Чтение онлайн

Пока Тьебо изучал размещенную на стене коллекцию кропильниц, Довернь вцепился в местную газету, первая полоса которой была посвящена достижениям спортсменов. Фанатик кино и регби, Пупсик с момента приезда в Ажен находился на седьмом небе: мало того, что впервые в жизни попал на съемки, так еще и где! В самой Мекке благородной игры! Не считая уж того, что — комиссар сразу это заметил на базаре в Валанс-д'Ажен — помощница режиссера произвела на молодого полицейского очень сильное впечатление.

Хорошо еще, что фильм напоминает о печальной судьбе Красавчика Шарля, а то бы он вообще почувствовал себя чуть ли не в отпуске!

— Вы не теряете времени, господин комиссар!

Тьебо обернулся. Шальван рассматривал его, стоя на пороге комнаты.

— Вы тоже. Как я только что имел удовольствие наблюдать, съемки у вас вразгаре…

По лицу продюсера промелькнула тень. Он явно опасался, что из-за приезда полицейских работа пойдет медленнее.

Шальван закрыл за собой дверь и пригласил, указывая на кресла:

— Не хотите ли присесть?

— Спасибо, нет. Я люблю ходить по комнате. Но вы, пожалуйста, не стесняйтесь из-за меня.

— Что нового э-э… в деле?

Тьебо отметил нотки беспокойства, прозвучавшие в голосе Шальвана.

Подойти сразу к достаточно своеобразной личности Красавчика Шарля или сначала дать собеседнику понять, что пока его выделяют из группы?

Комиссар выждал минутку и начал приветливо:

— Мне понадобится ваша помощь, господин продюсер…

— К вашим услугам, комиссар! Она вам гарантирована.

— Спасибо. Взамен могу пообещать вам, что буду очень стараться вести свое расследование, исходя из интересов съемок. Вам надо только дать мне план работы, а я уж сделаю все возможное, чтобы как можно реже нарушать его.

Шальван, кажется, немного успокоился.

— Кроме того, надо признаться, мне очень интересно наблюдать, как будет продвигаться по ходу сценария мой «коллега». Я ведь, некоторым образом, веду здесь следствие в следствии. И, если у вас появится необходимость, могу помочь советами актеру, играющему в вашем фильме роль комиссара. — Он улыбнулся. — Знаете, у нас, у полицейских, есть свои привычки, даже, сказал бы, мании, есть свои характерные профессиональные черточки, свои способы вести допрос… А на экране все это часто, к сожалению, искажается, мы выглядим карикатурами…

— Будем счастливы услышать ваши комментарии по существу! — заявил продюсер.

— Вот и ладненько. Большое спасибо.

Обменявшись с Шальваном любезностями, Тьебо решил, что пора перейти к делу. Вытащил листок, приготовленный для него Жанной, и заглянул в него.

— Если не ошибаюсь, в съемке, на которой я только что имел честь присутствовать, главные роли исполняли Мишель Ванье и Жорж Бреннер?

— Да…

— После обеда вы снимаете тех же актеров?

— Тех же, а если все пойдет хорошо, то успеем еще снять пару планов с Элен Мансар и Симоном Жувеном. Там у вас в списках их имена тоже должны быть…

— Все в порядке, они есть.

Шальван поколебался немножко, но все-таки решился:

— Скажите, вы намерены ограничиться… беседами только с теми, кто был у меня в тот вечер?

— Сначала — да. Но если потом, в результате разговоров с ними, появится необходимость расширить круг свидетелей, я и это сделаю так, чтобы не нарушать вашего графика. — После паузы комиссар добавил. — По-моему, это должно вас успокоить…

Продюсер испустил протяжный вздох.

— Поймите меня правильно, господин комиссар, я не могу не сказать об этом. Ваш приезд сюда, каким бы чутким и внимательным вы себя ни показали, все равно создает в группе напряженность, которая, добавляясь к естественной, неизбежно возникающей из-за самих съемок, может совсем разрушить нужную нам атмосферу.

— Хочу вам напомнить, что было только две возможности: либо так, как мы делаем, то есть нам приехать сюда, либо — оставить всю группу в Париже на неопределенный срок!

— Я помню, помню, господин комиссар! Я вед сам настаивал на том, чтобы вы разрешили нам уехать вовремя. — Беспокойство продюсера снова прорвалось наружу. — Но я хотел выбрать оптимальное решение. Как говорится: меньшее из зол! — Он поднялся, подошел к окну и, слегка отодвинув занавеску, посмотрел на небо. — Простите, но сегодня после обеда нам нужно хоть немножко солнца. В принципе, можно надеяться, что хорошая погода установится надолго, так обычно и бывает в здешних краях в это время года… — Он поглядел на часы. — Поскольку вы были на съемке в Баланс, вы должны были слышать, что мы начинаем в 14.30 в тридцати километрах отсюда, и…

— Нет-нет, пожалуйста, не беспокойтесь из-за нас. Делайте то, что вам надо. Я думаю, вы отобедаете здесь?

— Конечно.

Тьебо повернулся к Доверню:

— А вы знаете, где та мельница, о которой говорил режиссер?

— Разумеется, знаю, патрон.

— Отлично. Возможно, я съезжу туда.

Шальван понял, что худшие его опасения оправдываются.

— Я… Следует ли мне предупредить актеров и персонал о вашем присутствии, о его целях? Или вы предпочли бы собрать группу и сделать это сами?

— Предупредите, пожалуйста.

Двадцать минут спустя, войдя в комнату, служившую в отеле «Золотой рог» столовой, Тьебо заметил там за длинным столом часть киногруппы.

Когда комиссар вошел, все замолчали, взгляды обратились к нему. Он понял: они уже знают… И с благодарностью кивнул Шальвану, прежде чем усесться за свой заранее заказанный столик.

Довернь вскоре присоединился к нему, попросил принести мартини и погрузился в изучение меню, пытаясь вычислить заранее, какие удовольствия сулит ему местная кухня.