Индотитания
Шрифт:
ПРОФЕССОР.
Продолжительная мыслетишина
Глава пятая
КОНТУШЁВСКИЙ. Эй, бандиты, отзовитесь! Немо! Хасан! Молчат. Ну, хотя бы
Профессор…
ПРОФЕССОР. Что, скучно?
КОНТУШЁВСКИЙ. Нет. Просто хотел поинтересоваться, что новенького?
ПРОФЕССОР. А что может быть в лесу новенького?
КОНТУШЁВСКИЙ. Ну, мало ли…
ПРОФЕССОР. Ничего новенького. Теперь ты удовлетворен?
КОНТУШЁВСКИЙ. Да.
ПРОФЕССОР. Я рад этому прискорбному факту.
КОНТУШЁВСКИЙ. Издеваешься?
ПРОФЕССОР. Как ты догадался?
КОНТУШЁВСКИЙ. Собачья кровь!
ПРОФЕССОР. Идиот!
НЕМО. Ну, вот и поговорили…
Непродолжительное мыслемолчание
ЛЕНЬКА. Жора, отзовись.
ЖОРА. На связи.
ЛЕНЬКА. Ты что-нибудь слышишь?
ЖОРА. Звук работающих двигателей.
ЛЕНЬКА. Это подъехали машины. Много. Из них выходят люди и достают
какие-то приборы.
ЖОРА. Как они выглядят?
ЛЕНЬКА. Треножники, рейки и аппаратура, похожая на прицелы.
ЖОРА. А-а-а, теодолиты.
ЛЕНЬКА. Наверное. Двое из них уже вытащили из земли столбы, на которых
крепился щит. Они поволокли его в лес.
ЖОРА. Вижу. Только что прошли подо мной.
КОНТУШЁВСКИЙ. Быстро идут?
ЖОРА. Быстро. А это имеет значение?
КОНТУШЁВСКИЙ. Конечно! Надоел этот дуб! И вы все надоели.
ПРОФЕССОР. Бедняга.
КОНТУШЁВСКИЙ. Да, бедняга. В отличие от вас, которые здесь — без году неделя.
ЛЕНЬКА. Судя по всему — началась работа. Подъехал автокран и стал сгружать модульные домики для проживания строителей.
НЕМО. Ура!
ХАСАН. Не кричи так! Думать мешаешь.
ПРОФЕССОР. И о чем же ты думаешь?
ХАСАН. Не твоего ума дело.
КОНТУШЁВСКИЙ. Конечно, куда уж нам, тупоствольным. Прочь, холопы! Великий и Ужасный Ассасин думу думает!
ЖОРА. Да когда же ты заткнешься, наконец! Ленька, что там происходит?
ЛЕНЬКА. Устанавливают на опушке треножники и бегают с какими-то планами.
КОНТУШЁВСКИЙ. Эх, скоро я буду в цукернях Варшавы кушать воздушные пончики, и пить сладкую хмельную вишневку!
ПРОФЕССОР. С чего ты взял? А вдруг ты в роли неграмотного таджикского гастарбайтера станешь возить в своем желудке презервативы, наполненные героином? Какая интересная жизнь! От границы — до сортира. Масса переживаний.
КОНТУШЁВСКИЙ. Этим будешь заниматься ты, поскольку хорошо знаком с таким делом.
ПРОФЕССОР. Да с чего ты взял, что снова родишься человеком?
ЖОРА. Я протестую! Разве он был человеком?
ПРОФЕССОР. Протест принят. Действительно, я ему сильно польстил.
КОНТУШЁВСКИЙ. Я посмотрю, кем станете вы.
ПРОФЕССОР. Это можно будет сделать только в одном случае. Если нас спилят, а тебя — нет. Когда мы вернемся сюда лет через пятьдесят, ты все и узнаешь.
ЛЕНЬКА. Ха-ха!
ЖОРА. Ха-ха-ха!
КОНТУШЁВСКИЙ. Пошли вы все к черту!
ЛЕНЬКА. Интересно, насколько больно умирать в дереве?
ПРОФЕССОР. Умирать, впрочем, как и рождаться — всегда больно.
ЖОРА. Да. Даже вбитый гвоздь — штука крайне неприятная.
КОНТУШЁВСКИЙ. Нет, нет! Не надо! Ой-е-ей!
ЖОРА. Что случилось? Может, дятел Немо перепутал тебя с самкой?
НЕМО. Рабочие поставили щит, не дойдя до пана Контушовского двадцать шагов.
ПРОФЕССОР. Что я говорил?
НЕМО. Пан Контушёвский, успокойся. Они просто остановились отдохнуть. Щит-то тяжелый.
КОНТУШЁВСКИЙ. Да, снова пошли. Матерь Божья, спасибо тебе за это! И Господу
спасибо за то, что вспомнил обо мне.
ПРОФЕССОР. Насчет Господа не переживай. Таких мерзавцев, как ты, он помнит вечно. Так что — рано радуешься.
КОНТУШЁВСКИЙ. А почему не радоваться? Они вкопали щит на сто шагов дальше
наших дубов.
НЕМО. Хорошо-то как!
ПРОФЕССОР. Леня, что там у тебя?
ЛЕНЬКА. Вылезли рабочие и устанавливают модули. По внешнему виду –
турки.
ХАСАН. Мусульмане?
ЛЕНЬКА. У них на лбу не написано.
ПРОФЕССОР. Написано. Ты просто читать не умеешь.
ЛЕНЬКА. Возможно. А какая разница, кто будет нас пилить?
ХАСАН. Большая. Устал я среди вас, неверных.
КОНТУШЁВСКИЙ. Праведник нашелся. Людей за деньги убивал.
ХАСАН. Как бы тебя заткнуть?
КОНТУШЁВСКИЙ. Что вы меня все затыкаете? Свободу мысли не заткнешь!
ЖОРА. Ты еще американский гимн спой.
КОНТУШЁВСКИЙ. Зачем американский? Я могу спеть много польских песен. Хотите?
ХАСАН.
ПРОФЕССОР.
ЖОРА. Нет!!!
ЛЕНЬКА.
НЕМО.
КОНТУШЁВСКИЙ. Как хотите.
НЕМО. Отключился. Обиделся, наверное.
ПРОФЕССОР. Туда ему и дорога.
ЖОРА. Песенник гундосый…
Продолжительная мыслетишина
На следующий день
ЖОРА. Ленька, отзовись.
ЛЕНЬКА. Слышу тебя.
ЖОРА. Кто это там так орет?
ЛЕНЬКА. Муэдзин.
ЖОРА. Кто, кто?