Чтение онлайн

Он даже не замечал, как внимательно следят за ним новички, получившие задание обеспечить безопасность Цапова. Всю ночь до утра они по очереди дежурили, наблюдая за уголовниками. Ночь прошла спокойно. А утром за Мироненко пришли, чтобы освободить его.

На следующий день, когда Мироненко выпустили из тюрьмы под крупный залог, примерно через час из камеры были переведены в другую тюрьму трое заключенных — Цапов и двое подстраховывающих его офицеров. В автомобиле Мироненко были установлены микрофоны, за ним повсюду следовали сотрудники СБК и управления по борьбе с организованной преступностью. Уже в половине первого он отправился к Филиппу Кривому, чтобы рассказать ему о самом крупном деле, которое когда-либо случалось в Москве.

Оперативникам удалось подслушать их разговор. Они настроили лазерную аппаратуру, записывающую разговор по колебаниям оконного стекла. Сначала Филя долго и матерно ругал Мироненко, высказывая ему все, что он думает и о его умственной деятельности, и о его способностях. Мироненко покорно слушал, лишь иногда вставляя слово. Затем он долго и обстоятельно рассказывал о своем разговоре с Цаповым. Потом наступило долгое молчание.

— Это же против всех правил, — раздумывая, заметил Филя, — нельзя вмешиваться посредникам, пока к ним не обратились обе стороны.

— Ты не знаешь Жеребякина? — ядовито спросил Мироненко. — Он ведь в жизни не обратится. Готов будет удавиться, но копейки не даст.

— Это правда, — подтвердил Филя, — он точно не даст.

— Так чего ты ждешь? Нужно людей собрать и решение выносить. Или ты хочешь, чтобы они друг друга поубивали? Тогда вообще ничего не получим.

— Ты не гони, — строго заметил Филя. — Ты уже один раз из-за своей торопливости в тюрьму попал. Второй раз хочешь?

– 'Ничего, — услышали оперативники мрачный голос Мироненко, — сочтемся.

И с этим ювелиром, и с другими.

— Это после. А сейчас мне нужно будет поговорить с некоторыми людьми.

Может, ты и прав. Жеребякин в последнее время неуправляемым стал. Совсем голову потерял.

На этом разговор окончился. Филипп отправился кому-то звонить. К телефону была подключена соответствующая аппаратура, и оперативники смогли установить, что он звонил в известную коммерческую фирму, попросив к телефону ее президента. Затем он позвонил еще нескольким людям. Сведений о них не было ни в информационных блоках СБК, ни в информационном центре МВД. Никто даже не мог подумать о подобных связях Филиппа Кривого. Но самая большая сенсация произошла тогда, когда Филя позвонил самому Колесову, президенту другой не менее известной компании, и попросил о личной встрече.

Через полчаса он выехал к Колесову. Установить аппаратуру у главы такой крупной компании оперативники просто не успели. Да, возможно, и не смогли бы, так как служба безопасности компании Колесова состояла из бывших весьма квалифицированных сотрудников КГБ. Удалось лишь выяснить, что Филя Кривой действительно знаком с Колесовым. Это был невероятный, ошеломляющий факт. Но большего оперативникам узнать не удалось. А между тем Филя Кривой, поднявшийся в кабинет к Колесову, был принят хозяином в комнате отдыха.

— С чем пожаловал, Филя? — спросил Колесов. — Давно мы с тобой не виделись.

— Куда мне, — дрожащим голосом сказал Филя. — Ты теперь хозяин жизни, коммерсант, банкир, а я всего лишь скромный трудящийся. Ты и раньше был хозяином района, секретарем райкома. А я всегда был трудягой.

— Знаю, — засмеялся, отмахнувшись, Колесов, — у тебя доходы всегда были раза в три больше моих. Не прибедняйся.

— Какие доходы? Это ребята языками треплют. Ты мне лучше другое скажи, что у вас с чеченцами вышло? Неувязка, говорят. Весь город слухами полнится.

Война, говорят, началась Вчера Бориса убили, клуб взорвали. Зачем нам война в городе? Наш президент сказал, что войну мы закончили.

— Это он так считает, — нахмурился Колесов.

— Ну-ну, я ведь их не защищать приехал. Давите кавказцев ну и давите, это ваше дело. Хоть всех перестреляйте. Но в городе порядок должен быть. И другие очень авторитетные люди звонят ко мне, говорят, когда этот бардак кончится? Ведь работать невозможно, одна стрельба…

— Это ты им скажи, — отрывисто бросил Колесов, — они первые Афанасия убрали.

— А груз где? — ласково спросил Филя. — Ведь сумма большая была. Если Зардани к посредникам обратится, вам большие проценты платить придется.

— Откуда ты знаешь про Зардани?

— Я же говорю, что слухи разные ходят. Может, вам самим лучше к посредникам обратиться, чтобы сумму скостить? Сумма большая получиться может.

— При чем тут посредники? — мрачно спросил Колесов. — Мы свои дела сами решаем.

— Видим, как вы решаете. Стреляя друг в друга. И Бориса убили, — снова напомнил Филипп.

— На войне бывают убитые, — хлопнул ладонью по столику Колесов. — Мы сами выясним свои отношения с чеченцами. Ты, Филя, лучше в это не встревай. И никто пусть не встревает. Мы все выясним сами.

— Ну как хочешь, Андрей Потапович, — поднялся Филипп, — значит, поговорили.

Как только он уехал, Колесов позвонил Жеребякину. Оперативникам удалось прослушать этот разговор, так как Андрей Потапович позвонил Жеребякину на мобильный телефон.

— Как там у тебя дела, затворник? — зло спросил Колесов.

— Ничего, — ответил Жеребякин, — сижу на даче.

— Пока ты там сидишь и мух ловишь, вся Москва о тебе говорит. Филя приезжал ко мне. Говорит, посредники вашим делом интересуются. Ты понимаешь, что это такое?

Жеребякин молчал.

— Ты хоть понимаешь, сколько это будет стоить? — распаляясь, крикнул Колосов. — Какие это деньги, ты понимаешь?

Жеребякин ошеломленно молчал, не зная, что ответить.

— Ничего ты не понимаешь, — сказал Колесов. — Ну и черт с тобой! Я сам меры приму.