Чтение онлайн

На следующий день, во вторник, Скотт Лассар вошел в конференц-зал чикагской окружной прокуратуры вместе с Херндоном и Кевином Калемом, юристом антитрестовского отдела. Они собрались для первого обстоятельного допроса Марти Оллисона, бывшего вице-президента АДМ, обвинявшегося в соучастии в махинациях Уайтекера. Но в тот день Оллисона собирались расспросить о фиксировании цен.{371}

Тридцативосьмилетний Оллисон был белокурым и кареглазым красавцем шести с лишним футов ростом. Он вошел с покаянным видом, в сопровождении адвоката Майкла Монико.

Лассар пообещал Оллисону доложить о его добровольном сотрудничестве прокурорам отдела по борьбе с мошенничеством и предъявил документ, подтверждавший, что правдивые показания Оллисона не будут использованы в суде как прямое свидетельство его вины. Монико и его клиент прочли документ и подписали его.

Когда с формальностями было покончено, Херндон задал Оллисону первый вопрос:

– Когда вы впервые узнали о фиксировании цен на лизин?

Оллисон сделал глубокий вдох и кивнул.

– Впервые я услышал об этом году в девяносто третьем.

Для агентов Оллисон был просто подарком судьбы. Держался он уверенно, на вопросы отвечал откровенно и так обстоятельно, так что Херндону не пришлось вытягивать из него подробности. В отличие от других правонарушителей, увязших в этом деле, он, судя по всему, раскаивался искренне и не жаловался на судьбу.

А самое замечательное – Оллисон знал многое. По его словам, в 1992 году Уайтекер выражал беспокойство в связи с тем, что Уилсона вдруг направили работать в его подразделение, чтобы организовать фиксирование цен на лизин. Это совпадало с показаниями самого Уайтекера. Кроме того, Оллисон указал новое направление поисков: региональные переговоры по фиксированию цен на лизин с участием сотрудников более низких уровней. Готовясь к этой встрече, Оллисон даже переписал со своего компьютера данные о региональных переговорах.

Некоторые сообщения Оллисона вызвали озабоченность. К примеру, он рассказал о совещании руководителей продаж АДМ в 1994 году в Скотсдейле, где Уайтекер поразил коллег, раскрыв секретную информацию конкурентов АДМ по объемам их продаж. Херндон выслушал это с негодованием. Мало того что Уайтекер не записал выступления участников совещания, он даже не сообщил о нем агентам.

В конце допроса Монико поднял руку, прося слова.

– Ребята, – сказал он, – должен вас предупредить, что через несколько минут нам с Марти пора уходить.

– Но у нас еще есть вопросы, – запротестовал Лассар.

– Мы вернемся, как только вы пожелаете.

– Минуточку, – обратился Херндон к адвокату. – Вы говорили, что ваш клиент располагает сведениями о промышленном шпионаже, практиковавшемся в АДМ. Давайте поговорим об этом, пока вы не ушли.

– Давайте, – согласился Монико.

Рассказ Оллисона не занял много времени. На одном из совещаний в 1990 году Рэнделл сообщил, что их новый служащий Майк Фрейн, переходя из «Интернэшнл минералс корпорейшн» в АДМ, прихватил с собой бацитрациновые микробы. Херндон навострил уши. Это-то им и требовалось.

– Уже по тем репликам, которые отпускал Рэнделл, принимая меня на работу, можно было понять, что АДМ – компания своеобразная, – говорил Оллисон.

И рассказал, как однажды Рэнделл принес Уайтекеру сумку, принадлежавшую служащему конкурирующей компании, и спросил, не сможет ли его подразделение проанализировать содержимое сумки, чтобы выделить нужные микробы. В другой раз он подал идею добывать микробы в сточных трубах завода конкурента. До Оллисона доходили слухи о том, что на телефонах некоторых сотрудников АДМ установлены «жучки» и что возле одного из конкурирующих предприятий в Айове компания собиралась высадить десант проституток.

Записывая все это, Херндон с трудом сдерживал довольную улыбку. Этот бесценный свидетель знал почти обо всем, что интересовало агента.

На следующий день Д'Анжело позвонил Скотт Лассар. Он поделился впечатлениями о допросе и выразил мнение, что Оллисон очень перспективный свидетель.{372}

– Полагаю, что он для вас очень полезен, – заметил Лассар. – Постарайтесь договориться с Монико о еще одной встрече.

Затем Лассар сменил тему и сказал, что, просматривая записи в одной из «форм 302», сделанные в то время, когда расследование еще не было открытым, он наткнулся на нечто любопытное. В ходе расследования злоупотреблений с метионином, которое велось в Мобиле, Уайтекера расспрашивали о его бывших коллегах по работе в «Дегассе», и в том числе о Крисе Джонсе. Уайтекер сказал, что выплачивал Джонсу за особые услуги по десять-двадцать тысяч долларов в месяц.

– Звучит знакомо, – заметил Лассар.

– Что вы имеете в виду? – спросил Херндон.

– Проверьте-ка, парни, не использовал ли Уайтекер эти выплаты для увода денег АДМ.

Пробежав страницу 236 романа в зеленой бумажной обложке, Жюль Кролл решил сделать кое-какие пометки в своем досье по АДМ.

Расследование мошенничеств Уайтекера уже несколько месяцев не давало покоя пятидесятишестилетнему мастеру сыскного дела. Со времени основания в 1972 году агентства «Каролл ассошиэйтс» частный детектив приобрел репутацию человека, который доводит дело до конца. Но на этот раз на его пути встала фирма «Уильямс и Конноли», запретившая допрашивать свидетелей. Но думать ему никто не запретил, и Кролл продолжал развивать весьма оригинальную версию этого дела:

Кролл, пыхтя сигарой, вместе с несколькими помощниками просидел над романом Гришэма несколько дней, выискивая совпадения между делом Уайтекера и историей о молодом юристе, работающем в коррумпированной фирме.{373}

Больше всего сходства было между фирмой, которую автор назвал «Бендини, Ламберт энд Лок», и АДМ. Обе компании нанимали жителей крупных городов и направляли их на работу в свои разбросанные по всему миру филиалы. Описанная Гришэмом фирма находилась в Мемфисе, но ее контролировала мафия из Иллинойса, родного штата АДМ. В книге корпоративные самолеты использовались в обход налогового законодательства, а «Лэмет Вов» обвинял АДМ именно в этом. Бывший полицейский Ламберт, возглавлявший в фирме Гришэма службу безопасности, прослушивал телефонные переговоры, угрожал людям и не боялся переступить закон. Начальник службы безопасности АДМ был бывшим полицейским и, по словам Уайтекера, вел себя точно так же.

Бросались в глаза и параллели между самим Уайтекером и главным героем романа Митчем Макдиром. Отца Макдира убили, когда мальчику было семь лет. Уайтекер сочинил историю о том, что его родители погибли, когда он был примерно в том же возрасте. Макдиру угрожали смертью. Уайтекер публично заявлял о том же. И тот, и другой стали сотрудничать с ФБР из страха, что им предъявят обвинение. Оба выступали в роли борцов за справедливость, разоблачая преступления своих коллег. Оба считали, что ФБР их предало. В романе один из сотрудников Макдира распространил слух о его сотрудничестве с ФБР. По словам Уайтекера, с ним произошло то же самое.