Чтение онлайн

Он первый отвёл взгляд. Подошёл к мотоциклу. Рокот мотора резанул по ушам. В этом молчаливом оцепенении звук был как будто... неуместным. Чужеродным, как и мы сами.

— Садись. — Вампир чуть сдвинулся назад.

— Я поеду сзади.

— Ты свалишься на первом де повороте.

— Ничего страшного. Как я понимаю, меня это не убьёт. А всё что нас не убивает, делает нас... Умнее.

Не сильнее, нет. Во мне не было этого ресурса. Я не чувствовала в себе ничего, кроме багажа знаний. Самопознаний. Я монстр. Я хуже даже вампира. Я хладнокровный убийца. Я не имею права на существование. И как только мой багаж наполнится знаниями как со всем этим покончить, я это сделаю...

А сейчас у меня есть только две причины, чтобы существовать: понять и не простить.

***Руки в очередной раз соскользнули с бёдер вампира. Сил держаться не было. Да и горделивая самостоятельность давно уже сошла на нет. Протолкнула пальцы в шлёвки на его джинсах — такой себе зацеп, но это всё, на что я была способна.

Прижалась лбом к его напряжённой спине. Перед глазами всё плыло, хотя они были закрыты. Рёв мотора доносился как будто через звукоизоляционную толстую прослойку. А вот другие звуки стали чётче.

Шелест, шорох, шёпот... Голова наполнилась неприятными звуками. Голосами.

Взяла — отдай. Взяла — отдай. Взяла...

— Что отдать? — Спросила у голоса. Мысленно. Так мне по крайней мере казалось...

Ты знаешь.

Попыталась понять этот запутанный ребус, сотканный из голосов. Но от этого лишь голова пошла кругом. В ладони ударил холодный озноб. Ноги стали ватными. Давно забытое предобморочное состояние почти выбило меня "из седла".

— Мне плохо... — Еле нашла в себе силы, чтобы вытолкнуть эти два слова.

Всё закружилось, завертелось. Я словно со стороны наблюдала, как пальцы отпускают петли его джинсов, как руки свисают плетьми, как я прочерчиваю лбом биссектрису по спине вампира, как теряю равновесие, а вместе с ним и сознание...

Асфальт был мягок как пух, хотя всё должно было быть по-другому. Я это понимала, но как будто это понимание было где-то далеко отсюда.

Жар пожирал меня изнутри. Но это тоже было где-то далеко. Мне не хотелось возвращаться. Здесь асфальт был словно подушка, а жар словно морской бриз. И ни одной капли вины.

Как здесь хорошо... Не надо мне мешать... Разве нельзя отдохнуть пять минут, или вообще остаться в этой неге навсегда?..

Да, просто остаться здесь...

От прилетевшей мне пощёчины голова чуть от шеи не отделилась.

— Женя! — улыбнулась. Боже, как же мне нравилась паника и напряжение в его голосе. Он это заслужил. Я даже умереть была не против, лишь бы ему сделать больнее...

— Женя! Твою ж!.. Посмотри на меня!

Глаза было не открыть, да я и не старалась. Он был последним, кого я хотела сейчас видеть...

— Смотри на меня!

— Нет! — Я рассмеялась от собственного бунтарского настроения. Как же хорошо и легко быть вот такой... Никому ничем не обязанной.

Теперь меня оторвали от мягкого асфальта. Его руки были в противовес пуху твёрже камня.

Он встряхнул меня так, что всё-таки пришлось открыть глаза.

— Почему тебя трое? — Подняла ватную руку, ткнула пальцем в вампира слева. Но там была лишь пустота. Вампир справа сам развеялся, когда мои глаза чуть не лопнули в попытках сконцентрироваться на нём. — Ну вот, мы остались с тобой вдвоём.

Сознание не то что помутнело, оно как будто стало не моё. Воспоминания рябью проталкивались в голову. Наслаивались друг на друга. И они были не мои... Или мои?..

Армейская муштра с долгожданными увольнительными. Всегда недоваренная перловка, которая так и стремилась занять свободный из-за выпавшей пломбы зуб. Приказ взять и удержать высоту. Автоматная очередь...

Взяли, но какой ценой! Ржавый, Костян, Ромеро, и ещё половина взвода таких же зелёных парней.

Госпиталь. Запах спиртного. А потом запах такого же спиртного, но уже изнутри. С того момента во мне на пмж, который на несколько часов глушил чувство вины из-за того что остался жив.

Слова знакомой песни закрутились в мутном сознании. Еле ворочая языком, пропел:

— Вечно молодой, вечно пьяный.

Голова взорвалась от ужасного похмелья. Опять в магазине палёную синьку подсунула! Даже свой собственный голос не узнал.

Зашёлся скрипучим кашлем, оттого к горлу подступила кислая желчь.

— Женя! — над самым ухом завопил какой-то хрен. Еле разлепил глаза, но как оказалось, вовремя. Какой-то мудак склонился надо мной так низко, что своим запахом развеял перегар. От неожиданно накатившей радости и, не дай Бог, желания уже сам завопил во всю лощёную глотку:

— Ээээ! Чего надо, собака сутулая?! Ты чего удумал?! Окстись!

— Женя, тобой всё нормально? — Чужое имя лишь на секунду оцарапало слух, тогда как встревоженный хрен начал общупывать мою голову.

— Ясен пень. А у тебя точно фляга посвистывает. Ты давай тут берега не путай. Я ещё в Чечне контуженный, мне тебя порубать на раз. Ээээ, зачем обнюхиваешь?! Носопырка лишняя?!

Попытался поднять руку, чтобы прописать хрену пилюлю понятливости, но не смог пошевелиться. Тело словно одеревенело. В принципе, с сознанием было то же самое. Полная дезориентация и непонимание. Я не мог сообразить, как оказался на дороге, хотя собирался сходить лишь за фуфыриком в магазин.

Теперь стало по-настоящему страшно. Именно состояние беспомощного паралича вызывало ледяной ужас. Неужели меня всё-таки ударил инсульт? Честно, я всегда думал, что меня прихлопнет сразу и навсегда. А тут следовало продолжение, которое не судило нихрена хорошего.