Чтение онлайн

Что ж, раз так, то полезность этого существа, как мне кажется, исчерпана. И я просто усилил нажим на его грудную клетку, постепенно перенося вес своего тела и брони на ногу, которая и давила ему на грудь.

Кости захрустели, из широко распахнутого рта вместе с криком отчаянья плеснуло кровью.

Он все силился что-то сказать, но я ведь уже все решил. Что он мне может сказать? Какой я нехороший? Как меня порвут на куски? Я уже убедился, что говорить он может долго, описывать предстоящие мне пытки — подробно и со вкусом. Но мне это неинтересно, и поэтому я усилил нажим еще больше, уже перенеся практически весь свой вес на ногу, стоящую на груди этого урода.

Ребра с влажными щелчками начали лопаться, а глаза гибрида в прямом смысле полезли из орбит. Но я не останавливался, продолжал давить.

Тяжелая ступня, наконец, погрузилась вглубь его тела, с легкостью уничтожая внутренние органы, и заодно паразита, засевшего внутри тела, без которого, собственно, это подобие человека выжить просто не могло.

Тело под ногой задергалось, а затем замерло. Все, кажется, готов. И этот тип, и паразит внутри него. Никакого движения. Вот и славно!

Я поднял ногу, попытался поболтать ею, чтобы хоть немного очистить от крови, кишок и всего прочего, что на нее налипло. Но скаф на такое явно не был рассчитан.

Ну и ладно. Хотя, стоит признать, мог бы завалить урода куда менее кровожадно. Но…меня прямо-таки охватила ярость, и я не мог с собой ничего поделать.

Так, и что теперь? Что там, кстати, этот урод бормотал про «Великую Матерь»? Речь ведь о матке? Откуда и куда она умудрилась сбежать? Похоже, придется это выяснить…

В то же время за дверями лабораторного зала №2

Чертов Колтон! Опять он изображает из себя непобедимого героя. Рыцарь без страха и упрека, мать его!

И угораздило же меня связаться с парнем, который все время вопит, что он не герой, пытается показать себя прагматичным циником, и при этом все время поступает абсолютно наоборот.

Ежу понятно, что он направил меня сюда, оставшись с Брауном, не потому, что «так надо», а потому, что просто боится мной рисковать.

Господи, с такой кучей комплексов ему сам бог велит сходить к психологу! Впрочем, там ему вряд ли чем-то помогут. Я отлично знаю, откуда в нем этот «героизм» — чувство вины из-за погибших сослуживцев. Вон, от смерти Саймона, жирного мешка дерьма, чуть ли не зарыдал, хотя сам же тащил его, как живой ключ. Ну не дурак ли?

Закончится вся эта история — лично затащу придурка к врачам, и пусть ему промоют мозги!

Ладно, девочка, собрались, и начинаем работать, в нашей тройке я точно единственная, кто это умеет. Хотя «мизерикордовец» тоже вроде опытный…

За дверьми нас не подстерегал кошмар, ад и смерть, как мы того сами ожидали. Вместо этого мы попали как будто в мир научной фантастики. Ну, или на выставку всяких безумных изобретателей. И первое, что мы увидели — как раз таки один из экспонатов этой самой выставки.

Огромная машина, явно собранная кустарно, занимает почти половину пространства помещения. Ее массивные трубы и провода висят над самой головой, образуя густую сеть, в которой трудно разобраться или хотя бы понять, что эти кабеля питают, откуда эти трубы идут.

Я даже представить себе не могла, что существует установка такого размера. Какой механизм здесь собран, и для чего он служит, что делает?

Круглая оплавленная дыра в потолке добавляет лаборатории еще больше атмосферности. Через нее проникает свет, создавая на полу яркие круги. Кажется, что это не просто дыра, а эдакий вход в какой-то иной, чуждый нам мир. И почему-то напоминает это все нечто вроде ворот в другую реальность.

В полной боевой готовности мы приближаемся к странной машинерии и тоннелю над ней.

Да уж. Теперь понятно, что это был за неизвестный и неожиданный всплеск энергии, который засекли чуть ранее, и из-за которого мы рванули всей командой сюда. Прямо-таки готова поклясться, что причиной ему служит включение этой самой огромной машины, или как минимум она с ним связана.

Я заглянула в дыру на потолке. Круглый тоннель, диаметр которого составлял не менее трех метров, уходил вверх, причем не строго вертикально, а с небольшим уклоном. Иначе говоря, по нему с горем пополам можно взобраться вверх. Наверное…

А там, в самом верху, далеко впереди, я отчетливо вижу свет. Дневной свет местного светила. Уж в этом я уверена!

Все стенки тоннеля абсолютно гладкие, как будто специально оплавленные до этого состояния. Кроме небольшого участка, который можно назвать условно «полом». Он исчерчен бесчисленным множеством царапин, которые я видела не раз и не два. Такие следы могут оставить после себя только Дэворары. Следы от их когтей я уже никогда не спутаю ни с чем.

Разглядывать их особо некогда, но даже беглого взгляда мне хватает, чтобы понять: помимо мелких царапин имеются и гораздо более крупные. Настоящие борозды, а не царапины.

И я точно знаю — есть только одна тварь, способная оставить после себя такое, ведь точно такие же зарубки имелись и на корпусе «Буревестника». Это матка, точно матка, и она сбежала. Все эти твари в первом зале были там только с одной целью — задержать людей, нас. Они должны были либо полностью остановить нас, либо как можно дольше оттягивать время, не дать нам возможности отправиться в погоню за здоровенной тварью. Тем более, когда она будет находиться в этом тоннеле, ведь в нем, не имея возможности развернуться, спрятаться, она будет особо уязвима.

Но мы опоздали…

— Что тут было? На хрена этот тоннель? — спросил Смит.

— По нему убежала главная тварь, — спокойно ответил док. — Жаль. Было бы крайне удобно прикончить ее здесь, но…не повезло…

— И что будем делать?

— Ну, раз уж мы здесь, давайте хотя бы поглядим, что они такое тут собрали? — было видно, насколько доку любопытно, ему не терпелось как можно скорее изучить странную машинерию. Пытаться его отговорить или запрещать это делать было попросту бесполезно, хотя Смит и предпринял попытку: