Чтение онлайн

Потом он ощутил ее дрожь. Сахарная Энн дрожала, как новорожденный теленок.

— Пожалуйста, — шептала она, и в ее голосе слышалась мука, от которой его сердце чуть не разорвалось. — Пожалуйста, не делай этого. Я… я не могу… не должна. Пожалуйста.

Он медленно вынул руку из теплого гнездышка и, тщательно застегнув пуговицы, глубоко вздохнул, стиснул пальцы вокруг ее тонких лодыжек у себя на спине и мягко опустил ее ноги. Потом отстранился от нее, поправил юбки, снял ее с перил…

— Прости, — сказала Сахарная Энн, — я не должна была допускать ничего подобного. Сама не знаю, что на меня нашло.

Уэбб тоже мог бы принести извинения, как джентльмен, но он никогда не считал себя джентльменом и не сожалел ни о чем.

— Я знаю, что это было, и…

— Черт бы тебя побрал, Уэбб Маккуиллан! — Она повернулась и словно ураган ворвалась в дом.

Дверь с грохотом захлопнулась, и Уэбб вздрогнул. Боже, если он не возьмет себя в руки, то беды не миновать. И вряд ли ему стоит надеяться на Джеймса Ярборо. Завтра, с самого утра, он сам возьмет быка за рога.

Нацепив на себя ремень с парой «кольтов», пристегнув серебряную звезду к жилету, надев черную шляпу и надвинув ее на брови, Уэбб Маккуиллан вошел в контору Ричарда Фицуоррена, не обращая внимания на кислогубую женщину, которая что-то бормотала ему вслед. Уэбб никогда не спал так плохо, как в эту ночь, и выражение его лица, на котором было написано «Не связывайся со мной», являлось такой же реальностью, как и спусковой крючок, находившийся под рукой.

Ему не сразу удалось поверить, что карлик, который, стоя на полу на коленях, чистил сейф, и был проблемой всех проблем.

Фицуоррен вскочил на ноги и впился взглядом в женщину с растрепанными волосами.

— Я просил меня не беспокоить, мисс Первис!

— Мистер Фицуоррен, я пробовала его остановить! Я пыталась! — Бедняжка от расстройства, видимо, собиралась лишиться чувств. — Простите, я не смогла…

— Не обвиняйте ее, Фицуоррен, — процедил Уэбб. — Я сказал ей, что сам доложу о себе.

Он вынул потухшую сигару изо рта, сплюнул в медную плевательницу около большого стола, затем снова воткнул сигару в уголок рта и бросил на поверенного угрюмый взгляд. Здесь придется повозиться — коротышка, хотя он был ростом не выше колена, не отступал; напротив, он воинственно поднял брови и пригладил свои жалкие усы.

— Кто вы такой, черт побери?!

Уэбб снова сплюнул и не промахнулся. Он никогда не промахивался. Не обращая внимания на ярость хозяина кабинета, он угрожающе произнес:

— Я — орудие твоей гибели, ты, ворюга и льстец, маленький ублюдок. Я знаю, что ты вытворяешь, и сегодня твой черный день.

Одним движением Уэбб распахнул полы черного пальто; мелькнул значок на жилете, который он специально надраил утром…

На минуту ему показалось, что мерзкий хорек обделался; однако Фицуоррен быстро пришел в себя.

— Понятия не имею, о чем вы говорите.

— Прикажите послать Эдгара за представителем закона? — робко пропищала мисс Первис; руки ее ходили ходуном, и она, похоже, не знала, что с ними делать.

— Мэм, я сам представляю закон. Капитан Уэбб Маккуиллан, техасский рейнджер.

— Правда? Настоящий техасский рейнджер? — Ее глаза стали круглыми и большими, размером с блюдце.

Уэбб попытался сдержать улыбку.

— Да, мэм, это именно так. А теперь почему бы вам не сесть вон на тот стул и не посидеть тихо, пока мы с вашим боссом уладим кое-какие вопросы?

Мисс Первис не двигалась, но капитан так на нее посмотрел, что она, пролепетав: «Да, сэр», — бросилась к стулу и без сил опустилась на него.

Пристально посмотрев на Фицуоррена, Уэбб заметил, что рука хозяина кабинета потянулась к верхнему ящику стола.

— Я надеюсь, у тебя в столе нет оружия, господин адвокат. — Рейнджер дотронулся до рукоятки «кольта» на правом бедре. — Должен сразу предупредить: я стреляю быстрее молнии.

Фицуоррен мгновенно отдернул руку.

— Черт побери, почему вы явились сюда и издеваетесь надо мной?

— Кажется, я сказал уже, что ты вор, жалкий трус и низкий сукин сын, которому место в аду. Я хочу положить конец твоему мошенничеству.

— Мошенничеству? — пробормотал Фицуоррен. — Сэр, я понятия не имею, о чем речь.

— Я же говорю: о твоем сутяжничестве. Что ты вытворяешь с миссис Тристой Ла Вин? Между прочим, я сейчас нахожусь в ее доме и, можно сказать, являюсь другом семьи, — Уэбб сжал рукоятку револьвера, — а также очень хорошим другом миссис Сахарной Энн, единственной родственницы миссис Ла Вин, оставшейся в живых. Полагаю, вы знакомы с миссис Спайсер?

На лбу у адвоката заблестели капельки пота.

— Послушайте, я не участвую ни в каких махинациях, и… возможно, мы сможем поговорить относительно вашего беспокойства в другое время? — Он вынул из кармана часы. — Простите, но мне нужно идти, я опаздываю.

Увидев блестящую цепочку часов, Уэбб ухмыльнулся:

— Хорошо, хорошо. Вот только мне кажется, что у тебя слишком новая цепочка для таких старых часов. Удивительно, почему человек в твоем положении не купит и новые часы тоже. Мог бы наскрести.

— Эти прекрасные часы принадлежали моему отцу, сэр. А сейчас, как я уже вам сказал, я опаздываю на встречу. Вы должны извинить меня. Мисс Первис вас проводит.

— Но дело в том, что я-то никуда не спешу! — Уэбб не торопясь вынул из кармана сломанную цепочку, которую Вилли подобрал в доме. — Вот полюбуйся. Она, кажется, куда больше подходит для твоих часов.

— Где… ох… но как…

— Эта цепочка сломалась во время борьбы в ту ночь, когда ты пытался убить Тристу Ла Вин. Ты оставил ее умирать, не так ли?