Чтение онлайн

– Возможно… – Джейсон вновь сжал свою руку, поскольку беседа стала более содержательной. И это позволяло найти разгадку этой ужасной игры.

«Штутгарт, Регенсбрук, Мюнхен. Два убийства и похищение… Тегеран… восемь убийств».

Все это молнией пронеслось в его голове, пока она говорила.

– … всегда таким простым способом.

Жакелина продолжала говорить, но он не слышал ее.

– Что вы сказали?

– Вы, наверное, что-то вспомнили, месье? Я рассказала вам, как он делал себе рекламу, выдавая контракты Карлоса за свои.

– Но почему вы все-таки уверены, что он американец? Или это всего лишь ваше личное мнение? Я понимаю, что вы любите американские деньги, но неужели это распространяется на весь их экспорт?

– Это не мое личное мнение, месье. Это проверенная информация.

– Как вам удалось получить ее?

Лавьер покачала бокалом, перебирая пальцами по его стенкам.

– Наши люди сумели подкупить одного человека в Вашингтоне. Одного их тех, кто всегда был недоволен своим положением, как бы высоко оно ни было.

– В Вашингтоне?

– Американцы тоже вели наблюдение за Кейном с намерением, как мне кажется, таким образом приблизиться к Карлосу. Вся информация, связанная с «Медузой», никогда ими не афишировалась, и Кейн мог бы явиться в данном случае непредвиденной помехой. Этот человек из Вашингтона с обостренным самолюбием, перешедшим в обиду, обеспечил нам доступ к значительной части информации, включая и архивы «Медузы». Далее все было значительно проще: связать имена из архива с именами в Цюрихе. Просто для Карлоса, а не для кого-нибудь еще.

«Слишком просто», – подумал Джейсон, не отдавая себе отчета в том, почему эта мысль его так задела.

– Да, я вижу, что вы в курсе, – заметил он.

– А вы? Как вы его отыскали? Не Кейна, а Борна?

Сквозь тревожащий его туман он изложил другую версию. Она принадлежала не ему, а Мари.

– Гораздо проще. Мы оплачивали его, используя краткосрочные депозитные счета, тогда остаток должен был переводиться на другой счет. Номера счетов при этом можно проследить. Это обычная банковская операция, предусмотренная налоговым механизмом.

– И Кейн допускал это?

– Я полагаю, что он не догадывался об этом. Номера счетов принесли свою пользу с помощью разных телефонов на «фише».

– Поздравляю вас.

– Это необязательно, а вот информация о Кейне – другое дело. Все, что вы рассказывали до сих пор, это, по сути, методы его идентификации. Теперь продолжим… Все, что вы знаете об этом Борне, нас очень интересует. «Будь осторожен. Старайся говорить без напряжения в голосе. Очень важно иметь факты, которые можно сопоставить…» Это говорила Мари. Как хорошо, что ее здесь нет.

– То, что мы о нем знаем, конечно, не является полным. До того, как он попал в Сингапур… Нет, немного не так… До того, как он попал в «Медузу», он представлял в Сингапуре группу американских экспортеров из Нью-Йорка и Калифорнии. В процессе этой работы он оказался замешанным в денежных махинациях, и ему грозил вызов в Штаты для разбирательства. В Сингапуре его знали как человека, замешанного в контрабандных операциях и других нарушениях закона.

– А до Сингапура… откуда он появился? – прервал Жакелину Джейсон, вновь ощущая приступ внутренней боли, которая сопровождалась картинами, переносящими его на залитые солнцем улицы Сингапура.

– Таких сведений нам получить не удалось. Только слухи, но и те призрачные. Говорили, например, что он был лишенным сана иезуитом, совершившим убийство. Другие считали, что он был начинающим банкиром, укравшим значительные суммы в сговоре с представителями нескольких банков. Но ничего конкретного, что можно было бы проследить, нам не сообщали. Я имею в виду до Сингапура.

– До сих пор я не услышал ничего, что заинтересовало бы нас.

– Но я не знаю, чего вы хотите! Вы задаете вопросы, сосредотачиваясь на деталях, и когда я пытаюсь ответить на них, вы отклоняете их, как несущественные. Так чего же вы хотите?

– Что вы знаете о… работе Кейна? Поскольку вы заинтересованы в компромиссе, то мне нужны причины для его поддержки. Если наша информация будет отличаться, это и завершит разговоры о его работе, не так ли? Так когда он впервые привлек ваше внимание? Внимание Карлоса?

– Два года назад, – начала мадам Лавьер, приведенная в замешательство нетерпением и резкостью Джейсона. – Сообщение пришло из Азии. В нем говорилось, между прочим, о белом человеке, предлагавшем работу, аналогичную той, которую выполнял Карлос. Он очень быстро вступил на стезю профессионала. В Мулмейне был убит посол, два дня спустя в Токио убит видный политик, причем убийство произошло перед началом очередных дебатов в парламенте. Еще через неделю на улице Гонконга взорван редактор газеты вместе с автомобилем, и менее чем через сорок восемь часов на одной из улиц Калькутты был застрелен банкир. И за каждым из убийств стоял Кейн. Всегда Кейн! – Жакелина замолчала, наблюдая за реакцией собеседника, который слушал ее весьма спокойно. – Неужели вы не видите? Он был везде. Он мчался от одного убийства к другому, заключая контракты с такой быстротой, как будто его вынуждали быть неразборчивым. Он так спешил, создавая себе репутацию, что приводил в растерянность даже опытных профессионалов. Никто не сомневался в том, что он был профессионал, и меньше всех Карлос. Инструкции на этот счет были простые: узнать все об этом человеке. И менее чем через год он получил подтверждение. Донесения пришли от информаторов из Манилы, Осаки, Гонконга и Токио. Там сообщалось, что Кейн направился в Европу и выбрал Париж как базу для всех своих операций. Вызов был очевиден, перчатка брошена. Кейн собирался уничтожить Карлоса. Он хотел стать «новым» Карлосом, и для его работы это было необходимо. Его работы жаждали те, кто в ней нуждался. Такие люди, как вы, месье.

– Мeлмейн, Токио, Калькутта… – еле слышно повторил Джейсон названия городов. Вновь перед ним стали возникать тени забытого прошлого. – Манила, Гонконг… – он умолк, пытаясь рассеять туман и вглядываясь в странные очертания видений, захватывающих его воображение.

– Эти и многие другие города, – продолжала она. – Но Кейн совершил ошибку, причем с самого начала. А состояла она в том, что все, кто работал на Карлоса, не были так продажны, как думал Кейн, многократно пытаясь проникнуть в сеть его информаторов. Когда Кейн направлялся в Европу, то он не знал, что его деятельность в Берлине, Лиссабоне, Амстердаме и даже в далеком Омане полностью известна Карлосу.

– Оман, – непроизвольно произнес Джейсон, – шейх Мустафа Калич, – прошептал он как бы про себя.

– Это так и не было доказано! – мигом прервала его Лавьер. – Все это дело покрыто мраком, а сам контракт является фальшивкой. Кейн укрепил свою репутацию благодаря убийству, которое не было доказано. Это ложь!

– Ложь… – повторил за ней Борн.

– Здесь очень много лжи, – презрительно добавила она. – Однако он не дурак и весьма искусно умеет использовать ложные ходы, делая намеки тут и там, отлично понимая, что в пересказах они обретут реальность. Кейн провоцировал Карлоса всякий раз, обеспечивая себе репутацию за счет человека, которого собирался заменить, заключая контракты, которые не в состоянии был выполнить. Ваш случай далеко не единственный. Мы слышали, что их было много. Этим объясняются разговоры о том, что на несколько месяцев он исчезал, избегая всяческих контактов.