Иной облик разума
Шрифт:
домой. Я сам удивляюсь! — вздохнул Вадим.
Илья рассматривал шары, у которых они остановились. Ведь не просто для красоты
стояли они у всех на виду по центру, чтобы люди ими любовались в полутьме. Вверху над
уровнем шаров торчали три большие трубы, впивающиеся в вершину купола, на его своде
присутствовали такие же трещины, как и на первом, также располагались окошки, из
которых лучами пробивался свет.
— На одном из шаров есть ориентир, он мало заметен, почти стертый, но я его вижу, —сообщил Илья.
— Чего?— произнес Маршал.
Вадим вскочил, оставив вещи там, где они сидели.
— Пойдем, глянем!
— Я никуда не пойду, — недовольно буркнул Маршал, — с меня хватит уже
приключений. — Можно мне хоть несколько минут посидеть и обо всем подумать?
— Ладно, сиди. Я пойду гляну, что там…
Вадим встал, оставив вещи рядом с Маршалом. Подошел к Илье, присматриваясь к
ориентиру оставленному на шаре.
— Плохо видно, стертый! Но попытка не пыткой. Проход наверно там внутри, его
закрывает шар,— сообразил Вадим.
72
— Возможно! Надо его сдвинуть…
— Давай попробуем, не такой он и тяжелый! Хватайся и двигаем.
Упершись ладонями в шар, они долго тужились, чтобы его сдвинуть, наконец, под
воздействием двух тел он слетел с листа. Маршал вскочил от грохота свалившегося шара, покатившегося по полу в том направлении, в котором его сдвинули.
— Вы что там… бля? Решили ё…, — не сразу сообразил Маршал.
— Всего лишь сдвинули шар! Он от тебя далеко находился. Мы нашли ориентир, похоже, там проход, — возбуждённо крикнул Вадим.
Под сдвинутым шаром на листе открылась дырка размером с кулак, пролезть в неё ни у
кого бы не получилось, можно только просунуть руку и то с трудом, поранив кожу кисти, и на этом остановиться.
— Прохода нет. Ты разве не видишь — маленькая дырка и тупик, — горячился Маршал.
— Проход должен быть! На шаре ориентир… Да пошло оно все к черту, мне надоела эта
игра, столько пройти, ради чего? — Вадим уселся на мешок, обхватив голову руками.
— Да нет, мне кажется, это подсказка, чтобы открыть дверь! Маршал, ты же ведь
курящий, дай свою зажигалку, — не унывал Илья и даже решил взять ситуацию в свои
руки.
Маршал поскреб в карманах и, нащупав зажигалку, протянул Илье. Тот подошел к листу и
нажал на клавишу зажигалки. Огонь полыхнул рядом от испарений, которых никто не
заметил и не почувствовал, и устремился вверх к трубе, подхваченный сквозняком. Пары
отработанного газа вспыхнули горящим столбом, способным увеличиваться, подпитываясь от давления пламени и попадая прямо в трубу купола огненным ручейком.
Поток пламени согрел находившихся в пространстве купола. И тут под давлением тепла
сработал механизм, раскрывший потайную дверь в куполе системы.
Друзья даже не могли представить, что Илья разгадал эту головоломку всего лишь за
несколько минут. На вопрос, откуда он мог это знать, смущённо ответил: — Само по себе пришло в голову! Щёлкнуло и все… сам не знаю. Вообще, мне кажется, я
здесь уже был. И запах газа почувствовал.
— Когда же? — ухмыльнулся Маршал.
— Когда сдвинули шар! Просто чувство такое возникло. Или так память приходит? Кто
его знает!
А Вадим подумал: «Ученые Западного отдаления говорят, что в некоторых ситуациях, когда перед человеком стоит нерешаемая задача, вдруг, откуда ни возьмись, к нему
приходит ответ, значит, система таким образом посылает импульс разгадки тому, кого
сама определяет по ведомому ей одной выбору. Система — живая оболочка подземного
мира — так же, как и человек, заточена в своих собственных стенах, где нет ни покоя, ни
пустоты. Кипящая жизнь, уничтожение, войны — всё то же самое, что было когда-то на
поверхности, пока они не спустились в стены Эпилегата. Может, система выбрала Илью
для каких-то важных подвигов. Не зря информаторы направили группу для его спасения.
А теперь нет ни скользящих, ни Западного отдаления».
— Это тебе не дежавю! — сделав паузу, с улыбкой заметил Вадим. — На самом деле, мне
кажется, система подсказывает новичкам выход втайне от других. Они ей менее
интересны.
— А кто видел вашу систему? Почему вы так её восхваляете? — неожиданно с интересом
спросил Илья, подходя к открывшейся бетонной двери.
73
— Ну… ну, — Вадим замялся, подбирая ответ. — Никто не видел! Принято так. Система
есть наш новый Бог, и, если попросить у неё помощь, она всегда придёт на выручку. На
земле было множество богов, которых причисляли к единому, ему нужны были жертвы и
непонятно, кому люди раньше поклонялись — Аллаху, Будде, Иисусу? Они не
представляли единства, а стены системы Эпилегата едины. Нас так учили. У неё нет
правил — она сама правило!
— Ну хватит уже, — дернулся Маршал. — Давайте лучше посмотрим, что там? Мы же за
этим пришли!
— Попахивает оттуда чем-то нехорошим! — заметил Вадим, спускаясь по длинному и
скользкому склону, светя фонариком.
Эпилог
Спуск оказался недлинным. Комната, в которую они попали, была небольшой, в ней пахло
сыростью. По стенам и с потолка стекала слизь, издающая мерзкий запах, от которого все