Чтение онлайн

С каким бесконечным спокойствием прочесывал он этот лес из года в год, разыскивая… Атона?

Такому человеку надлежит умереть.

— Как вижу, вы понимаете, — сказал охотник. — Вы пойдете со мной в пещеру и докажете свое происхождение оттуда… или умрете. Необходимо ли доказывать мою способность заставить вас действовать?

— У вас нет такой способности, — заявил Атон, не стремясь отрицать то, что человек, похоже, знал. — Вы не доверяете мне и будете в моей власти… там.

Человек улыбнулся так, что даже Атон похолодел.

— Вы недостаточно хорошо меня знаете.

Лишь однажды Атон проигрывал в единоборстве и почти не знал страха, но сейчас он боялся этого человека. Он поднес руку ко рту и выплюнул гранат.

Глаза другого понимающе сузились.

— Я мог бы пересмотреть свои слова перед лицом вашего довода. Еще есть?

Атон кивнул.

— Спрятаны в лесу?

Кивок.

— Ваши камни могут, в конце концов, привести меня в уныние, поскольку за ними я и пришел. Вы знаете, что такое кодовый корабль?

Атон знал. Никто не мог управлять кодовым кораблем, кроме зарегистрированного владельца. Все механизмы автоматически блокировались, если их включал чужак, не знавший кода. Такой корабль ему не заполучить.

— Мне нужно больше, чем несколько гранатов, которые вы смогли вынести, — сказал человек. — Мне нужны рудники. В данный момент мне достаточно доказательства, что вы можете провести меня к ним. Вы его дали. Мы с вами будем соучастниками… со временем весьма богатыми.

— Как мне вас называть, соучастник? — спросил Атон.

Маленький корабль плыл по космосу, туманный шарик планеты Хтона медленно уменьшался позади. Видя его на экране, Атон вспомнил о мнимом несоответствии разгона до второй космической скорости и торможения до галактической нормы уже вне поля тяготения планеты. Но это было необходимо для перехода к §-приводу. Три часа назад они двигались со скоростью километр в час относительно нормального движения этой части галактики, и, казалось, падали на независимо от них вращавшуюся планету. Теперь скорость была в тысячу раз больше, а вскоре они перегонят все достижимое посредством химических реакций. §-привод, конечно же, нельзя использовать на поверхности планеты, поскольку начальная траектория была бы в этом случае сильно искажена.

Глаза человека затуманились от вопроса Атона, выдавая поляризованные контактные линзы.

— Именно так, — сказал он.

— «Соучастник»? Как вам угодно. Меня зовут Атон Пятый. Вы должны понять, что никакая сила не может вернуть меня в Хтон, пока я не закончу свои дела снаружи. Докажите, что способны помочь мне в этом, прежде чем доверите сотрудничество в ваших затеях. — «Каким напыщенным молокососом я ему кажусь… Но на принцип взаимного недоверия полагаться нельзя», — подумал он.

— Понял. Когда вы узнаете, что я предлагаю, вы с охотой присоединитесь ко мне. Время пока терпит, и я к вашим услугам.

Но мрачная тайна человека оставалась Атона не интересовали богатства Хтона, и у него не было намерения туда возвращаться, но он не мог рисковать убить или бросить Соучастника, пока не узнал больше о способностях этого человека. Дело следовало вести, не причиняя друг другу вреда.

— Я куплю у вас одну планету, — сказал Атон, имея в виду, что выложит еще один гранат за информацию о ее местоположении и за перелет туда.

Соучастник полез за Каталогом Сектора, по величине и оформлению с потерянную Атонову ДЗЛ.

— Он охватывает большую часть человеческого сектора — около двух миллионов звезд. Я никогда не прошу платы за общедоступную информацию.

Атон взял книгу, но не раскрыл ее.

— Я не могу воспользоваться каталогом.

— Вы не знаете Галактических Координат? Я думал, вы — космогард. Эта система — до-§, на много столетий старше. Но существуют же карты.

— Я знаю эту систему. Но вряд ли планета, которая мне нужна, туда занесена.

— Конечно, нет. Это каталог звезд. Вам придется использовать подсекторные эфемериды для орбит планет. Но зачем беспокоиться? Вам выдадут информацию, когда вы войдете в систему.

— Это запретная планета, — угрюмо сказал Атон.

Соучастник опять посмотрел на него, и, когда сместились линзы, зрачки мгновенно обесцветились.

— Действительно, проблема. Знаете, куда надо лететь в первую очередь?

Атон знал.

Земля: дом человечества и его легенд на протяжении времени в десять с лишним тысяч раз больше времени пребывания этого рода в космическом пространстве; планета, каждый звездный год посылавшая в космос сто миллионов человек и население которой при этом не уменьшалось — пока катастрофа озноба не наложила de facto карантин на материнский мир. Один месяц — и стерто сорок процентов всех жителей, необходимо применять термоядерные бомбы, чтобы кремировать горы трупов. Но даже после этого на Земле остается население большее, чем во всей остальной империи вместе взятой, и по-прежнему ее суша, моря и атмосфера набиты скоплениями живой плоти.

Даже ознобу не решить проблемы перенаселения.

Но у Земли — власть. Она — непреложная царица миллиардов кубических парсеков космического пространства: не за счет военной, экономической или нравственной мощи, но за счет превосходства знания. Здесь имелась информация, находившаяся за пределами обычного воображения, — настолько подробная и обширная, что одно ее хранение и каталогизация занимали силы небольшого континента. Здесь находилась Библиотека Сектора.

Немыслимый комплекс представлял собой систему компьютеров, выдававших любую известную информацию любому человеку за долю секунды. Достаточно войти в кабинку и высказать свое желание.

Если эта информация не была под запретом.

Но существовали еще «стеллажи» — всеобъемлющие тома печатной документации, интересовавшие едва ли одного из тысячи и сохранявшиеся в силу древней привычки, несмотря на возраставшее противодействие. Когда-нибудь прирост численности населения уничтожит этот чудовищный пережиток. Пока же он сохранялся. Преданные старожилы содержали архивы в праздном совершенстве, и интерес служил единственным критерием допуска к ним. Земля, в конце концов, была свободной и поддерживала право каждой личности на тягу к знаниям и открытиям настолько, насколько могли позволить человеческая решительность и изобретательность. Информация находилась там в полном объеме, только найти нужную было непросто. Само неудобство стеллажей создавало некоторое преимущество: архивы были слишком громоздки, чтобы изымать засекреченную информацию выборочно. Изъять ее всю было практически невозможно.