Чтение онлайн

В гроте я взял еще одну крупную золотистую жемчужину и осторожно выглянул наружу. Долго прислушивался, но море было тихим и пустым. Я выбрался из пещеры и, стелясь по дну, поплыл в сторону Мангерсты. Где-то на полпути слева появилась смутная тень. От нее пахло кровью и виной, и я сразу понял, кто это: мой спаситель и губитель, юный Томми Маршалл. Я сбавил ход, чтобы он смог меня догнать, – плавает он теперь намного медленнее: с последней охоты принес мертвую женщину.

Мы стояли полукругом перед Хозяином, задрав головы. Каждый из нас был ему по колено. Тело мертвой женщины лежало на песке, придавленное его ступней. Он неотрывно смотрел на Томми, а Томми, не мигая от ужаса, глядел в его холодные глаза.

– Ко мне! – сказал Хозяин, и Маршалл всплыл, чтобы оказаться вровень с его пастью. Он уже знал, что будет. Когда в прошлый раз добыча умерла раньше времени, Хозяин лишил его ноги.

– Руку! Правую, – сказал Хозяин, и Маршалл послушался. Он неуклюже заработал оставшейся ногой, подплывая ближе.

Мы смотрели, не отрываясь, как усыпанная бритвенно-острыми зубами пасть сомкнулась на запястье Томми, как он задергался, замычал от адской боли. Хозяин шевельнул челюстями, перетирая кости, и вода у его головы потемнела от крови. Когда кисть оторвалась, Томми, кувыркаясь, отлетел к рифу и сжался в комок на песке. Он качался всем туловищем, баюкая свою культю.

Теперь можно было отвести глаза, и первое, что я увидел, это довольная улыбка на лице Нэрна. Поймав мой взгляд, он сказал:

– У Хозяина хорошее настроение, этот болван дешево отделался.

Я промолчал. Хозяин поднял тело женщины в коричневом дорожном костюме и закинул в яму. Я услышал, как заклацали там челюсти моих менее удачливых товарищей. Тяжело ступая по дну, он скрылся за скалой, охотники разошлись, и тогда я подплыл к Маршаллу и сел рядом с ним.

– Почему она умерла? – тихо спросил я.

Томми перестал покачиваться. Кровь растворилась в воде, рана затянулась тонкой розовой кожей. Он поднял на меня грустные глаза и ответил:

– Мардж… Я нес ее, а видел Мардж, такую же молодую и красивую. Я не смог. Мистер МакАртур, так не должно быть, это неправильно! Как Бог может это терпеть?

В воде появилась едва уловимая горечь, и я понял, что он плачет.

– Здесь нет Бога, Том, здесь Хозяин.

Он попытался взять меня за руку, но культя беспомощно проскользнула мимо. Брови его поднялись, мальчишеское лицо стало совсем детским и несчастным, как у ребенка, сдерживающего рыдания. Я не сдержался, обнял его за плечи и прижал к себе, унимая дрожь. Нас накрыла тень. Старик Нэрн со сложенными на груди руками повис над нами. Он молча обжег меня презрительным взглядом и уплыл в ту сторону, где скрылся Хозяин.

– Мистер МакАртур, – услышал я тихий голос Томми. – Я хочу умереть. Только не тут, а на земле.

– И попасть из одного ада в другой, – сказал я ему шепотом.

– Пусть, – качнул он упрямой головой. – Я отвечу за все свои злодеяния, но перед Господом, а не Хозяином.

Наивный мальчишка! Господь брезгливо сбросит его обратно в море к Хозяину так же, как Хозяин сбросил в яму тело бедной женщины из Бенбекьюлы! И все же я промолчал. Пусть надеется на чудо, как надеюсь и я, ведь когда надежда покинет нас, мы станем такими же, как Нэрн.

Минула неделя. Хозяин был сыт и пребывал в меланхолии. Мы, предоставленные самим себе, отдыхали, гоняли живность или попросту спали. Я улучил момент, когда наш подводный лагерь опустел, и поплыл в сторону Мангерсты. На полпути я ощутил движение воды позади. По рваным, неуклюжим толчкам я догадался, кто кинулся за мной в погоню и сбавил ход. Вскоре бедолага Томми догнал меня и благодарно улыбнулся.

– Мистер МакАртур, можно я с вами?

– Куда? – не слишком натурально удивился я.

Он подплыл ближе и воровато оглянулся.

– Я видел, как вы выбирались на берег в Мангерсте, где живут ваши родные, сэр. Богом клянусь, я никому об этом не сказал и не скажу, не беспокойтесь, только возьмите меня с собой.

Обуревавшие меня сомнения отразились на лице. Томми попытался меня обогнать, и я позволил ему это. Мы зависли в толще воды, лицом к лицу. Маршалл сложил молитвенно руки, и левая кисть встретилась с пустым местом. Он смущенно спрятал обрубок за спину.

– Никак не привыкну, – виновато сказал он.

– Надеешься обмануть судьбу? – спросил я напрямик.

Он отвел глаза.

– Если провидение даст мне шанс…

– Том, тебе и под водой трудно двигаться. Как ты по суше будешь ходить с одной ногой?

– Не бойтесь, мистер МакАртур, я не помешаю вашим планам. Клянусь всем, что для меня свято, я буду ждать вашего возвращения в бухте, на отмели.

– А потом?

– Потом я буду молиться, и пусть Господь решит, примет ли он мою душу.

Том страстно жаждал смерти, адское пламя было ему желанней прохлады морских глубин. Ничего не говоря, я обогнул его и устремился вперед.

Как только зашло солнце, я вскарабкался на вершину утеса перед домом своего зятя. За моей спиной, в бухте Мангерсты, чернела макушка Тома, то скрываясь под накатившей волной, то вновь выныривая на поверхность. Он сдержал слово и терпеливо ждал моего возвращения.

Дом Броди был пуст, огонь в нем не зажигали. На всякий случай я приоткрыл дверь и втянул воздух. Ни Шинейд, ни Шона там не было. Как и в прошлый раз, я завернулся в старый макинтош Роя. Он так провонял рыбой, что ничего нового к этому аромату добавить бы не смог.

Не скрываясь и не прячась, я вышел на луг между стоящими кругом домиками Мангерсты. Темнота была хоть глаз выколи, молодой месяц едва просвечивал сквозь плотные тучи. Дома стояли темные, частью холодные, от некоторых я улавливал остатки тепла – там спали дети, пока их родители отмечали у Аннабель Ганн сегодняшний богатый улов.

Ее паб сиял огнями и пыхал жаром. Тянуло сивухой, которую я терпеть не мог, копченой рыбой и толпой разгоряченных тел. Туда же уходил еле слышный, но очень дорогой для меня запах: медноволосой красавицы и ее двенадцатилетнего сына.