Чтение онлайн

— Он работал на заводе, — быстро ответила Франни, не заметив, как нахмурились брови Гарольда. — Он вставлял схемы в электронные калькуляторы. Думаю, можно сказать, что он был компьютерным техником.

— Ха! — воскликнул Гарольд и кисло улыбнулся.

— Он единственный из нас, кто понимает суть происходящего, — сказала Перион, — То, что намереваются сделать Стью и мистер Бейтмен, убьет Марка. Я почти уверена в этом, но все-таки будет лучше, если он умрет, пока кто-то пытается помочь ему, чем если он умрет, пока мы будем молча смотреть на него… как будто он собака, сбитая машиной.

Ни Франни, ни Гарольд не нашли что ответить. Они стояли позади Перион и смотрели на бледное, застывшее лицо Марка. Немного погодя Гарольд положил свою потную руку на плечо Франни. Ей захотелось закричать.

Стью и Глен вернулись без четверти четыре. Они ездили на одном мотоцикле. К багажнику был привязан черный саквояж врача с инструментами и несколько огромных черных книг.

— Мы попробуем, — Это все, что сказал Стью.

Перион посмотрела на него. Лицо ее было бледным и измученным, а голос спокойным.

— Попробуем? Спасибо. Мы оба хотим этого, — сказала она.

— Стью? — позвала Перион.

Было десять минут пятого. Стью стоял на коленях на резиновой простыне, расстеленной под деревом. Пот ручьями стекал по его лицу. Глаза его сверкали. Франни держала перед ним открытую книгу, перелистывая страницы с цветными фотографиями, когда Стью поднимал глаза и кивал ей. Рядом с ним, ужасно бледный, Глен Бейтмен держал катушку белых ниток. Между ними расположился чемоданчик со стальными инструментами. Весь он был забрызган кровью.

— Вот он! — выкрикнул Стью. Голос его прозвучал неожиданно высоко и ликующе. Глаза его превратились в две щелки. — Вот он, маленький подонок! Вот! Прямо здесь!

— Стью? — окликнула его Перион.

— Франни, покажи мне еще ту картинку! Быстрее! Быстрее!

— Ты сможешь вырезать? — спросил Глен. — Господи, мистер Восточный Техас, ты действительно считаешь, что сможешь сделать это?

Гарольда не было рядом. Он ушел раньше, прикрыв рот рукой. Последние пятнадцать минут он стоял спиной к ним возле зарослей кустарника. Теперь он обернулся, его круглое красное лицо светилось надеждой.

— Не знаю, — ответил Стью, — но все возможно. Я попробую.

Он уставился на цветную вклейку, которую Франни показывала ему. Его руки были покрыты кровью, будто на них надели красные перчатки.

— Стью? — опять позвала Перион.

— Вот он, — прошептал Стью. — Глаза его горели фантастически ярким огнем. — Аппендикс. Вот он. Он… вытри мне лоб, Франни. Господи, пот льется с меня, как со свиньи… спасибо… Господи, мне бы не хотелось еще больше разрезать его… но, Боже, я сделал это. Сделал.

— Стью? — вновь прозвучал умоляющий голос Перион.

— Подай мне ножницы, Глен. Нет, не те. Маленькие.

— Стью?

Наконец он посмотрел на нее.

— Тебе не надо ничего делать. — Голос Перион был спокойным и мягким. — Он мертв.

Стью смотрел на женщину, его прищуренные глаза постепенно расширялись.

Она кивнула:

— Около двух минут назад. Но спасибо тебе. Спасибо тебе за попытку.

Стью смотрел на нее.

— Ты уверена? — наконец прошептал он.

Перион снова кивнула. Безмолвные слезы стекали по ее лицу.

Стью отвернулся, уронив маленький скальпель, который он держал в руке, и прикрыл руками глаза жестом полного отчаяния. Глен уже встал и пошел прочь, не оглядываясь, ссутулившись, словно под тяжким грузом.

Франни обняла Стью и прижала его к себе.

— Вот так, — сказал он. Он повторял это снова и снова таким бесцветным голосом, что это испугало ее. — Вот так. Все кончено. Вот так. Вот так.

— Ты сделал все, что мог, — сказала Франни и прижала его еще крепче, как будто он мог улететь.

— Вот так, — снова повторил Стью.

Франни обнимала его. Несмотря на все ее размышления в течение последних трех с половиной недель, несмотря на ее «сокрушительное крушение», она не сделала ни одного движения, которое могло бы открыть ее чувства. Она была почти болезненно осторожна, скрывая свои ощущения. Отношения с Гарольдом и так были на грани взрыва. И даже теперь она скрывала все. Ее объятия не были любовными. Просто один уцелевший прильнул к другому. Стью, кажется, понимал это. Он поднял руки и крепко обнял ее за плечи, оставляя кровавые отпечатки на ее рубашке цвета хаки, делая ее как бы соучастником некоего преступления. Перион рыдала.

Гарольд Лаудер, которому не было известна разница между объятиями любовников и уцелевших, взирал на Стью и Франни с разгорающейся яростью, подозрением и страхом. Через секунду он ринулся напролом через кусты и не возвращался до поздней ночи.

На следующее утро Франни проснулась очень рано. Кто-то будил ее. «Я открою глаза, и это будет Глен или Гарольд», — сонно подумала она.

Но это был Стью. Уже начинало светать; дневной свет просачивался сквозь утренний туман, словно золото, завернутое в прозрачную ткань. Все остальные спали.

— В чем дело? — спросила Франни, вставая. — Что-то случилось?

— Мне снова снился сон, — сказал Стью. — Не старая женщина, тот… другой. Темный человек. Я испугался, поэтому я…

— Перестань, — сказала она, испугавшись выражения его лица. — Пожалуйста, скажи, что ты имел в виду?

— Это Перион. Веронал. Она взяла веронал из сумки Глена.

Франни шумно выдохнула.

— О Боже, — сдавленно произнес Стью. — Она мертва, Франни. О Господи, какой ужас.