Игры марионеток
Шрифт:
Народ же успокоился, узрев перед собой мудрого пастыря и ровную дорогу, по которой тот ведет свою паству, точно зная путь.
Ловко обходя препятствия и минуя преграды.
На этом пути верным своим попутчиком сделал он церковь, коей оказывал величайшее почтение, уже одним только тем, что чтил каноны и жил, в строго соблюдая все заповеди.
Второй кит звался Скупостью.
Получив в наследство скудную казну, Император повел себя не по-царски.
Не так вели себя прежде русские цари, чья тяга к роскоши, породила легенды.
Отнюдь.
Те, кто наблюдал за ним, с удивлением замечали, что молодой гигант ведет себя как скуповатая хозяйка на кухне, с запасом провизии скудным и небогатым
Именно так.
Хотя это злило многих, но он привык к тому, что его действия не встречают поддержки.
Так, экономя каждую копейку и педантично копя, собранные из копеек рубли, он достиг много.
Впрочем, успехи варварской страны, братьям известны.
Они встревожили нас, о чем говорил Хранитель…
— Не только они — негромко отозвался старец из темных глубин своего трона — пещеры.
Не только. — Согласился с ним тот, кого звали Оумом, —
Потому, что тревожил нас также и третий кит, ставшей опорой царя варваров.
Имя ему — Гордыня.
Да!
То, что принято считать не иначе, как смертным грехом, оказалось для царя Александра третьей опорой его величия.
— Втом заключен великий парадокс власти, — вновь прервал говорившего старец.
Добродетелью земных владык оборачивается то, что предосудительно для их подданных.
И напротив, добродетель простого смертного, для владыки становится пороком.
Мы уже говорили сегодня о том, кому предстоит сменить Варвара на троне.
Добродетели этого человека — безмерная любовь к семье, преданность жене, доброта, мягкость нрава — погубят страну, и обрекут на страшную смерть миллионы ни в чем не повинных.
Да, гордыня его отца, напротив, подняла страну среди прочих государств и народов.
Без страха и сомнения, он отстаивал интересы свой державы, и пуще всего оберегал ее достоинство.
Не развязывал войн, но и не страшился их.
Уверенность, с которой он высказывал претензии на господство в тех землях, где ранее хозяйничали другие, заставляла прочих властителей прислушиваться к голосу Варвара.
Сначала — с презрительным недоумением
Потом — с тревогой.
Позже — с почтением.
И, наконец, — со страхом.
Но это шло на пользу его державе.
Армию и Флот назвал он единственными своими союзниками, и ничего не жалел для укрепления их мощи.
Итак, жестокость, скупость и гордыня….
Почему бы тебе не сказать иначе: воля, рачительность и честь? — Негромко поинтересовался Посланец, того, кто признан был Царем Мира.….»
На этом рукопись обрывалась.
В письме старика была просьба, а, пожалуй, что и требование — не рассматривать его записки, как документ исторический или научный.
Она хорошо помнила об этом.
Но соблазн был велик.
Много часов провела, листая исторические фолианты, читая все — что могла раздобыть — относящееся к эпохе правления Александра III.
И не нашла ответа.
Пыталась идти другим путем, знакомясь с работами по эзотерике.
Искала в сложных, мистических и философских доктринах миро устройства.
Но — тщетно.
Нигде не упоминались таинственные Слуги мира.
Слабый свет забрезжил лишь трижды.
В старой книге натолкнулась она на слова Оум и Аум. Сказано было, что это мистические звуки, символизирующие в мистических текстах индусов и буддистов космическую пара энергию.
Слово Одкрафт упомянуто было немецким ученым фон Райхенбахом много позже, уже в восемнадцатом веке, но означало, в принципе, то же самое. Немец писал о некой «жизненной энергии», которая вызывает мистическое свечение человеческих тел и даже неодушевленных предметов.
И, наконец, таинственные звуки: «Ар— эх— ис— ос— ур» — приводились в одном из трудов по эзотерике, как древне магическое заклинание, содержащее формулу вечности.
Озарение было коротким.
Дальше простиралась беспросветная тьма.
Никакой другой информации она раздобыть не сумела.
Макеев. Медиа
Пришел день шестой.
Несмотря на то, что пол — ночи проведено было в хлопотах — разбитый «Мерседес» надо было пристроить в ремонт, а потом на «попутке» добраться до дома — утром он проснулся достаточно бодрым.
С твердым намерением воплотить в жизнь все решения, принятые накануне.
Неожиданная весьма мысль вдруг вспорхнула в сознании:
«Что, кстати, сотворил Господь на шестой день?
Что-то важное, потому что следующий седьмой — он отдыхал.
Вроде бы — так.
Значит, на шестой день он сотворил человека, что есть важнее его в мироздании?
Что ж, будем считать это хорошим предзнаменованием.
Меня ведь озарило, едва наступил день шестой. Было уже за полночь.
Это — точно
Наскоро поглотив кофе, он взялся за телефон.
Машину взаймы нашел довольно быстро и уже через час мчался по Москве на чужом громоздком, но ходком джипе.
В «Останкино» заскочил всего на минуту, успокоив, однако, своим бодрым видом совсем уж поникшую секретаршу Аню.
Из сейфа, где хранилось немного наличных денег, какие-то сценарии, договоры, накладные и несколько кассет с убойным компроматом, извлечен был плотный пластиковый пакет со злополучной «лодочкой»