Имя – Смерть
Шрифт:
Танька небрежно взяла список и прочла его. Подняла на него недоверчивые глаза.
– Да тут сплошь какие-то бабы. Откуда ты это взял, признавайся?
– Да не важно! Найди мне эту Сулимову – больше ничего не надо!
– Это будет трудно… И между прочим – платная услуга!
– Так бери, подавись! – Он кинул ей кошелек. – Не терпится деньгу сорвать?!
Она обиделась:
– Совсем мозги растерял? Счет придет по почте, это платная справка. Но у меня нет телефона, по которому эти справки дают.
– А где же он?
– У матери, в справочнике. У нас классный справочник, совсем новый Придется звонить матери…
Он ушел на кухню, чтобы ничего не слышать.
В жизни так не нервничал. Было страшное искушение – позвонить еще раз по тому телефону, где откликнулась Алия… Но он боялся ее спугнуть. Хотя наверняка уже спугнул…
Танька пришла минут через двадцать, когда на кухне все стало синим от сигаретного дыма. Она сердито сунула ему листок:
– На, подавись!
Вместо ответа, он крепко сжал ее в объятиях и поцеловал. Она все еще злилась, но он не стал извиняться и давать объяснений – выскочил из дому с желанной добычей, поймал на проспекте машину и вскоре был по указанному адресу.
И только тут до него дошло, что приехал он в самый центр города – в один из переулков, выходящих на Мясницкую… Стоя у старинного трехэтажного особняка, он видел в конце переулка огромное гранитное здание нефтяной компании «Лукойл». Неподалеку светились огни ночного ресторана. Иван удивился – не перепутала ли чего-нибудь Танька?
Неужели этот дом перед ним – жилой? Он еще раз оглядел старинный зеленый фасад, колонны, лепнину под карнизом и толкнул единственную дверь…
Она была не заперта и не снабжена никакими кодовыми замками. На первом этаже квартир не было – все двери наглухо замурованы кирпичом.
Кирпич еще не оштукатурили – видимо, особняком занялись недавно… Ивану требовалась квартира номер 6. Он поднялся до третьего этажа и обнаружил, что номера кончаются на четвертом. На каждой площадке было по две квартиры. Он замер, в нерешительности огляделся. И сделал единственное, что ему пришло в голову, – позвонил в квартиру под номером 4. Открыть ему не пожелали. В квартире номер 3 был тот же результат. Повезло ему на втором этаже – там ему, правда, не открыли, но спросили через дверь:
– Вам кого?
– Мне шестая квартира нужна!
– Вход со двора, – мрачно направили его по пути истинному.
Иван вышел из особняка и долго искал, как пройти во двор. Задача осложнялась тем, что особняк впритык стоял к соседним зданиям и в щели между ними не пролезла бы даже кошка. Пришлось обходить пару соседних домов и возвращаться задворками.
Сзади особняк не производил сильного впечатления – он был давно не крашен, на штукатурке проступали трещины и пятна. Тут тоже была всего одна дверь. Квартира номер 6 отыскалась на втором этаже. Он поднял было руку, чтобы позвонить, и тут у него вдруг закружилась голова. «Нервы ни к черту, – подумал он, пережидая накатившую дурноту. – Ну, она мне за все ответит! И за сотрясение мозга тоже!»
Он нажал кнопку звонка. Ожидая ответа, рассматривал дверь. Дверь была высокая, двустворчатая, дубовая. Но очень старая, ободранная, почерневшая, разбухшая от сырости, и замки ненадежные… Замки, наверное, стояли здесь со времен Октябрьской революции. Но с другой стороны – если уж такой замок заест, открыть его сложнее, чем какую-нибудь «Мотурру» или отечественный «Бизон». А с той стороны двери точно есть засовы. Не может их не быть – Иван такие двери знал хорошо.
Открывать, похоже, не собирались. Он опять надавил кнопку. Где-то в глубине квартиры должна быть Алия. Она его слышит, она знает, кто это пришел. Она ни за что не откроет и не пустит открывать хозяйку…. Но тут он услышал бряцанье открываемого замка, потом резкий лязг засова. Да, он оказался прав – там был засов. Дверь открыли. Ее даже не заложили на цепочку. Иван увидел в полутемном коридоре худенькую женщину маленького роста. Она бы ему и до плеча не дотянулась, хотя он тоже ростом не особо вышел…
– Вы Дана? – спросил он.
– Я Дана, – подтвердила она. – А вы ко мне?
– К вам.
– Заходите, – просто сказала женщина и отступила в глубь прихожей.
Иван вошел, огляделся. Прихожая была маленькая, сюда выходило две двери. Дальше она переходила в узкий, как кишка, темный коридор. Дана остановилась возле правой двери и пригласила:
– Заходите.
Иван предпочел бы сперва осмотреть всю квартиру, но ему не хватило смелости попросить об этом хозяйку. Было в этой крохотной женщине что-то внушающее если не робость, то уважение. Она держалась очень прямо и смотрела тоже очень прямо. Никаких уклончивых взглядов, никакого смущения. Смущался как раз Иван.
Не дожидаясь ответа, женщина вошла в темную комнату, и там вспыхнул мягкий желтый свет.
Иван последовал за ней. Комната оказалась неожиданно большая, метров двадцать пять, в два окна.
Высокие, давно не беленные потолки терялись в сумраке. Посередине комнаты стоял маленький смешной столик, накрытый русским цветастым платком вместо скатерти. Над столиком свешивался с потолка желтый шелковый абажур с кистями. Абажур был по диаметру больше столика. Иван оглядывался и видел вокруг себя какие-то нелепые предметы: крохотное, почти детское креслице, обитое розовым шелком, застекленный пузатый шкафчик с детскими игрушками, странную черную гитару на стене. Гитара была куда меньше, чем обычная, и, кроме того, необычной формы. Присмотревшись, Иван понял, что это вовсе не гитара, а некий неизвестный ему инструмент.
Дана стояла у раскрытого настежь окна и старательно разминала в пальцах сигарету. К Ивану она не оборачивалась, но он почему-то думал, что она его видит. Затылком, что ли? Наконец женщина закурила и пустила дым по ветру. Иван поежился. В комнате, оказывается, было холодно, как на улице. А женщина была одета легкомысленно – красная маечка без рукавов, тонкая черная юбка до колен, красные кожаные туфельки без задников…
– Не холодно вам? – вдруг спросил он.
– Да не г. – Дана выбросила сигарету за окно. – Но я все равно закрою. Кажется, дождь пойдет. У меня сигарета промокла. – Она плотно прикрыла окно, задернула штору. Повернулась к нему:
– Вы по какому вопросу?
– По личному, – глуповато ответил Иван.
– Я поняла, что не по государственному, – усмехнулась Дана. Глаза у нее были очень темные, Иван все пытался понять – какого же они цвета?
– Вы не насчет нашей квартиры, нет? – спросила женщина.
– Нет, я ищу одну девушку, – сказал он. – Ее зовут Алия. Вы ее знаете?
– Конечно, я ее знала, – отчетливо проговорила женщина.
– Она тут?
Дана немного помолчала, чуть сощурив свои странные темные глаза. Потом она сделала несколько шагов в сторону, присела в розовое креслице. И только тогда ответила: