Чтение онлайн

Мария поправила платье, хотя необходимости в этом не было, затем посмотрела прямо на Кира.

— В семье я белая ворона, Кир. Моя мама считалась первой красавицей в районе жилых кварталов, её сёстры и племянницы тоже пользовались успехом, что в обществе Далу считается хорошим знаком. Женщины здесь не стараются познать мир или разнообразить собственное существование, для них предел мечтаний — это удачное замужество. А что делать, если ты не хороша собой, если нет у тебя ни харизмы, ни изюминки? Тогда ты обречена на одиночество, о чём мне не забывали напоминать. Ничего скорбного в этой истории нет, но в собственной семье я не чувствовала себя комфортно. Отец переживал, что замуж я не выйду и останусь сидеть на его шее. Даже за обучение в обычной школе не хотел платить. А ещё я «много болтала» о том, о чём не принято говорить в культурном обществе и как-то позволила себе заявить, что обычный рыбак или плотник ничем не хуже служки управляющего. Наместнику это не понравилось…

— Поэтому они отправили тебя к дяде в деревню?

— Да, точнее выгнали, запретив возвращаться в родной дом. Вывели пятно на красивом семейном полотне. Анастасия была самой гадкой из них. Она доходила до прилюдных оскорблений и неприятных розыгрышей. Жаль, что я не могла её пристрелить, как ты того оленя в лесу... Я выгляжу жалкой, да?

— Совсем нет. Ты выглядишь… живой.

Кир осторожно положил руки девушке на плечи.

— Чтобы ты знала, я никогда не считал тебя бельмом, наоборот, был рад среди суровых наёмников увидеть тонкий солнечный луч. Ты их совесть и душа, Мария. Лишь ты одна прониклась моими страхами и старалась поддержать. Людей участливей тебя я не встречал. Веришь мне?

Девичьи глаза наполнились слезами. Впервые за долгое время она показала себя Киру в полноте сложного образа. Не таясь и не лукавя, Мария дала волю чувствам. Опустив голову на грудь Кира, она горько заплакала. Тяжёлые капли внутренней грозы стекали по швам и пуговицам нового наряда, оставляя на ткани тёмные озерца печали. Кир держал её крепко, и только сейчас осознал: сердце его наполнилось новыми переживаниями. И гладя вьющиеся волосы, стройную спину и холодную от ветра щёку он понимал, что нужен ей, что место его рядом. Невзирая на статус храброй и решительной лучницы, Мария оставалась ранимой девушкой, желавшей любви, дружбы и поддержки близких. Она научилась закрываться, научилась стоять за себя, но в груди её таилось израненное сердце. Она хотела быть красивой для мамы и любимой для отца, хотела понимания сестёр и веры в человечество, но встретила лишь жестокую реальность, в которой облик дороже характера, а статус важнее правды. И именно поэтому она вступалась за Кира каждый раз, когда Ли Су язвил, именно поэтому поддерживала улыбкой и кивком. Она видела в нём себя. Растерянного, одинокого, мечтающего о простых радостях жизни. Мария — нежный, но сломленный цветок, нашедший приют в суровой семье Агнара. И Кир вдруг осознал, что будет защищать и поддерживать её до конца своих дней.

***

Снова отряд Агнара держал совет, собравшись вокруг тягучей жижи, названной трактирщиком гороховым супом с копчёностями. Подальше от дверей и щелей, где могли заседать любопытные уши, они делились тем, что удалось узнать за день.

Вернувшись из города, Кир и Мария скинули в общую казну вырученные за рецепт деньги. По подсчётам не хватало лишь пары марок, но Ли Су заверил, что для него это не проблема.

Печальными сидели лишь Агнар и Мария. И вскоре остальные узнали причину их тревоги. Агнар рассказал о шпионе, которого не ожидал увидеть так далеко от дома, Мария — о двоюродной сестре, которой лучше не показываться на глаза, так как их семья тесно связана с правящей верхушкой.

— Значит, нам с тобой, дорогая, лучше до юбилея наместника из таверны не выходить, — задумчиво протянул Агнар, потирая нахмуренный лоб. — Кир, — тут же обратился он, — завтра с Ли Су пойдёшь ты.

— В публичный дом? — криво улыбнулся Кир.

— Да.

— Мне удалось проверить четвёрку претендентов, — вклинился Ли Су. — Надсмотрщица обещала, что завтра придут другие.

— Надсмотрщица? Как тебе удалось её склонить на нашу сторону? — спросила Мария. Пока Камо разливал по мискам суп, она осторожно складывала купленную для продажи рецепта одежду.

— Я немного слукавил о тайном объединении рабочих, — ухмыльнулся мужчина. — Она поначалу сопротивлялась: умная попалась бабёнка, — но вскоре страх за место и подопечных пересилил подозрения.

— Ловко, — хмыкнул Зубери.

— Да как бы не так, — решил признаться Ли Су. — На самом деле я опростоволосился: ни копейки не взял в Дом, на чём и был пойман. Пришлось выдумывать оправдание прямо на ходу. Мне ещё повезло, что она приняла мой лиенмоуский акцент за плохую актёрскую игру.

— Ладно-ладно, — по-отечески улыбнулся Агнар, — вышло же всё лучшим образом. Как бы мы там лазали без подозрений, не придумай ты славную легенду?

— Главное, чтобы она не начала работниц расспрашивать о тайном объединении рабочих или всё хозяйке не рассказала. Вот тогда будет потеха!

— Не будет, раз за место держится.

— Слушай, Агнар, а этот Одд тебя точно не видел?

— Не могу быть уверенным, но после Дома я петлял по городу несколько часов, потом ещё выжидал, следил за дорогой. После хватанул шляпу на рынке с первого попавшегося прилавка и пошёл уже в ней.

— У меня ещё вопрос, — сказала Мария. — А как Кир заставит наставников в лекарском центре показать ему, как лечится нужная хворь? Вдруг до этого места в обучении они только через месяц дойдут?

Агнар молча кивнул, встал с места и направился к походному рюкзаку. Из крайнего кармана показался маленький бутылёк с мутным содержимым.

— Вот это, — указал он, — есть возбудитель в питательной среде. Образец Роману прислали из лекарского центра в Шаду, надеясь, что советник отыщет способ борьбы с болезнью. Это ещё одна причина, по которой нам нужно было спешить. Тварь, сидящая внутри бутылки, проживёт ещё пару дней.

— А если мы не успеем? — усомнился Кир.

— Тогда придётся применить грубую силу, а затем бежать из города поджав хвосты, но в таком случае вернутся домой не все, так как кому-то всё же придётся отвлекать внимание на себя, пока ты не достигнешь границы.

Кир совсем не хотел, чтобы кто-то из собравшихся оставался в Далу, тем более он не хотел их смерти.

— Получается, ты хочешь, чтобы мы начали эпидемию в Синем городе?

— Не эпидемию, нам нужно заразить только одного. Когда его приволокут в центр, лекари однозначно покажут остальным способы работы с болезнью.

— Если перед нами тайный замысел князя Согдевана и императора Далу, вряд ли лекари будут показывать лечение болезни всем ученикам. Наверняка хворь является тайной, — покачала головой Мария.

Ли Су, до этого обдумывавший высказанную идею, вдруг вскинул указательный палец вверх.

— Когда мы заразим кого-то, а Кир попадёт в центр, Зубери или я пустим слушок об эпидемии. Тогда у главных лекарей просто не будет выхода, им придётся обучить большее количество людей.

Остальные согласились с планом и, наконец, принялись за ужин. Помимо работы над основным делом им ещё предстояло выступить на юбилее наместника, и сделать это нужно было хорошо, чтобы не вызвать подозрений. Поэтому об игре на инструментах союзники не забывали.