Чтение онлайн

Но девушка решила нас больше не мучить.

Ладно, я упухаю, а вы отдыхайте. Ужин будет в холле через час. Пища под вас выдумается, всё равно достом пользоваться не умеете.

Она посмотрела на нас снисходительно, мол, мало того, что задохлики, ещё и с достом разобраться неспособны.

Среднить будете, максималить или так поужинаете?
– спросила она, как будто специально пытаясь запудрить нам мозги незнакомыми словами.

Лучше так, - приятно улыбнулся я.
– Среднить что-то не хочется, устали очень...

Если что понадобится, мысляйте меня.

А как тебя мыслять, если не секрет, - осторожно спросил я.

Элина, - Я вообще-то хотел просить, что значит "мыслять", а не как её зовут.

Очень приятно, Игнат. А это - Виталий.

Стажёр судорожно кивнул.

Да, чуть не забыла. Завтра можете прийти на выставку инженерной лингвистики и прикладной философии. Вон в том здании.

Голубоглазая подошла к окну и показала на синевшее в наступающих сумерках здание в форме полусферы.

Вам, забредышам, будет интересно посмотреть. Ну, пока.

Элина упухнула, то есть растворилась в воздухе. Стажёр, оглянувшись, бросился ко мне и вцепился мне в рукав.

Надо уходить, Игнат! Не нравится мне что-то эта Элина! Похоже, засада!

Не похоже, - засомневался я.
– Зачем весь этот цирк с гостиничным номером...

Может, они хотят нас подслушать.

А мы понимальники отключим. Пусть слушают.

Думаешь, у них понимальников нет?
– волновался стажёр.
– При их-то технике.

Даже если и есть, мы ведь ничего такого не говорим. Разве что мысли прочитают...

Давай ужинать не пойдём, вдруг нас отравят!

Я рассмеялся как можно беззаботнее:

Какой смысл нас травить! Шпионов не травят, а стараются выпытать, на кого они работают.

При упоминании о пытках, Виталик побледнел и замолчал, оглядываясь на дверь.

Пытки - это ерунда, - заверил я стажёра.
– Мне рояльность этого Миогена не нравится. Вот это уже серьёзно.

По взгляду стажёра я понял: он не знает, что такое рояльность. А, может, просто от волнения не соображает, о чём речь.

Рояльность просто зашкаливает, - повторил я.
– Ночлега у тебя нет - появляется гостиница с девушкой-заманушкой, еды нет - пожалуйста, ужин в холле, эксклюзы хочется - выставка опять же как по заказу...

Почему "рояльность"?
– всё-таки спросил Виталик.

Это термин из литературы, - пояснил я.
– Раньше писали фантастические романы про попаданцев. Ну, это что-то вроде нас, дилаперов, только случайно перемещённых в другие миры. Плохой автор старался упростить жизнь своему герою и выдумывал рояли в кустах.

Рояли? В кустах?

Это жаргонное название всяких удобных штуковин или явлений, которые попаданцу помогали победить всех врагов. Я сам не помню, почему это явление роялями называется. Но термином "рояльность" мы, дилаперы, пользуемся.

Я совсем забыл про суфлёра Пашу, которому наскучило молча сидеть у монитора и он подал голос:

Интересный у вас мирок, ребятки. Самоконфигурируемый. Рояльность как-то связана с самоконфигурацией. Это надо будет поподробнее изучить...

Он хотел ещё что-то сказать, но я отключил переговорник. Если нас прослушивают, то суфлёр-болтун может брякнуть что-нибудь лишнее.

Ладно, пойдём на ужин. Спать будем по очереди. На всякий случай.

Как ни странно, до утра мы дожили. Нас не отравили и не арестовали ночью. Утром за плотным завтраком я заметил, что Виталик выглядел плохо: осунувшееся лицо и огромные тёмные мешки под глазами. Первая ночь в новом мире, всё понятно. Скорее всего, глаз не сомкнул.

Поскольку мы не умели пользоваться анизотропом, и перепухальников у нас не было, мы добирались до выставочной полусферы на своих двоих. Благо идти было недалеко. В этом городе вообще всё было компактно.

Как и вчера, на улицах было полно аборигенов, болтающих о непонятных вещах, в которых нам с Виталиком предстояло разобраться при помощи суфлёра-аналитика. Я чувствовал, что выставка должна нам помочь в поиске эксклюзы. Не теряя надежды найти зацеп, я взял с собой первичный дилаперский набор для зацепа.

По дороге я осторожно косился по сторонам и подмечал различные странности и особенности, которых тут становилось всё больше и больше. Например, молодая красивая девушка, раздающая детишкам странные предметы. Приглядевшись, я признал в этих предметах невозможные объекты, которые просто физически не могут существовать в обычном мире. Мимо нас пробежал довольный мальчишка, держа в руках треугольник Пенроуза. Похоже, невозможные объекты девушка раздавала совершенно бесплатно. Неужели мы попали в коммунистический мир? Бесплатная гостиница (по крайней мере, с нас пока никакой мзды не потребовали), бесплатные игрушки, да ещё какие!.. Попросить бы одну и отправить на Землю, чтобы оценщики определили её стоимость у нас. Но пока не стоит, может, здесь взрослым не принято выпрашивать подобные вещи.

Недалеко от девушки стоял рослый парень и из какого-то ящика под довольный визг ребятни вытаскивал сказочные вещи. В прямом смысле сказочные: шапку-невидимку, скатерть-самобранку, гусли-самогуды. Ребятишки тянули к нему руки, и он не глядя совал им эти вещи.

Я кое-что тоже заметил...
– неожиданно подал голос Виталик, тревожно глядя по сторонам.

Что же?

Стариков нет. Совсем нет. И старух.

Это я уж давно заметил. Молодёжь одна кругом.

Стажёр поглядел на меня испуганными глазами:

А, может, они тут стариков?.. Того самого?.. Я слышал, бывают такие миры, где всех пожилых людей... ну... уничтожают физически.

Бывают такие, - согласился я.
– Но, думаю, не в этом случае. Видишь, какие они тут развитые? В смысле технологически. Если аборигены додумались телепортироваться, то для их учёных придумать омоложение - детский лепет.

Понятно, - посветлел лицом стажёр.
– Может, они такие рослые и здоровенные тоже из-за каких-нибудь технологий? Ну там генетическое что-нибудь...