Чтение онлайн

Судьи только что возвратились из тайной комнаты, куда уходили на совещание, и приговор уже был вынесен, оставалось только лишь его огласить. Что, скинув с головы капюшон, и сделал один из собравшихся, оглядев всех ненавидящим взором фанатика:

– Ян из Гусинца, зовомый Ян Гус, бывший профессор… бывший ректор… бывший…

Слова отзывались в мозгу Егора холодным безжалостным эхом.

– Еретик! Еретик… еретик… еретик… По приговору суда, волею императора и святейшего папы… К смерти без пролития крови… к смерти… смерти… смерти…

– Некто, дерзновенно именующий себя фюрстом и королем Русии… королем Русии… Русии… Русии… Самозванец и еретик, смущающий людские умы… Еретик… Еретик… Еретик… К смерти… смерти… смерти…

И вот уже на узкой площади они стояли рядом у позорных столбов – бывший профессор Пражского университета Ян Гус… и Егор Вожников… Великий князь Георгий!

– Самозванец! Смерть ему, смерть!

У ног приговоренных к смерти уже лежали пухлые вязанки хвороста и дров, осталось лишь только поджечь… и ухмыляющийся палач в красном капюшоне, сплюнув, поднес к хворосту пылающий факел!

И сразу же занялось пламя, лизнуло Егора в щеки… и уже больше не отпускало… Затрещал вскипающий жир, и страшная, нестерпимая боль пронзила все тело…

– Не воруй, не воруй лес, ага-а-а! – подпрыгивая, грозил кривым пальцем палач, в котором Вожников тут же признал известного на весь район взяточника – помощника районного прокурора.

– Я не ворова-а-ал! – кривясь от боли, закричал Егор. – У меня лесопорубочный билет в порядке, сами видели… И знаю я, кто все это подстроил, знаю!

– И мы знаем! Все про тебя знаем, все-о-о!

Егор проснулся в холодном поту, уселся на полу в кибитке, обхватив руками голову. Князь прекрасно понимал: это был не просто сон – видение. Наконец-то… Что ж, выходит, Сигизмунд все же решил перестраховаться, просто-напросто убрав своего самого опасного – в недалеком будущем – соперника. Принцип вполне понятный – нет человека, нет и проблемы. Сигизмунд еще довольно молод, умен и весьма хитер… но не мудр – социального опыта маловато. По такому же принципу – «человек – проблема» – он расправится и с Яном Гусом… сильно подставив своего старшего брата, короля Чехии Вацлава, и получив головную боль на долгие годы в виде знаменитых Гуситских войн. Даже крестовый поход пришлось организовывать против войск Яна Жижки, громившего германских рыцарей более чем успешно. Да, крестоносцы победили, конечно – силы и ресурсы не сравнить! – но ведь все вполне могло обернуться иначе: как лет сто спустя – с Лютером. Тоже ведь точно такая же ситуация – погрязшая в грехах и роскоши официальная церковь, движение за реформацию, за возвращение к добродетелям, к традиционной христианской морали… за секуляризацию церковных сокровищ и земель. Последнее сильно манило и короля Вацлава, и многих прочих очень даже могущественных феодалов, просто у чешского короля не хватило политической воли поддержать Гуса, а вот у неких германских князей с Лютером вполне получилось. Так и здесь могло быть, на сто лет раньше.

Даже и то, что Гус был казнен, не сняло бы проблемы, нашелся бы кто-то другой – Иероним Пражский, Николай из Дрездена, да тот же Ян Жижка – по сути, чешский Томас Мюнцер. И вот это обернулось для восставших не очень-то хорошо: слишком уж ярко выраженный социальный момент и радикальные, с явным еретическим душком, идеи так называемых «чашников» оттолкнули от сторонников Гуса очень многих, и в первую очередь – рыцарей, бюргеров, прелатов, тех, кто имел уже и деньги, и силу, и власть. Именно эти слои поддержали… поддержат лет через сто – Лютера с его девяносто пятью тезисами, а ведь с Лютером папа намеревался поступить точно так же, как сейчас поступили с Гусом. Но – не удалось! А сейчас – удалось… то есть еще не удалось, но удастся – Гуса все же сожгут в Констанце по решению церковного собора. А какой был удобный момент, куда удобнее, чем через сто лет будет! Три папы! Каждый друг друга проклинает, новоизбранного Александра вообще в грош не ставит никто. Так что мог бы и Жижка… или кто другой – было бы желание. Знаменитый, приписываемый товарищу Сталину принцип тут не сработал, Сигизмунд на авось действовал, не просчитывая «вдаль» ничего. Или просто не мог просчитать, не хватало умения стратегически мыслить… хотя тактик-то он был неплохой, этого не отнимешь – и Венгрию к рукам прибрал, и императорскую корону. Обставил старшего брата Венцеля – Вацлава.

Вожников усмехнулся. Похоже, германский король Зигмунд – Сигизмунд был из тех, кто сначала бьет, а уж потом – думает. Такой вполне мог и казнить, причем где-то в глубине души чувствуя, что потом сам же сильно об этом пожалеет. Поддержал бы Гуса, папу бы кинул – стал бы богатейшим и сильнейшим в Европе властелином. Или – не стал. Как карта легла бы. В любом случае, с Сигизмундом нужно было держать ухо востро… о чем более чем настойчиво говорили видения. Надо же – костер! Егор передернул плечами. Ишь, сжечь решили – тоже еще, Жанну д’Арк нашли… которая, вообще-то, по большей части – миф, выдуманный после крушения Наполеона. Ну, нужно было французам себя хоть чем-то утешить.

С утра по обеим сторонам дороги вновь потянулись леса. Впрочем, они быстро сменились зеленеющими всходами полей, перемежающимися стерней и явно заброшенным землями – лет шестьдесят назад страшная эпидемия чумы – «черная смерть» – выкосила почти пол-Европы, уничтожив множество людей и тем самым на полтораста лет задержав наступление Нового Времени – «открытие» Америки, Реформацию, конкисту, распространение научных взглядов на мир.

Чем дальше ехали, тем больше попадалось на пути выглядевших довольно зажиточными деревень, городков, феодальных замков – человеческая популяция восстанавливалась быстро.

Вожников давно уже мог наблюдать за тем, что творилось снаружи, через слегка разошедшийся шов в самом углу кибитки – вот и развлекался, смотрел попеременно то правым, то левым глазом, прислушиваясь к разговорам попутчиков и встречных. Ехали долго, и северогерманская речь уступила место иной – южной – с большими вкраплениями латыни, а также итальянских и французских слов. Вот когда князь с благодарностью вспомнил супругу – диалект южных немецких земель именно она заставила выучить, и теперь Егор многое понимал.

Они уже проехали многолюдный и шумный Нюрнберг и двигались дальше на юг. Благодаря видению князь теперь хорошо знал, куда – в Констанц, конечно же!

А вот ему туда что-то не очень хотелось! Наступила пора действовать, и действовать безотлагательно – своим видениям Егор привык доверять.

Потянувшись, узник снова припал глазом к щелочке, навострил уши – «автозак», как он прозвал свою кибитку, и сопровождавшие его воины во главе с Вандервельде остановились, застряли в плотной людской толпе – пробка!

– Да что там такое, что? – привстав в стременах, выкрикнул шкипер. – А ну, Герхард, сбегай узнай.

Молодой, еще безусый, воин в кургузой курточке и смешном ярко-васильковом берете с петушиными перьями, при палаше, спешившись, юркнул в толпу. И вернулся минут через десять – красный, взлохмаченный, без берета и с оторванным рукавом… хорошо, палаш не потерял, Аника-воин!

– Там это… обоз с мукою – дли-и-инный, как змей! Все ворота заняли, нам с повозкой не протиснуться точно.

– Не протиснуться? – Погладив коня по гриве, голландец покусал ус. – А другие что делают? Тут же с повозками не одни мы.