Чтение онлайн

— Это уже решено? Про осла? — Сид с любопытством присмотрелся к девушке, удивленный се проницательностью.

— Конечно, нет! Ты можешь преобразиться в Юлия Цезаря или Гамлета. Восточный шейх у нас уже есть. И мальчик-паж — тоже… — Софи повернулась. — Смотри — на лужайке находится основная труппа — Кери и Кеннет — брат и сестра. Кери нравится изображать мальчишку, а еще она неравнодушна вон к тому белобрысому Шварценеггеру. Кеннет, по слухам, сохнет по мне. А живописнейшие восточные джентльмены оказывают нам честь своим присутствием.

— Осторожно! — Сид вскочил, придержав развернувшуюся Софи за локоть. — Ты слишком отчаянно играешь с высотой. Может, сядешь в кресло? Извини, у меня голова кружится от одного вида… Это после того, как у соседки разбился кот. Он выпал из окна.

— Ты много повидал, бедненький… Я тоже однажды видела, как погибла Альма… Это наша собака, она родила троих щенят, а с четвертым что-то не вышло. Пока ехал из города ветеринар, Альма умирала… Она тихо поскуливала и лизала мне руки…

— Эй, перестань. Не стоит подыгрывать мне и нагнетать печаль. Достаточно того, что ты оказала любезность чокнутому гостю, переместившись в кресло.

— Спасибо, — Софи строго взглянула на Сида. — Если захочешь что-нибудь рассказать мне — я в твоем распоряжении. Самая внимательная и чуткая слушательница. Принимаю свежие исповеди и уцененные воспоминания.

Сид встряхнул головой, прогоняя искушение выложить самые постыдные свои секреты едва знакомой девушке.

— Приготовь махровую жилетку. Обычно, исповедуясь, я сильно плачу.

— Нет проблем. — Софи закинула ногу на ногу. — Комфорт и конфиденциальность гарантирую.

— Ладно. Ты, кажется, говорила о безудержном веселье. Можно мне облачиться в Зорро? Или там… Ну, в общем, плащ, маска. Уж если ощущать себя дерьмом, то деликатнее превратиться в невидимку.

— Перебор. Ты славный парень, это сразу видно. Моя мама весьма зоркая особа, разглядела в тебе деликатность и ум. И еще решила, что голубая спальня тебе противопоказана.

— Графиня — удивительная женщина.

— А господин Сидней Келвин — кривляка. — Софи критически рассматривала парня. — Знаешь, ты похож на болгарина. Южнославянский тип с турецкими кровями.

— Моя мама была итальянкой.

— Была? Извини… — спохватилась Софи. — Мне вообще частенько кажется, что национальные различия — самая вредная из всех придуманных человечеством глупостей. Как и религиозная рознь… Нет! Молчи. Мы так никогда не договоримся. Завтра маскарад, но я никому не скажу, что ты останешься. Мы придумаем какой-нибудь жуткий трюк. Явишься в разгар бала и укусишь Пауля. Он злюка и заслуживает укуса гремучей змеи.

— К сожалению, я не ядовит. Наверняка среди гостей наберется еще пяток негодяев. Мне придется до карнавала смотаться в Африку и заразиться СПИДом.

— Отличная идея! Интересно, как выглядит костюм «вирус ВИЧ»? К несчастью, основные негодяи не появятся. Ну, например, Руфа, отбившая у меня в школе главного поклонника — тренера по баскетболу. И Алекс в отъезде. Он задолжал мне дюжину проигранных в споре пирожных с 1983 года. Я пригласила тридцать человек. Подтверждения получила от девяти. Сейчас такой сезон — кто-то еще не прибыл из колледжей, а кто-то сбежал путешествовать. Кстати, я заканчиваю Сорбонну.

— А мне не удалось завершить обучение даже в художественной мастерской, где преподавал мой дядя.

— Кажется, его зовут синьор Амирато? Его картина находится в маминой галерее. Думаю, это довольно мрачный тип, — иронично глянула на гостя Софи.

Сид усмехнулся:

— Он подписывал своим именем некоторые мои полотна. Если кто и мрачный, то это точно я. Дядя предпочитает «веселящий газ». Так он называет излюбленную гамму с использованием компьютерной графики и люминесцентных красок.

Софи скорчила печальную рожицу:

— Мать опять права. Она разгадала трюк сразу… Слушай, может, ты и вправду оденешься Фантомасом? Уж очень много вокруг тебя загадок — кружат, как пчелы над тортом.

— Деликатное сравнение, — хмыкнул Сид. — У меня есть другое.

— Замолкни. Ты про себя уже все доложил. Ша, дорогой! — Софи встала и подняла руку. — С этой минуты объявляю тебя, Сидней Келвин, благополучным, сытым, резвящимся на лужке жеребчиком. Стопроцентный мажор.

— Отчаянный авантюрист и любитель приключений, — добавил Сид, щурясь от лучей заходящего солнца. Золотой поток окутал его теплом, пронизал каждую клетку избавляющегося от страхов тела. — Господи, пусть никогда не приходит ночь, — попросил Сид, опустив веки. Когда он открыл глаза, Софи на балконе не было.

Графиня одевалась к встрече гостей. Генрих звонил из Барселоны и просил передать свои сожаления по поводу отсутствия на балу. Он и в самом деле обожал принимать участие в затеях Софи. И пылко, очень пылко заверял жену в своих нежных чувствах. Не слишком ли пылко? Снежина в который раз пожалела о том, что не умеет ревновать. Она переносила свои собственные качества на характер любимого мужчины и полагала, что на мелкие флирты мужа, если таковые имеются, не стоит обращать внимания. Для нее не было истинных конкуренток в сердце Мирчо, она не могла представить рядом с Генрихом другую женщину. А вдруг?

Подготовка к карнавалу живо напомнила ей давние крымские дни. Наверно, потому что Софи и ее гости быль столь же молоды и еще сегодня здесь находится сын Арчи.

В жизни Снежины было множество балов, раутов, ответственных приемов, сумасбродных пирушек. Были венецианские карнавалы и гулянья на празднике басков, фуршеты со знаменитостями на кинофестивалях, показы высокой моды, было множество глаз, для которых она старалась выглядеть ослепительно.

Сегодня она старалась ради Софи. Мать и дочь, как всегда, должны были быть похожи на сестер и вызывать восторженное восхищение. Снежина посоветовала дочери выбрать ослепительно белый наряд, выигрышный в ночном освещении, фигурка хозяйки праздника будет светиться, словно лунное серебро. Сама она тоже надела белые кружева. Узкое длинное восхитительно строгое и умопомрачительно дорогое платье. Манжеты почти закрывают кисти рук, гипюр глухо поднимается до самого горла. Зато узкий разрез, идущий к бедру, и прорезь вдоль спины, скрепленная единственной алмазной булавкой, добавляют изрядную долю пикантности. Снежина зачесала наверх волосы и заколола их жемчужной шпилькой. Столько стараний ради эпизодического появления на сцене перед озабоченным своими проблемами молодняком.

В полном блеске она вышла на балкон, по-хозяйски оглядывая украшенный гирляндами разноцветных лампочек парк, накрытые среди клумб столы, возле которых уже толпились прибывшие гости. Кажется, идею карнавала охотно поддержали. Снежина разглядела пестрые домино, пудреный парик какой-то маркизы, колпак и гофрированный воротник Пьеро. А вот и толщенный Санта-Клаус со своей бородой и традиционным мешком. Какие-то зловещие маски. Изобразить Дракулу или Бэтмена теперь не составляет никакого труда, как и любого другого популярного на карнавалах персонажа. Не надо ничего изобретать, клеить, шить — достаточно лишь зайти в магазин, что и сделали эти ребята, выбрав маски пострашнее и всяческие прибамбасы в «лавке ужасов». Некто обвесился весьма натурально выглядевшими пластиковыми червями, а на шее Пауля повис Питон. Нептуна здесь, конечно, не будет. И чертей, окунающих жалких шахматистов в бочки с грязью…