ты такой?! Что ты знаешь?! Что умеешь?! И с чего ты взял, что нас надо спасать?
– Очень просто, – отвечал Юрий. – Связи с Землей больше не будет. Да и не скажут они правду. Потому, что не знают. Корректоры уже хозяйничают в ЦУПе. Поэтому считайте, что ЦУПа больше нет. Нам остается только одно – как можно быстрее спуститься. Пока позволяют ресурсы станции и ситуация не вышла окончательно из под контроля…
Стив и Сергей не верили этому самозванцу. Потому что верить в такое было просто нельзя. Потому, что рациональный склад ума космонавта не допускал даже возможности подобного идиотизма. Им проще было бы поверить, что Юрий – переодетый инопланетянин, чем какой-то мифический звездный «заяц». Это больше бы вписывалось в привычную картину мира.
«Заяц» на борту МКС… Маразм…
Однако и неделю спустя связь не возобновилась. Пропали даже неизменные голоса радиолюбителей, что раньше можно было поймать на антенны станции.
Это уже было слишком.
– Надо спускаться, – настойчиво повторял Юрий. – Не стоит тянуть…
Стив избегал общения с ним, испытывая суеверную брезгливость, словно по отношению к пауку или черной кошке. Сергей попросту опасался какого-нибудь подвоха со стороны самозваного «космического туриста».
Однако Юрий вел себя образцово, терпеливо выжидая, когда космонавты «созреют» для эвакуации.
Наконец, на тайном совещании, в отсутствии Юрия, Сергей и Стив решили, что их нахождение на борту потеряло всякий смысл.
Однако впитавшаяся в кровь дисциплинированность не позволила покинуть космический дом немедленно. Они решили законсервировать станцию «до лучших времен», к чему приступили немедленно. В первую очередь за счет двигателей пристыкованного корабля максимально подняли орбиту станции – до той высоты, с которой еще возможен был спуск на Землю «союза». Антенны были сориентированы на потенциальные узлы связи на поверхности – «на будущее». Проверили автоматику ориентации. Выключили научную аппаратуру.
Консервация заняла около недели, причем Юрий вызвался помогать, а Сергей не увидел резона отказываться от помощи пусть даже самого подозрительного в ближнем космосе лица.
Что удивительно, Юрий отлично вписал в экипаж. Он вел себя так, будто кто-то постоянно инструктировал его, как нужно вести себя, чтобы не вызвать раздражение товарищей…
Когда зашел разговор о месте спуска, Юрий достал вдруг откуда-то литок бумаги с координатами.
– Сесть нужно здесь, – заявил он.
– Что за ерунда? – скривился Стив. – С какой стати?
– Только здесь нам будет гарантирована безопасность, – убежденно сказал Юрий. – Встречи со спасательными вертолетами все равно ждать не приходится…
Стив смолчал, играя желваками и зло смотря на свои сжатые кулаки.
Сергей взял координаты и сверился по карте.
– Это же невероятная дыра! – сказал он. – Тут на сотни километров один населенный пункт, дорог почти нет…
– Я эти места знаю. Там нам помогут, – спокойно ответил Юрий. – Тем более, что орбита четко проходит на ними. Вы же сможете посадить спускаемый аппарат именно там?
– В ручном режиме? – криво ухмыльнулся Сергей. – Плюс-минус пятьсот километров…
– Сможете, – убежденно сказал Юрий.
Эти слова странным образом подействовали на Сергея. Он и впрямь поверил, что сможет посадить корабль с такой немыслимой точностью.
…Спуск прошел на удивление гладко. Тормозные импульсы были произведены с точностью до сотых долей секунды, удалось выдержать траекторию и не сорваться в неуправляемый баллистический спуск. Сергей думал, что такое без координирования с Земли вообще невозможно.
Юрий удивительно легко перенес перегрузки спуска. Куда легче ослабших на орбите профессионалов.
Наконец, спускаемый аппарат выстрелил двигателями мягкой посадки и уткнулся в почву.
Первым наружу выбрался, конечно же, Юрий. Еще бы – он меньше всех провел на орбите. Глаза его горели странными огоньками, во всех движениях сквозило какое-то плохо скрываемое возбуждение.
Когда наружу с огромным трудом выбрались, наконец, Сергей со Стивом, они обнаружили, что спускаемый аппарат лежит на каменистой равнине, покрытой рваными участками ельника. Невдалеке темнело небольшое озерцо, а в глаза лезла характерная для этих энцефалитных мест, густая отвратительная мошкара.
Удивительным было не это.
Юрий успел уже стащить полетный скафандр и переодеться в «земную» одежду, что предусмотрительно прихватил с собой. Одежда эта, кстати, включала и кепку с противомоскитной сеткой.
И теперь Юрий стоял над вскрытым ящиком аварийного комплекта, засовывая за пояс ракетницу и входящий в комплект нож типа «мачете».
– Извините, ребята, это я возьму с собой, – сказал Юрий. – На северо-востоке есть село. Это не очень далеко. Вам туда. Я пойду на юго-восток…
– Но какой смысл… – тяжело дыша, спросил Сергей. Он пытался привыкнуть к забытому чувству земного притяжения. Ведь даже специальные тренировки и тонизирующие костюмы не компенсируют полностью атрофирующего мышцы эффекта невесомости.
– Долго рассказывать, – улыбнулся Юрий. – Спасибо, что подвезли. Вы не поверите – добраться сюда я смог бы только с вашей помощью…
Он медленно размотал бинт. Из-под грязной тряпки на коже ладони проступил мерно мерцающий оранжевый рисунок… Юрий вдруг расхохотался и, не оборачиваясь, тяжелой походкой пошел по выбранному направлению.