Чтение онлайн

этого никогда не случится. По щекам стекают слезы. Я не могу их остановить.

Смерч стихает. Стихает, потому что та, что его создала, умирает. Эшли Гарнери летит в

пропасть следом за своей любовью, и я не успеваю ее спасти. Мои руки с криком тянутся к

ней, но уже поздно. Прикрываю лицо руками, хочу зарыдать сильнее, хочу страдать и

убиваться по брату, однако времени для этого у меня нет. Лихорадочно, не соображая, что

делаю, я вскакиваю с потрескавшейся земли и несусь вперед. Зейн сражается с двумя

гасителями, заставляя их захлебываться собственными жидкостями. Адам и Аманда,

взявшись за руки, сокрушают целую орду солдат со способностями, убивая их одним ударом.

Я замечаю тело со светлыми волосами – это Пенелопа, а возле нее, будто в лихорадке, задыхается Матиас. Его кожа становится серой, глаза тухнут, и я вспоминаю, откуда могла

видеть такую сцену. Еще до того, как моя сестра становится видимой, я все понимаю.

Она забрала его силу. Она убила его.

– Реми! – воплю я, - Остановись!

Но Огненный Матиас уже не дышит.

– Что ты сделала? – кричу я так громко, как могу, - Зачем ты сделала это!

– Мне нужно больше сил, чтобы пробить купол, - отвечает она так повседневно и ровно, словно это в порядке вещей. Я кидаюсь на нее, но тут же отлетаю в сторону. Джед стоит надо

мной.

– Убить ее? – спрашивает он у Реми. Сестра смотрит на меня. Эти секунды длятся

вечность. Ее глаза больше не зеленые, они ярко красные. Глаза, полные ненависти и

презрения. Но ко мне ли? Или к самой себе? Я замечаю движение ее руки, из которой

вырываются неконтролируемые вспышки красной силы, а затем слышу хлопок.

Не сразу понимаю, что это. Но Джед понимает.

В грудь Реми врываются две пули. Она ошеломленно прижимает руку к груди – из

отверстий вытекает алая кровь - а парень тут же мчится к ней с выражением дикого страха на

лице. Я лежу на земле, не в силах прийти в себя. Что случилось? Гаситель выстрелил в нее?

Последний дрон решил открыть огонь по самым опасным Инсолитусам?

37

5

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

Нет.

– Реми! – кричит Джедидайя Янг, хватая мою сестру под руки, когда та начинает падать.

Я слежу за пустующим и совершенно обескураженным взглядом Ремелин. Она смотрит куда-

то далеко, за стену. В ее глазах стоят слезы. Эта невероятная боль, что она чувствует сейчас, передается и мне. Я гляжу вверх, на вершину наблюдательного пункта Акрополя.

Там, окруженная плотным серебристым куполом, стоит моя мать и держит в руках

винтовку.

***

Секунды летят так быстро, что мне кажется, будто я путешествую во времени,

перемещаясь через какой-то странный, неведомый портал. Я не понимаю, что происходит.

Мои мысли в прострации. Что произошло? Неужели моя сестра мертва? Неужели я видела, как моя собственная мать застрелила ее?

Зейн созывает всех, кто остался в живых, с криками «Отступаем!». В ушах стоит звон.

Он не прекращается до тех пор, пока мы все не оказываемся в тихой и маленькой общей

комнате бункера. Остин, мальчик, приближенный к Реми, перенес нас обратно. С большими

потерями. Эту битву мы проиграли.

Я падаю на пол, словно мертвая. Не знаю, как, но спустя несколько морганий, я

оказываюсь лежащей на своей кровати, в спальном отсеке. Время для меня – как нить, которую я тщетно пытаюсь ухватить, но не могу. Питер, Пенелопа, Эллисон, Матиас, мой

брат и Эшли – мертвецы. Они больше не смогут сражаться с нами, за нас. Они не живы. Их

нет, и это большая жирная точка.

Сглатываю и понимаю, что горло пересохло. От криков? От зудящего в легких

недостатка кислорода? Не знаю. Мне все равно. Чувствую, как внутри все болит, однако я не

ранена. Со мной все в полном порядке, в отличие от моих друзей, оставшихся на том поле. В

отличие от брата, упавшего в пропасть.

Нет сил заплакать. Хочется, но слезы как будто закончились.

Переворачиваюсь на спину, смотрю в потолок пару секунд, и только потом замечаю

удаляющуюся фигуру в черном защитном костюме. Себастьян не хотел, чтобы я его видела.

Вскакиваю и бегу за ним.

– Подожди! – мой голос охрипший. Горло саднит. Останавливаюсь в нескольких шагах

от парня. Нойр не оборачивается, просто замирает на месте. Это он уложил меня на кровать.

Позаботился обо мне. А я? Позаботилась ли я о ком-то?

Подхожу чуть ближе, но не могу коснуться его. Просто мнусь на месте, тяжело дыша и

думая, что же такого сказать, что вообще имело бы значение сейчас? Мы проиграли, нас

осталось мало, и нам ни за что не победить в этой войне. Моя мать застрелила мою сестру. В

это просто не верится.

– Пожалуйста, не уходи, - шепчу я почти так же без эмоционально, как Реми, - Побудь со

мной сейчас.

– Я не могу, - резко отвечает Себастьян и идет дальше. Его голос отдается эхом от стен, застаивается в моих ушах и звучит там еще несколько минут после того, как он уходит. Куда

37

6

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

он идет? Не знаю. Мне больно, страшно, и хочется умереть. Мы не спасли не только своих

ребят, но и Шелли. Девочка так и осталась в Акрополе, рядом с моей матерью. Женщиной, способной без колебания убить собственную дочь.