Чтение онлайн

— Но ведь ты ни разу не дал шанс доказать обратное. Я знаю, что там опасно, но я должна это увидеть. Ты сказал, что это и мой мир тоже.

Хранитель смотрел на меня молча, и я не могла прочесть его мысли. Возможно, он боролся с собой, возможно, хотел принять верное, но жёсткое решение.

Киран снова шагнул вперёд, готовый продолжить спор.

— Ты не имеешь права решать за неё, как и за меня, — снова заявил он. — Если этот портал может привести нас к Леан, то я войду, даже если ты попытаешься меня остановить.

Хранитель повернул голову к Кирану, его ледяной взгляд снова вспыхнул гневом.

— Я предлагаю тебе сделку. Раз ты хочешь найти Леан — я могу помочь. Но ты должен дать слово, что не пойдёшь в портал.

Киран замер, но его решимость не поколебалась. Я видела это по тому, как его тело напряглось, и по тому, как пристальный взгляд стал ещё острее.

— Что за сделка? — голос Кирана был холодным, но в нём звучала отчаянная надежда.

— Как я сказал ранее, я могу передать тебе весточку от Леан, — медленно произнёс Хранитель, не отрывая взгляда от Кирана. — Но ты должен пообещать не вмешиваться в этот мир. Ты не войдёшь в портал и не будешь преследовать свою девушку. Ты просто будешь ждать.

Киран выпрямился, его челюсть напряглась. Я видела, как он борется внутри себя — между желанием узнать о Леан и яростью от бессилия, которое навязывал ему Хранитель.

— И почему же я должен тебе доверять? — прорычал Киран.

Хранитель сделал ещё один шаг к нему.

— Я не прошу твоего доверия, — произнёс он ледяным тоном. — Я даю тебе выбор: или ты примешь мою помощь, или продолжишь искать вслепую, но твои попытки не увенчаются успехом.

Молчание повисло между ними. Киран тяжело дышал, его плечи ходили вверх-вниз, но он не мог проигнорировать это предложение — слишком многое было поставлено на карту.

Хранитель тем временем молча наблюдал. Как и я. Наконец, Киран, скрипнув зубами, резко развернулся ко мне.

— Будем ждать, — произнёс парень, но в его голосе всё ещё звучал горький протест.

Хранитель сделал шаг назад, расслабленно выдохнув.

— Ты сделал выбор, — сказал он, и в голосе чувствовалась некая удовлетворённость, — Правильный выбор. Но помни, Киран: я не обещаю, что тебе понравится эта весточка.

Напоследок Хранитель бросил на меня предостерегающий взгляд. Я не расслышала, что конкретно он прошептал себе под нос, но портал моментально закрылся.

— Отдай карту, Вивиана.

Твёрдый приказ.

— Ради своего друга. Ради всех своих друзей, — напомнил мой защитник.

Спорить было бесполезно, поэтому я протянула ему чертёж. Хранитель быстро забрал его, слегка коснувшись моих пальцев. И исчез так же быстро, как и появился. Я всматривалась в деревья, пытаясь проследить его путь, но ничего не нашла. Сердце стучало, как бешеное, а мысли метались, не зная, как реагировать на всё произошедшее.

Киран, тяжело дыша, отвернулся от портала. Его кулаки были до сих пор сжаты, а взгляд устремлён вдаль.

— Что теперь? — тихо спросила я, делая шаг к нему.

Киран долго не отвечал, а затем прошептал с уверенностью:

— Теперь мы будем ждать. Но я найду Леан. И узнаю о пропаже Таллии. Любой ценой.

?

Дом бабушки встретил меня звенящей тишиной. Я закрыла за собой дверь, чувствуя, как тяжесть дня окончательно обрушивается на плечи. Больше не было необходимости притворяться сильной и спорить с кем-то. Киран распрощался со мной до завтра, и я не хотела сдерживаться.

Кот Таллии, как всегда, лежал на мягком диване, и его зелёные глаза настороженно наблюдали за мной. Он спрыгнул на пол и подошёл ближе, потеревшись о мою ногу.

— Прости, — прошептала я, — Но тебе придётся пожить со мной ещё немного, до тех пор, пока твоя хозяйка не вернётся.

А вернётся ли?

Ещё вчера мы с Таллией смеялись, болтали о пустяках, и её звонкий смех эхом разносился по этим комнатам. А теперь она пропала, и я понятия не имела, где её искать.

Я сбросила кожаную куртку на стул и медленно направилась в ванную. Мне нужно было смыть с себя всё это. Вода. Только она сейчас могла хоть немного успокоить разбитые мысли.

Когда я включила душ, вода была ледяной, и я почувствовала этот резкий, пронзающий холод — как будто меня проткнули сотни игл. Но я стояла неподвижно, пока температура не стала более терпимой.

Вскоре горячие струи начали согревать тело, но я всё равно ощущала пустоту внутри. И беспомощность. Я обхватила себя руками, и слёзы начали стекать по щекам. Сперва одна, затем другая. Я не сдерживала их больше, не пыталась остановить. Всхлипы стали громче, отчаяннее. Я плакала за всё сразу: за маму, которая столько всего скрывала от меня; за отца, которого я так рано потеряла; за то, что я принадлежу вовсе не земному миру. За Таллию, которая исчезла, и я понятия не имела, что с ней.

Села прямо на пол душевой кабинки, позволяя горячей воде литься сверху, смывая солёную горечь. Тёплые струи обволакивали кожу, но внутри меня было холодно и пусто. Мысли хаотично крутились в голове. Я жалела о том, что приехала в Ирландию. Скучала по своей обычной жизни в Штатах.

Ненавижу секреты. Что это за Тени, что за портал? Почему вся моя семья скрывала от меня то, что я являюсь подкидышем?

Наверное, стоит взять обратные билеты и улететь ближайшим рейсом домой. Хранитель сам признался, что вне Ирландии не имеет ко мне доступа.

Отключив душ, я медленно поднялась, с трудом удерживая равновесие. Наспех вытерлась, обмотав белое полотенце вокруг тела. Слёзы всё ещё тихо текли, и разболелась голова.

В спальне было темно. Тихо. Слишком тихо. В какой-то момент я почувствовала, что не одна в этой комнате. Холод пробежал по спине, но я не поднимала взгляда, смотрела прямо в пол.

Потому что знала, кто здесь.

Хранитель.

Сердце замерло, а в горле встал ком, но я продолжала стоять на месте, не поднимая глаз. Я не хотела, чтобы он видел меня такой — сломанной, раскисшей, погружённой в отчаяние. Но его присутствие невозможно было игнорировать. Воздух вокруг стал тяжёлым и густым, как в преддверии грозы.

— Ты опять здесь, — прошептала я, не оборачиваясь.

Это был не вопрос. Он всегда появлялся, когда я меньше всего ожидала его увидеть.

— Уходи, — мой голос задрожал, но я собрала всю силу воли, чтобы произнести эти слова твёрдо. — Я не хочу тебя видеть.