Чтение онлайн

Горчихин Алексей Михайлович. Скутер. Один-Два.

Колесников Антон Андреевич. Удав. Один-Семь.

Мирный Алексей Сергеевич. Моряк. Один-Шесть.

Пантюхин Михаил Александрович. Пантера. Один-Четыре.

Заплетин Виктор Петрович. Запевала. Плеть. Один-Одиннадцать.

***

Да, он не потянул обнять всю страну - это нонсенс, но сохранил двенадцать имен и уберег их от грязи.

Сергей отогнал прочь сомнения, иначе стоявшие перед ним как живые бойцы взглянули бы на командира с укором:

"Зачем ты так, Максимыч? То, что ты делаешь для нас, мы делаем для тебя. Ты с нами, а мы с тобой, забыл разве?"

Глава 24

"Герои не умирают. Герои возвращаются"

78

Дагестан, 20 декабря, 10.50

Распоряжения генерал-полковника Ленца выполнялись быстро и безукоризненно. А его приказ подготовиться к поисково-спасательной операции лучшему экипажу был понят буквально.

Экипаж поисково-спасательного вертолета "Ми-8", ожидающий означенного срока, состоял из трех человек - 46-летнего генерал-майора Николая Бурдасова, воздушного аса с большой буквы, полковника Василия Иваненко и еще одного полковника - Алексея Малова. Экипаж вертолета прикрытия "Ми-24" тоже был сплошь из полковников.

До вылета оставалось около полутора часов, но неожиданно механики военной базы с удивлением увидели, как спешно, почти бегом направляется к боевой машине генерал-майор Бурдасов, а за ним оба экипажа.

Прогретые двигатели взревели, и вертолеты, лихо развернувшись, взяли направление на запад.

Механиков удивило также, что, набирая скорость, "вертушки" пошли прямо на дагестано-азербайджанскую границу.

Полковник Иваненко "на ходу" делал поправки, внося в карту изменения. Единица, которую они должны подобрать, согласно сообщению, идет строго на север, изменилось и контрольное место ПСО. Сверив маршрут, полковник передал командиру:

– Товарищ генерал, возьмите два градуса вправо. Зайдем на прямую с небольшим запасом.

Машины шли со скоростью двести сорок километров в час. Они уже миновали границу, взрыхляя винтами небо чужой территории. Вертолет сопровождения летел в стороне и чуть сзади.

Азербайджан, 20 декабря

Марк уже не оглядывался, он бежал в хвосте колонны, приготовив сигнальную ракету. Должны, просто обязаны радисты ГРУ перехватить сообщение, они же наверняка слушали эфир.

В середине колонны находился человек, выглядевший на шестьдесят пять. Генерал-майор Зубахин. Сергей, казалось, вообще не обратил на него внимания, словно положено генералу находиться среди заложников, лишь бросил на него тяжелый взгляд и прошел мимо главного виновника, главного преступника. Может, руки не захотел марать. Либо пули на такое дерьмо было жалко, ибо сейчас пули виделись символом жизни, а не смерти. Они спасли заложников и оставили в живых трех бойцов отряда.

– Дело сделано. Направление - север. Принимайте двадцать семь мест квадрат...
– "долбил" Подкидыш.
– Один-Двенадцатый - Главному. Дело...

Дело сделано...

"Герои возвращаются. Герои не умирают".

Для Сергея Марковцева в этом вопросе, не дающем ему покоя на протяжении двух с лишним лет, была поставлена окончательная точка.

79

Через тридцать шесть минут полета "вертушки" сделали разворот на девяносто градусов, снизились и сбавили обороты, идя со скоростью девяносто километров. Под ними был означенный квадрат, и оба экипажа искали глазами сигнальную ракету.

– Вижу, товарищ генерал, - полковник Малов указал вправо, где, вспарывая воздух и оставляя за собой судорожный след, вверх взметнулась красная точка.

Бурдасов развернул машину и, сбавляя обороты, пошел на снижение. Место для посадки было удобным. "Ми-8" опустился на свободное от деревьев место, примяв колесами кусты. "Ми-24" гонял воздух в шестидесяти метрах, ощетинившись ракетами в южном направлении.

Генерал-майор не без интереса поглядывал на разношерстную толпу, среди которой выделил руководящего посадкой высокого человека в обгоревшей куртке. Тот был без головного убора, с висящим на груди автоматом.

Вначале погрузили раненого командира расчета, потом в салон стали подниматься заложники.

Марковцев стоял рядом с лестницей и остановил шагнувшего на первую ступеньку генерала Зубахина.

– Ты последний. Следующий, - поторопил Марк очередного солдата. Следующий... Подкидыш, вперед. А теперь ты, генерал.

И шагнул следом.

В салоне Сергей бесцеремонно согнал заложника с крайнего места и посадил на него Зубахина. Сам сел рядом.

Вертолет вмещал двадцать восемь человек, всего сели двадцать семь. Даже это говорило о том, что кто-то несправедливо забыт - там, откуда уже давно не слышны звуки перестрелки, лишь грохнул, словно на прощанье, мощнейший взрыв: это разорвалась в огне столовой мина.

"Слетать бы туда", - подумал Марк.

Но то была несбыточная мечта: пилоты получили приказ и не нарушат его ни под каким предлогом.

Подкидыш сказал командиру экипажа, что можно подниматься, назвав генерал-майора Бурдасова, чье лицо под шлемом выглядело моложе обычного, братком.

– Давай, браток, полетели.

С мертвенно-бледным лицом Скумбатов лежал в проходе. Сергей склонился над командиром расчета.

– Как ты, Саня?.. Подмигни мне, друг.
– Марковцев был безмерно рад, что относительно Скумбатова его пророчества не оправдались.

Обескровленные губы одноглазого диверсанта дрогнули в улыбке. Глянув в сторону Зубахина, Один-Ноль спросил, напрягая голос:

– "Цыганочка" с выходом?

Марковцев кивнул:

– Точно, Саня.

Когда вертолет набрал порядочную высоту, Марк распахнул дверь.

– Давай, Зубахин. Твой выход.

Генерал намертво вцепился руками в жесткое сиденье. Размахнувшись, Сергей ударил его в лицо. Потом еще раз, еще...

Солдаты в недоумении смотрели на десантника. По возрасту - полковник бил морду генерал-майору.

А Сергею Марковцеву не впервой было бить морды генералам, словно это на роду у него было написано.

– Прыгай, стерва!
– Марк легко приподнял Консультанта и пинком под зад отправил его в последний полет.

Тело генерал-майора Зубахина упало, как и положено, на чужой, не российской земле, которую он, в отличие от Виктора Заплетина, не любил. Если Витя перед смертью ощущал землю коленями, Зубахин врезался в нее своей паршивой головой.

***

А до родной стороны оставались считанные минуты. И только сейчас, когда в прямом и переносном смысле с души Марка упал груз, он улыбнулся сидящему рядом молодому солдату-заложнику и потрепал его по плечу: