Чтение онлайн

Он промолчал.

— Теперь вы можете быть спокойны, я больше не буду вас затруднять.

Сергей Владимирович остановил машину недалеко от Ксюшиного дома.

Она тихо переспросила:

— Сергей Владимирович, вы меня слушали?

Он развернулся к ней и сказал:

— Знаешь, Ксюша, не стоит принимать поспешных решений.

Она хотела продолжить. У нее в запасе были очень весомые аргументы, против которых он вряд ли мог что-нибудь возразить. Но когда она начала говорить, то сказала совсем не то, что хотела.

— Сергей Владимирович, у вас не будет больше из-за меня проблем.

Он просто сказал:

— Я знаю.

И, как всегда, простившись в машине, не стал заходить к ней и обещал позвонить.

Она прошла через сквер к своему парадному, вошла в подъезд, вставила в уши крошечные наушники и включила музыку. Эту кассету ей подарил Сергей Владимирович. Фортепьянный концерт. Оба лифта стояли на седьмом этаже. Видимо кто-то загружался в них. Ксюша подождала немножко и решила идти пешком. И хотя ей было немного грустно, но все же она чувствовала, что поступает правильно. Ей совсем не хотелось делать больно Сергею Владимировичу. Но она знала, что когда он вернется из Москвы и узнает, что она исчезла, то он расстроится. И оставалось только надеяться, что со временем он поймет, что так все же будет лучше для них, для всех.

Она прошла мимо почтовых ящиков и открыла дверь, ведущую на лестницу. Музыка волнами выливалась из наушников. Ксюша впервые слушала этот концерт и была поражена красотой мелодии. Она медленно пошла по глухой полутемной лестнице на свой пятый этаж, покачиваясь в такт и слегка касаясь пальцами перил. Вдруг вступил высокий женский голос. Она замерла. Голос набирал силу, переливался и наполнял пустоту, окружавшую Ксюшу. У нее защипало глаза. Казалось, еще немножко — и ей откроется что-то очень важное. Голос поднялся до высшей точки и рассыпался.

Вдруг на нее откуда-то сверху упал маленький камушек и, отскочив от капюшона, ударился о ступеньку лестницы. Один, другой, третий. Она подняла удивленное лицо вверх. И через мгновение страшный удар в голову сбил ее с ног. Она не успела даже понять, что это было. В последовавшей за этим тишине чисто и ясно прозвучала из упавших наушников музыкальная фраза. Но Ксюша ничего этого уже не слышала.

Лишь к исходу следующего дня Ксюшу, лежащую на ступеньках лестницы, обнаружила пожилая скандальная уборщица Клавдия, раз в неделю моющая глухой лестничный пролет, которым при наличии двух пассажирских и одного грузового лифта почти никто не пользовался.

Бригаду медиков и оперативно-следственную группу, прибывших к вечеру на место происшествия, вызвала именно она, позвонив из квартиры на первом этаже, то и дело охая, крестясь и поминая имя Божие всуе.

Первой приехала «скорая». Едва тронув запястье безжизненного тела, врач с видом равнодушной обреченности махнул рукой.

Приехала милиция. Клавдия рассказала многочисленные подробности сегодняшнего дня, неожиданно богатого происшествиями. Не забыла упомянуть про свою мизерную зарплату и про неряшливость неблагодарных жильцов. Убитую девушку опознать она не смогла. Жильцов своих в лицо не знала, потому как работала здесь недавно и никак не могла привыкнуть к новому месту. То ли дело было в маленькой пятиэтажной хрущевке, в которой она раньше жила и работала и где все знали друг друга не только в лицо, но и по имени-отчеству, не то что в этом муравейнике, прости господи.

Уборщицу выслушали, не вникая в ее обиженные речи, и отпустили, запротоколировав показания. После этого оперативная группа приступила к осмотру места происшествия.

В воздухе запахло химическими реактивами. Эксперт-криминалист обмахнул кисточкой с порошком все мало-мальски пригодные для исследования поверхности, потом тщательно осмотрел их и там, где надо, наклеил полоски клейкой ленты, затем снял их все и убрал для дальнейшего анализа в лаборатории.

Старший следователь райотдела милиции майор Семенов, симпатичный мужчина лет тридцати пяти, начал диктовать протокол осмотра места происшествии молодому человеку в гражданском, который записывал, примостившись на корточках под лестничной лампой, положив папку к себе на колени.

— Тело обнаружено на ступенях лестницы ногами вверх, головой вниз, между вторым и третьим этажами…

Младший лейтенант Шемелин старательно фотографировал место происшествия, ослепляя всех присутствующих режущими глаз голубоватыми вспышками.

— Два огнестрельных ранения в голову, в височную область… Слушай. Шемелин, — перебил себя майор. — В сумочке убитой обнаружены ключи, один из них от дверей парадного, сгоняй к домофону, может быть, убитая из этого дома, а то провозимся до утра в этом муравейнике с опознанием трупа.

Младший лейтенант вернулся очень быстро:

— Сорок девятая квартира.

— Ну вот, будет чем заняться, пока ждем труповозку.

На следующий день в Петербургском УВД решался вопрос, кому поручить дело об убийстве Ксении Павловой. В конечном итоге вести расследование было поручено одному из старейших работников подполковнику Вадиму Петровичу Громцеву, к его крайнему недовольству, потому что на момент совершения убийства на нем уже висело более десятка «глухарей». А дело Ксении Павловой по всем признакам метило в разряд не раскрываемых. Огнестрельное ранение — и ни свидетелей, ни улик на месте преступления.

Вадим Петрович Громцев был пятидесятилетним высоким худощавым мужчиной со спокойным взглядом глубоко посаженных небольших серых глаз. Рано поседевшие редкие волосы и залысины создавали впечатление огромного лба, а манера говорить с тихим достоинством и уверенностью в собственной правоте частенько помогала ему выдерживать стычки с начальством. Несмотря на то, что он давно остудил свой следовательский пыл молодости, но зато имел большой авторитет в глазах руководства за свою спокойную меланхолическую мудрость. В его манере работать не было ничего общего с суперменистыми героями зарубежных сериалов, он был кабинетным работником, но в управлении бытовало мнение, что уж если Петрович со своими молодцами-оперативниками не сумел ничего раскопать, то пиши пропало.

Громцев вернулся в кабинет и положил перед собой дело Ксении Павловой. Для начала достал фотографии. Снимки с места происшествия. Крупным планом тело молодой женщины, разметавшейся на лестнице, словно во сне. Простенькая дубленочка с капюшоном и залитое кровью лицо, которое невозможно разглядеть. Он достал другую фотографию, найденную в квартире потерпевшей, — большего формата и художественно выполненную. «Очень привлекательная девушка», — подумал Громцев. Брюнетка со светлыми глазами и маленькой родинкой над верхней губой. По всей видимости, не была изнасилована. Во всяком случае, характер ранений исключает возможность борьбы, хотя с достоверностью этот факт определит медэкспертиза. Два огнестрельных ранения в голову. Пистолет с глушителем, из которого совершено убийство, найден тут же на лестнице. Фотографии однокомнатной квартиры, в которой проживала потерпевшая. Идеальный порядок. Никакой зацепки, достойной внимания. Только в аптечке большой запас антидепрессантов и таблетки от алкогольной зависимости. Среди документов две трудовые книжки. Одна из них, со штемпелем ночного клуба «Тайфун», заведена четыре года назад. И должность танцовщицы не закрыта увольнением. В другой две записи: «Принята в ОАО «Петр Великий» на должность секретаря-референта…» и «Уволена…» Уволена два месяца назад по собственному желанию.