Хорошая девочка
Шрифт:
– Что-то не так?
– Нет. Все нормально.
– По тебе не скажешь. Боюсь, как бы от твоего напряжения не выбило пробки в зале.
– Брось.
– Если тебя что-то напрягает – просто скажи, что именно. И я обязательно это исправлю.
Сара хмурит красивые брови. Кусает губку. Ну, вот кому ты втираешь, что все путем? Сидишь – как будто у тебя кочерга в заднице.
– Я просто видела это не так, – наконец, замечает со вздохом.
– А подробнее?
– Не в отеле. От этого веет пошлостью. Чувствую себя шлюхой.
Ах вот в чем дело.
– Ну и надумала ты себе, а?
– Да я не в обиде. Учитывая обстоятельства, неудивительно, что ты решил, будто я…
– Прекрати за меня додумывать, женщина! Ничего я не решал.
– Ага. А в отель ты меня привез из чувства глубокого уважения.
– В отель я тебя привез, потому что в моей квартире ремонт, и живу я сейчас у родителей.
Красивые глаза Сары округляются. Несколько секунд она просто на меня смотрит, а после закусывает губу, видно, чтобы не засмеяться, и отводит искрящиеся глаза.
– Серьезно? – прячется за стаканом.
– Временно! – рявкаю. – Это что, какое-то преступление?
– Даже если так, то не мне тебя в нем обвинять. Я сама жила с мамой до тридцати одного года.
– И выжила. Ты – герой. Кстати, насчет шлюх. Я думал, ты поняла, что у меня к тебе самые серьезные намерения.
– Ну да, – закатывает глаза. – Сереж, я ведь читала, что о тебе пишут. И вполне согласна на ни к чему не обязывающие отношения.
– В пику матери?
– И для здоровья!
– Даже не знаю, что хуже, – сощуриваюсь я.
– Осторожно! – машет пальчиком Сара. – Ты так реагируешь, что я действительно вот-вот поверю в то, что у тебя ко мне серьезно.
– Разве не об этом я с самого начала твержу?
Давая Саре некоторое время на осмысление моих слов, к столу подходит официант. Не знаю, как на вкус, но чисто внешне заказанные нами блюда выглядят весьма привлекательно. Есть шанс, что мы сюда еще не раз вернемся. Ну а если и нет – то точно навсегда запомним местечко, где прошло наше первое свидание.
– Еще скажи, что мечтаешь, как мы поженимся.
– Так далеко я не загадываю, но почему нет? Сара, я давно вырос из однодневных отношений. Если помнишь, я даже был женат.
Женат совсем не на той. Но я вообще не слишком последователен. Сара была права, когда мне это предъявила. Сегодня я могу сделать предложение ей, а на завтра выставить фотку с другой, совершенно не думая о последствиях. Импульсивность – один из наимерзотнейших проявлений СДВГ. Хуже только неспособность доводить до конца начатое.
– Да, и я очень похожа на твою жену.
– Раньше так казалось.
– Если ты ищешь ее во мне…
– Вот уж точно нет, – меня аж передергивает. – Я вообще не хочу обсуждать эту тему. Ладно?
– Потому что тебе до сих пор больно?
– Потому что, женившись на Мадине, я совершил большую ошибку. Кому в таком хочется признаваться? Или об этом вспоминать…
– Тогда мне вообще ничего не понятно. Если ты хочешь забыть жену, не логичней бы было найти ее полную противоположность?
– Ты и есть ее полная противоположность.
– Мы похожи, – возражает Сара.
– Нет. Совершенно. И слава богу. Вкусно? – резко меняю тему.
– Да. Очень. Я, оказывается, проголодалась. Когда готовишь и пробуешь то одно, то другое, голод совершенно не чувствуется, а потом бац! Сюрприз-сюрприз.
Смотрю на ее рот.
– Я тоже. Очень голодный.
Сара аппетитно краснеет и возвращается к ужину. Остаток вечера я терпеливо жду, когда же она наестся, потому что мой голод имеет совершенно другую природу, и он меня убивает. Кое-как высиживаю до конца. И из последних сил держу себя на расстоянии в лифте.
– Я в душ, ладно?
Ждать еще? Прикрываю глаза.
– Ладно.
Пока Сара плещется, я хожу из одного угла комнаты в другой. Какой там вид? Я совершенно его не замечаю. Просто слоняюсь слепо, не в силах оставаться на одном месте.
Наконец, шум воды стихает. Нетерпеливо гляжу на дверь. Сара выходит, обмотавшись полотенцем.
– Забыла взять халат, – замечает как-то испуганно, что ли?
– Их тут нет, – отрезаю я, – а еще пять звезд, называется! Я мигом.
Успокаивая себя, считаю от одного до двухсот. Ровно столько секунд уходит у меня на то, чтобы помыться. Я быстр? Да! Потому что вообще ведь не могу ждать, когда чего-то хочу. А Сару я хочу очень. Она будоражит во мне что-то глубинное… Как будоражит всякое настоящее, и как никогда не сможет подделка.
– Детка.
– М-м-м?
– Полотенце нам уже ни к чему, как думаешь?
– Д-да, – растерянно мажет взглядом вниз по телу. – Наверное.
– Снимешь его для меня?
Сара дрожит. Прячет взгляд. Я не из тех, кого вставляют игры в недотрогу, но если она видит наш первый раз так...
– Может быть, ты как-то сам?
– Хочешь, чтобы я раздел тебя?
Пожимает плечами. Быстро подхожу. Не давая передумать, дергаю узел на полотенце. Я уже видел Сару в белье, теперь же…
– Вау. Ты прекрасна.
Обхватываю ее великолепные сиськи руками. Сжимаю, убеждаясь, что здесь и впрямь все «свое». Такое… женственное, мягкое, спелое. Охрененное. Но надолго даже на этой прелести не получается задержаться. Руки нетерпеливо соскальзывают ниже. К тонкой талии, плоскому животу, округлым бедрам и между.
– Подожди, пожалуйста… Я, кажется, не могу.
В полубреду касаюсь ее лба своим.
– Я тоже не могу, солнышко. Понежничаем потом, ладно? Хочу тебя – жесть, – подталкиваю к кровати. Укладываю поперек и сдергиваю полотенце со своих бедер. Я готов уже часа два как. А до этого не сосчитать сколько раз у меня на нее вставал.