Чтение онлайн

Стрелок отвернулся от завала и стал смотреть в другую сторону. Туда где не было разбитой асфальтовой дороги и не вилось железнодорожное полотно. Поля. Точнее, неровная скорее волнистая местность. Именно так, будто по ровной глади воды пошла волна, да так и застыла. А после поросла зелёной травой, кустами. Ветер принёс семена и кое-где появились цветы, деревья. Молодая земля: Зона тоже Родилась не так давно. По меркам самой тверди земной, она даже ещё и не родилась, так, зародыш в утробе матери. Что для земли и скал, годы? Жалкие секунды, мимолётные и незаметные. Зона, ещё даже не ребёнок, она всего лишь эмбрион, который когда-нибудь родится, станет младенцем, а потом начнёт взрослеть. Если это зародыш — то какой будет взрослая Зона? Даже сейчас, она отлична от всего, что знает планета (чем именно он помнил сейчас, но далеко не в деталях). Каким будет мир Зоны спустя сто, тысячу лет? Людям там точно места не будет.

— Кут, Рут, сейчас идём по той стороне оврага. Ищите кабана. Ищите. — Сказал он тихо и направился влево и вниз, обходя упавшее дерево. Ветви великана раскинулись далеко в стороны. Как он таким сумел вымахать?

Они спустились: здесь овраг уже оврагом не был, скорее складка «волны», чем овраг. Пологие склоны, а дальше метров сто и вовсе ровная как стол поверхность. Им туда не надо. Хотя где-то там есть несколько кабанов: он чуял их запах. Слишком далеко. Если с Нищим, что-либо приключится, он не успеет прийти на помощь даже при своей нечеловеческой скорости. Значит, нужно подниматься по склону и огибать овраг, в надежде набрести на какую-нибудь съедобную зверушку.

На другой стороне была та же картина. Только местность далеко на горизонте, под уходящим вдаль углом, разрезала лента железной дороги, а не старого асфальта. Собственно самой дороги отсюда было не видно: она угадывалась по невысоким насыпям щебёнки. А в той стороне, откуда они пришли смутно виделись и предшествующие мосту, высокие насыпи. И шла дорога, не по левую руку, а по правую. В остальном та же унылая равнина. Здесь вполне можно было бы проехать на вездеходе к примеру.

— Что ж ребята, похоже придётся нам довольствоваться, крысиным волком. — Псы потянули носами воздух. Рут громко фыркнул. — Ну, а я что сделаю? Можем конечно, не есть. И помрём с голоду. — Кут почесал округлый бок. Стрелок хмыкнул. — Да уж ребята. Вы то поели недавно. А вот мне точно с голоду помирать придётся, в моём-то возрасте…

Он вдруг застыл, враз отключившись от мира. Даже глаза остановились. Что-то крутилось в мыслях, в голове. Билось в плотины прочно закрывшие массивы памяти, отчаянно стремясь пробиться наружу. Стрелок отключился от мира, он всеми силами старался помочь этому нечто пробиться наружу. И когда уже псы начали беспокоиться за него, тихо повизгивать, тыкаясь носами в ноги, Стрелок добился желаемого. Ещё один кусочек памяти вырвался на волю. Но какой же странный кусочек!

— Ребята, чего вы? — Гладя обеспокоенных псов, проговорил он. — Всё в порядке. Только мы сейчас с вами, немножко рискнём. Оставим нашего бандита, одного. Ненадолго. Кое-что надо проверить парни. Я что-то вспомнил, но это…, очень уж похоже на бред.

Он встал и побежал. Очень быстро. Чем быстрее он вернётся, тем лучше. Хорошо ещё, что аномальных зон здесь совсем немного, не придётся петлять в узких проходах меж аномалиями. Самый край Зоны, кордон не так уж и далеко. Воспоминание, находилось почти у самой железной дороги, далековато. Но очень уж странное воспоминание, он просто обязан был его проверить прямо сейчас, каким бы бредовым оно не казалось.

Он добежал до нужного места, через несколько минут. Рощица, образовавшая полукруг из деревьев. За ними лежала не большая впадина, скрывавшая нечто весьма любопытное. Увидеть это можно было, только идя прямо по шпалам, с противоположной стороны. Но многие о нём знали, наверняка знали. Несмотря на то что природа позаботилась сокрыть эту вещь от взглядов любопытных, такое увидев раз надолго запомнишь и ещё расскажешь всем знакомым. Только приблизиться решатся не все. Далеко не все.

— Ни когда бы не поверил, если бы кто-то рассказал! Каким идиотом надо быть, что бы решиться на такое?

Сказал он это, сидя на корточках и изучая некий предмет во впадине. Бронетранспортёр. Точнее, то что от него осталось. Пережёванный вывернутый наизнанку, кусок металла. Кое-где оплавленный. Колеса, торчат в разные стороны, одно вывернуло на самый верх. С первого взгляда даже трудно признать в этом чуде боевую машину. А ведь в ней ещё и люди были…, до чего глупцы! Они наверняка ехали через насыпь. На большой скорости, прямо по полям. После чего, когда водитель потерял управление и скорее всего уже был мёртв, попал в комариную плешь. Она сидела в этой впадине. А прежде, машина на полном ходу протаранила мощную аномалию, жарку или что-то в этом роде. Скорее всего, люди внутри сгорели ещё до того как машина влетела в гравитационный карман. А здесь её уже начало мять и ломать. Комариная плешь, область повышенной гравитации, здесь броня боевой машины, не жёстче чем лист бумаги в его руках. Вот так неизвестный гонщик военного образца, закончил свою поездку. Жутковато закончил. А чего ещё ему следовало ожидать? Здесь можно передвигаться на транспорте: в местах, после выброса тщательно проверенных датчиками, где каждая аномалия отмечена. Но и такие дороги, постоянно проверяемые, совсем не дают ста процентов гарантии, что ты не угодишь прямо в центр аномалии. Не все они видимы, не все даже стоят на одном месте! Попадаются не постоянные. Редко, но попадаются. Механический транспорт, не для Зоны. Здесь пешком-то не всегда успеешь среагировать и спастись. А в таком танке — почти наверняка труп.

Зона не любит торопливых. Не любит скорости. Она ценит звериное чутьё и крепкие нервы. Даже если поставить на транспорт самый лучший датчик, он будет «узнавать» не все аномалии. Где-то он просто не будет работать. А видимых глазу аномалий не так уж много.

Сейчас тут было чисто. Ни каких аномалий. А ещё здесь был схрон. Чей, он не знал. Но раз помнил — скорее всего, его схрон и был. Только почему здесь? В таком примечательном местечке? И что в схроне? Этого он не знал. И сейчас разрывался между желанием взглянуть на содержимое тайника и страхом, пред тем что может открыться в его памяти.

Всё же победило любопытство. Он подошёл к изувеченной машине. Заглянул в один из люков. Гравитационный каприз, переместил люк ранее бывший наверху, на нос машины.

— Привет. — Вежливо поздоровался Стрелок с улыбавшимся оттуда черепом. — Спасибо тебе Ёрик, надеюсь ты сохранил мои вещички в целости и сохранности. Ты не против, если я их заберу? — Череп почему-то не отвечал: в глубокой задумчивости он молчал. Вот уже много лет бедняга задавался одним и тем же вопросом: на кой он поехал по Зоне на бронемашине? — О! Можешь не утруждать себя ответом. Ведь тебе теперь совсем не легко говорить, бедняга!

Прекратив наконец кривляться, Стрелок вытащил череп из люка и обнаружил за ним, кривое углубление в котором лежал худой рюкзачок. Череп он положил назад. Его звали Ёрик. Так его в шутку назвал…, не он. А кто? Вот этого в памяти не было. Значит, он не один бродил в Зоне до того как всё забыл. Интересно, жив ли ещё тот кто с ним был…, или те. Спутников могло быть несколько. Может, он их ещё встретит. И они его…, не узнают. Он почему-то был уверен: у него сейчас другое лицо. Прежние спутники, если живы, что сомнительно, его не узнают. А он их и подавно…

Нормальной еды он так и не нашёл. Пришлось удовлетвориться псевдоплотью. Впрочем, она оказалась довольно вкусна. Отличалась от кабана конечно, но пожалуй, в лучшую сторону. Отловив её, он долго не решался попробовать её на вид сочное мясо. Когда псы съели половину туши, он всё-таки тоже решился попробовать и совсем не пожалел. Но всё же не стоило часто есть псевдоплоть. Желудок прореагировал на неё странно и даже началась быстротечная изжога. Так что он решил впредь, есть эту вкусную гадость, только в крайнем случае. Здоровье дороже мимолётных плотских удовольствий. Кстати, любопытно. Он почему-то был уверен, что вот Нищего к примеру, кусочек этого сырого мяса, убьёт. Скорее всего.